Наталья Решетникова – Фараон. Стать человеком (страница 2)

– Как обычно. Из года в год хозяева меня всегда балуют на завтрак печеночным паштетом с овощами. Больше я ничего не ем. А какое отношение мой завтрак имеет к нашему разговору?

– Хм. Мне кажется, самое прямое. Сэм, скажи, пожалуйста, а не переел ли ты своего печеночного паштета сегодня на завтрак?

– Вроде нет. Скушал, как обычно. Так какое отношение имеет завтрак к нашему разговору?

– Да, помнится мне, когда я тебя спросил про розовых фламинго – почему они розовые, ты сказал, что не можешь ответить на этот вопрос, так как у тебя скрутило живот из-за того, что переел за завтраком, и тебе срочно нужно подумать об этом, а не о фламинго. Думается мне, что ты и сегодня снова чего-то переел, и тебе стоит подумать о своем животе или о переедании… а наш разговор мы отложим на другой раз. Да? Верно?

– Но, мой милый мальчик, я сегодня позавтракал в самый раз. Да и с животом у меня все в порядке. Более того, я тебе раскрыл еще одну из важнейших тайн пПрироды. И она важнее, чем «тТайна жизни». Теперь ты знаешь все!

– Как все? Что ты мне раскрыл? – посмотрел Фараон на Сэма с недоумением.

– Именно все! Ты меня спросил, может ли собака стать человеком. Я тебе ответил, что может.

– Да, но как? Как мне стать человеком, Сэм? Как открыть людям тайну жизни, ведь меня они не слышат. Чтобы они меня услышали, мне нужно стать такими, как они. Верно?

– Верно!

– Ну и?

– Ты о чем?

– Сэм! Сэм! Не спи! Как мне стать человеком?

– Не торопись, сынок, всему свое время. Дай пПрироде решить этот вопрос. А теперь ступай. Я очень устал. Я уже не такой бодрый, как тогда, когда мы воевали с крысами. Сейчас мне нужно спать больше, – договорил Сэм и начал укладываться удобнее на мягкой траве.

– Сэм! Сэм! Подожди. Ты сказал, что пПрирода может решить этот вопрос. Верно?

– Все верно, малыш!

– А может быть, можно что-то придумать, чтобы она решила быстрее?

Сэм уже начал дремать и сквозь развевающиеся от храпа брыли тихо прошипел:

– Малыш, ты еще, оказывается, такой глупыш.

«Ну, здравствуйте! – возмущенно подумал Фараон. – То он меня хвалит и говорит, что я одна из самых умных собак, каких он только видел, то оказывается, что я глупыш. И как это понимать? Да как вообще это все понимать? Человеком может стать каждая собака. Ведь это так важно. Ведь если рассказать об этом каждой собаке, то столько бы проблем сразу было бы решено. Мы могли бы спокойно разговаривать с хозяевами. Они бы нас отлично понимали, а не только мы их… Ох! И что же это все значит? Как узнать эту тайну?»

Глава 2

Фараон нервно ворочался на своей лежаночке и все думал и думал об этом разговоре с Сэмом. Пытался вспомнить каждую его фразу. «Может, я что-то не услышал, что Сэм сказал? Может, он сказал, как стать человеком, а я в этот момент отвлекся на осу? Вроде нет. Как и всегда, я старался не отводить от него ни глаза, ни уши. Ведь Сэм сам меня учил, что, если ты хочешь что-то знать, если хочешь узнать что-то новое и запомнить это навсегда, все твое внимание, а это и твой взгляд, и твои уши, должно быть приковано к учителю. Тогда и урок не нужно будет учить заново или повторять. Ты все запомнишь за один раз. „Где твой взгляд, где твои уши, там твое внимание, там и знания“, – часто повторял Сэм. Отводил ли я уши, когда мне рассказывал Сэм? Нет, не отводил. Отводил ли я взгляд, когда мне рассказывал Сэм? Да я даже не моргал! Тогда в чем эта тайна? Он не сказал мне никакой тайны и тут же вспомнил: „Эта тайна важнее, чем тайна жизни, малыш“. Хм! Ничего не понимаю». Фараон вытянулся на своей лежанке во всю длину, посмотрел на потолок и успокоился. «А может, ну ее, эту великую тайну пПрироды? Мне тепло, хорошо. Хозяйка меня все время гладит, целует, ласкает. Кормят тоже отлично. Чего мне еще желать? Да и зачем? Тайны жизни вполне достаточно для того, чтобы я жил не просто счастливо, а очень счастливо и чувствовал себя еще счастливее. Да! Точно! Мне не нужна еще одна великая тайна». Фараон снова потянулся, повернулся на правый бок и сладко захрапел.

Ему снилась зеленая лужайка, где он резвился со своими друзьями. Они бегали за бабочками и кузнечиками. Над ними было то самое голубое небо, на которое он любовался часами. Вдруг раздался жуткий грохот, словно на лужайку упало это небо и разбилось на голубые прозрачные осколки. Фараон вскочил и залаял что было мочи. Сердце его сильно колотилось. И он не понимал, откуда доносился этот грохот. То ли это был жуткий кошмар, который приснился, то ли это происходило наяву. Фараон постарался успокоиться. Но что-то продолжало греметь все сильнее и сильнее. Вдруг он понял, что этот шум исходит от соседей, как раз из того дома, где живет Кристина.

Фараон подбежал к окну, забрался сначала на маленький табурет, потом на кресло, затем на спинку кресла, откуда перелез на подоконник, с которого очень хорошо был виден соседний двор.

Маленькая Кристина сидела на траве в центре двора, вцепившись обеими руками в свою куклу, и дрожала. «Что происходит? Что на этот раз они сделали, что девочка так странно себя ведет? Такое ощущение, словно…» – Фараон не успел додумать свою мысль, как увидел, что окно дома разбито вдребезги. Он посмотрел на соседнее окно, оно тоже было разбито. И еще одно окно было тоже разбито. «Это слишком далеко зашло. Придется вмешивать моих хозяев, пусть они вызывают полицию».

Фараон быстро спустился с подоконника, так же, как и поднялся, только в обратном порядке: сначала прыгнул на спинку кресла, затем на кресло, потом на табурет и на пол. И с громким лаем побежал искать своих хозяев. Но их нигде не было. «Что же делать? Что делать»? Фараон выбежал во двор, подбежал к забору, где у него была выкопана лазейка на соседний участок. И только ему удалось пробраться сквозь узкий проем, как он поймал себя на мысли, что пора бы снова браться за фигуру, так как животик и попка стали больше, чем полагается мопсу по породе. «Ох уж эта генетическая склонность к полноте – ни кусочка нельзя скушать лишнего… Впрочем, об этом подумаю потом, сейчас надо выручать Кристину». Фараон рванулся к девочке и вдруг почувствовал резкую, сильную боль по всему телу. «О великие боги мопсов, последний раз мне так было больно в схватке с крысами. Неужели это снова они?» В глазах помутнело. Фараон попытался хоть чуть-чуть сконцентрироваться, чтобы понять, что происходит. Но резкая боль мешала. Сквозь навалившийся туман он смог разобрать, как какая-то фигура в черном схватила маленькую девочку. Вторая фигура в черном схватила куклу и… Зеленая машина… Темнота. Знакомая темнота.

– Фараон, малыш, ты как? – услышал он знакомый голос своих хозяев. – Как ты оказался у соседей? Какая жуткая история. И тебе досталось, наше маленькое солнышко.

«Я жив. Я в родной лежаночке. Это был сон. Жуткий сон. – Фараон решил вскочить, чтобы побежать к миске и перекусить спросонья. Но резкая боль снова разошлась по всему телу. – Что происходит?»

– Не шевелись, тебе так досталось, – прошептала ласково хозяйка. – Надеюсь, полиция быстро найдет этих злодеев. Смогут спасти девочку. Как же такое могло случиться?

– Говорят, ее отец задолжал огромную сумму. Он играл. Именно поэтому они с женой постоянно ссорились, и мы слышали их крики. Говорят, он проиграл очень много. И те, кому он должен, не придумали ничего умнее, как похитить их дочь, – услышал Фараон объяснение хозяина. – Они привязали его с женой к стульям и обыскали весь дом в надежде найти какие-то ценности. А когда ничего не нашли, решили похитить Кристину. Жуткая история. Каким образом там оказался наш Фараон, непонятно. Они могли запросто убить малыша. Жуткая история.

«Так вот в чем дело! На этот раз была не ссора. Окна выбили бандиты. И Кристину похитили бандиты. Что же делать?» В памяти у Фараона всплыла маленькая девочка с большими грустными глазами. Даже когда Фараон забегал к ней поиграть, глаза ее не становились веселее. Они все так же были наполнены слезами. Но когда Фараон начинал скакать вокруг Кристины, подпрыгивать, чтобы она поиграла с ним, девочка начинала смеяться, а иногда бегать и веселиться. Фараону нравились эти мгновения. Во-первых, его хозяева, как бы Фараон их ни любил, почему-то были менее подвижны, так долго бегать они не могли. А во-вторых, Фараону нравилось делать кого-то счастливым, нравилось дарить радость и смех. В эти моменты он ощущал себя не просто нужным, он как бы чувствовал, что за такими маленькими действиями скрывается нечто большее, чем просто игра. Но, как правило, рано или поздно веселые игры с Кристиной заканчивались одинаково: «Что за прилипучая собака! И зачем она постоянно забегает на наш участок! – начинал кричать отец Кристины. – Почему она не может играть у себя дома? Что ей здесь надо?»

– Но папа! – пыталась объяснить Кристина. – Ведь мы просто бегаем. Ему очень нравится играть со мной. А мне с ним. Мне с ним так хорошо. Я чувствую, что я не так одино…

– Что за глупости. Как собака может сделать тебя счастливой? От собак сплошная головная боль и только одни несчастья.

– Но папа! Вы же не играете со мной! Вы даже со мной не разговариваете! А Фараон…

– Что за дурацкое имя? Фараон! Можно подумать, что собака лучше человека. Какая глупость. И какое неуважение к людям – считать собаку фараоном. Такое имя могли дать собаке только недальновидные хозяева, которые считают, что животные могут быть умнее человека. Запомни, дочка, – отец наклонился к Кристине и громко прокричал ей в лицо. – Животные – это твари, которые обязаны служить человеку, делать только то, что человек хочет! Это низшие существа! Поэтому ты должна не играть с ним, а приказывать ему. А если не слушается, то наказывать. Поняла?