Наталья Рахматулина – Знак судьбы (страница 2)

Она вытерла руки об фартук и протянула Карине.

– Дай руку, я посмотрю. – Женщина как-то внимательно изучила ее ладонь. – Ну, что я и предполагала. Вот твой пакетик, спрячь его под майку. – Баба Нюра, а это была она, дала Карине небольшой сверток. – Там записка. Написано, что да как делать.

Карина хотела взять пакет, но тут же отобрала руку обратно. На ее запястье красовался маленький рисунок.

– Откуда это? – спросила она женщину в надежде, что та даст объяснение.

– Это, милая, печать моя. Я не всем ее ставлю. Это как телефон скорой помощи. В трудную минуту надо только взглянуть на нее, и все само собой решится.

– Интересно. И это работает?

– Ещё как!

***

– Кто есть живой! – двое молодых солдат открыли калитку и направились к дому.

– Самый-то вопрос. Ты видал, какая там дыра?

– Смотри, а на доме даже окна целые.

– Милая, ты тут пока побудь. – баба Нюра попросила Карину остаться в комнате, а сама направилась к двери.

– Чего желаете?

– Бабка, ты как жива осталась? – парни, не дождавшись приглашения, отодвинув Нюру в сторону, прошли в ее дом. – Давай, метай на стол. Жрать хотим как черти. – от молодых людей явно разило хамством. Они сели за стол, не сняв с себя даже автоматы.

– Хорошее место для ночлежки.

– Норм.

– Слышь, бабка. Мы вечером придем. С нами ещё трое. Ты ужин нам. Нормальный такой. Баньку растопи.

Баба Нюра стояла у стола, держа в руках своего кота, и ничего не отвечала. Но как только кот начинал мяукать и елозить, она гладила его, успокаивая. Кого больше – было не понятно.

– Не нервничай. Сиди спокойно. – тихо говорила она коту.

– Чего стоишь? Тебе сказали, давай на стол подавай. Что там у тебя? – самый наглый подошёл к холодильнику и вынул из него всё, что было ему по нраву. – Во. Бутеров наделай нам. Ребятам отнесем. Не слышишь чтоль?

Другой направился в горницу.

– Мы тут девку ищем. В твою сторону побежала. Не видала? – и тут он заметил Карину, которая так и не нашла куда спрятаться. – Вано, смотри, вот она ж. Иди сюда.

Он двинулся к Карине, чтобы схватить ее. Но на его пути вдруг возник кот. Солдат попытался откинуть его ногой, но только замахнулся, как кот стал мужиком. Громадным таким, под два метра ростом. И одним ударом уложил солдата. Всё снова превратилось в жижу.

***

Кощуны. Вот как эти знаки называются, вспомнила Карина.

Часы показывали три часа ночи. Сна так и не было.

– У меня кощун Ведунья, а у мужика этого – Домовой. И что это значит?

Карина сходила на кухню, по дороге заглянув в детскую.

«Как только все Крины – знаки кощунов соберутся в одном месте, в одно время, жди больших перемен», – вспомнила она слова бабы Нюры как из сна.

«А может, это и правда был сон», – подумала она и почувствовала, что засыпает.

Глава 3

– Карин, как ты и предполагала, на этой штуковине нет его отпечатков. – капитан входил в кабинет без стука. Это немного раздражало Карину, она же все-таки женщина. Но, с другой стороны, старыми друзьями было пройдено немало по жизни.

– К бабке не ходи. – Карина сама не заметила, как это выражение твердо вошло в ее жизнь.

– Короче, там получается… – капитану лучше удавалась письменная речь, чем устная. Все протоколы им писались очень четко, что претензий у начальства к отделу не было. – …умер мужик не от удара. Даже если его и ударили, то удар не был такой силы, чтобы отправить его в параллельные миры. Умер он от инфаркта. А уж инфаркт был от испуга. Об этом говорят и его зрачки. Чего-то он там испугался. Вот только чего?

– Дай почитать. – Карина взяла из рук капитана заключение экспертов. – А штуковина эта где?

– В лаборатории. Тебе нужна?

– Хотелось бы на нее получше посмотреть.

– Сейчас принесу.

Через минуту Головин уже стоял с протянутой статуэткой у стола Карины.

– Ну и скорость у тебя, капитан. Так и майором скоро станешь.

– Твоими бы устами....

– А что тебе мешает? Все в твоих руках. Оставь эту штуку у меня пока. Помедитирую на нее. Может, что и расскажет.

– Есть хочу ужасно. С утра ни крошки во рту. Пойдем в столовку?

– В нашу?

– Ну да, а что? Не все же в соседней кафешке обедать. Никаких денег не хватит.

– Представляешь, – разоткровенничался Головин после того, как съел тарелку салата и две отбивные с картошкой по-домашнему. – Когда слышу в сериалах эту фразу «ни крошки во рту не было с утра», кажется, что сейчас человек будет уплетать со скоростью в обе щеки. А смотришь, сидит такой эстет, вилка в левой, ножик в правой. Медленно так мяско режет. Беседует.

– Ты успеваешь еще сериалы смотреть?

– А как же, за завтраком. Это святое. Посмотреть сериал о том, как мы работаем, а потом сравнивать фантастику с реальностью.

***

Стемнело быстро. Карина стояла у окна, всё никак не решаясь закрыть жалюзи. Снег, что опять посыпал на землю мелкими хлопьями, красиво отражался в лучах уличного фонаря. Даже немного завораживал, размешивая мысли в голове большим половником до такой степени, что еще бы чуть-чуть, и можно было заснуть глубоким сном.

– Фу ты! – Карина наконец-то потянула веревку от жалюзи.

Включив свет, она взяла со стола свой AI Pin с телефоном. Отучить себя от мобильников, громадных телефонных трубок было не так-то и легко, слишком крепко смарты вошли в жизнь людей за десятки лет. Стильная брошка-значок включала в себя все важные жизненные функции, связанные с электронным миром. К которому, в свою очередь, теперь было привязано всё. Даже туалет.

– Мам, ты ребят возьмешь? – на экране, который отразился перед Кариной в виде проекции, стояла симпатичная женщина лет шестидесяти, в белом фартуке и с ложкой в руке.

– Уже! Ужином кормлю. А тебя когда ждать? – женщина поправила свободной рукой свои волнистые волосы.

– Не раньше девяти. Еще поработать надо. Пока, целую всех.

– Вот даже не сомневалась. У меня вопрос: вы детей для меня рожали?

– Мам, не начинай, пожалуйста. Приду, поговорим.

– Когда? В час ночи? Так я уже спать буду.

– Всё, мам, я отключаюсь.

***

Карина крутила статуэтку в руке, сидя в своем очень удобном прозрачном офисном кресле, подаренном ей на юбилей.

– Что-то она мне напоминает… Что-то из того дня. – Карина снова вернулась в лес к колдунье. – Дааааа. – протянула она. – Эта штуковина стояла тогда на полке. Я еще подумала, что хорошая вещь при засолке капусты, если использовать ее как гнет. Знак на руке, эта штуковина и какое-то чувство, что кто-то зовет.

НЕСКОЛЬКО ЛЕТ НАЗАД.

– Ритка, у меня тут коробка конфет завалялась.

– Сколько им лет, подруга?