Наталья Пугачёва – Крестницы Президента (страница 2)

– Боб, что будем делать? Надо ведь как-то все организовать? Ты мне подскажешь?

Я не обращалась к брату, я поняла, он уже вычеркнул меня из своей жизни. Да, он потерял родителей, но у него есть семья, ему есть ради кого жить.

А мне? Как я буду жить теперь, когда у меня никого не осталось. И где-то далеко, в своей голове, я услышала голос отца, его последние слова, что я должна быть сильной, я должна добиться всего.

Я не должна его подвести. Я обещала.

Боб так странно на меня посмотрел:

– А ты умеешь удивлять, красивая!

5. Боб

Мы жили в соседних подъездах, он старше моего брата, года на три, наши родители всегда дружили, Боб был единственным сыном в семье и с моим братом они были близкими друзьями. Боб достиг очень многого. Он был военный, после ранения в Афганистане, стал где-то преподавать военное дело, а также занимался с нами карате. Это потом я узнаю, каким профессионалом он был. Я относилась к нему как к старшему брату, который не давал меня в обиду и многому учил в детстве, и на тренировках, когда мы тренировались в одно время. Он всегда говорил, что с удовольствием бы имел такую сестрёнку как я, и часто смущал, говоря, что попросит своих родителей меня удочерить. Я же отвечала ему всегда как взрослая, что если его родители меня не заберут у папы, то я буду очень горда, быть его сестренкой. На что он смеялся и обещал, что у моего папы меня никто не заберет. На что я отвечала, что тогда я согласна. И он снова смеялся, называя меня – "Мелкой". Это продолжалось ровно до тех пор, пока мне не исполнилось четырнадцать, и я поняла, что я влюбилась. Он перестал меня называть Мелкой, и теперь я просто стала для него " Красивой". Я так плакала, когда он женился, что папа прочёл мне целую лекцию и я обещала выкинуть Боба из головы. Конечно, я не перестала его любить, но теперь это была единственная тайна, которая разделяла меня с папой. Я, как и обещала, старалась меньше думать о парне моей мечты. Но, наверное, первая детская любовь, оставляет отпечаток на всю жизнь. Во всяком случае, со мной это было именно так.

И вот теперь этот молодой и красивый мужчина, сидит передо мной и смотрит взглядом, в котором не только моя боль, но и какая-то вселенская забота, которая оберегает:

– Не переживай, красивая, обо всем уже позаботились. Все сделают как надо....

– Ты не понимаешь, я должна сама, это мой долг. – едва ли слышно говорю я.

– Ты сейчас должна подумать о себе, о своём здоровье.

– Со мной все в порядке. – отвечаю я.

– Я не сомневаюсь. Но тебе сейчас есть, о чем подумать. Красивая, сегодня – это уже вчера. А завтра может быть для тебя очень неожиданным и тебе нужно быть к этому готовой. И ты просто не представляешь, как оно может быстро наступить.

– Я знаю, о чем ты говоришь. – говорю я и бросаю быстрый взгляд на брата. – Я к этому отчасти готова. Если только ты не выпустишь мою руку.

– Я даже не предполагал, что ты так быстро выросла, Красивая. Я дам тебе слово, что не выпущу твою руку, с одним условием.

– С каким?

– Я не хочу портить тебе жизнь.

– А если я хочу, чтобы ты её испортил.

– Ты забылась, маленькая красивая женщина, чему тебя учил отец.

Я краснею, а он продолжает:

– Не перечить мужчине и тем более его не перебивать. – он смотрит как моё лицо становится красным, и я опускаю глаза в пол. Мне так стыдно, что я нарушила правила.

Он довольно ухмыляется и продолжает:

– Я не отпущу твою руку, если ты так же, как и раньше согласишься быть моей сестренкой.

– Если ты меня не заберешь от … (я осекаюсь и продолжаю), то я буду очень горда быть твоей сестренкой.

Я закрываю глаза и вижу, как папа смотрит на меня и улыбается. Я открываю глаза полные слёз, но не позволяю ни одной слезинки больше скатиться… Я же обещала.

Боб прижимает меня к себе, целует в висок и почти шёпотом говорит

– Ты сильная, умная и уже очень мудрая. Отец бы тобой гордился.

6. Перемены

Моя жизнь изменилась после похорон родителей очень кардинально.

Брат оставил мне квартиру. Но все что отец зарабатывал и откладывал, все забрал на развитие своего бизнеса. Я не была против. Да и не принято у нас было в семье, обсуждать решения, принятые мужчиной. Боб конечно возмущался, но я дала ему понять, что папа, наверное, все это предвидел и обо мне заранее позаботился. Боб долго смеялся, говоря, что мой отец сумел его удивить и теперь он точно знает в кого пошла я.

Учение мне давалось легко, я любила читать, новый материал я всегда осваивала очень быстро. Над возможностью моей памяти удивлялись не только преподаватели, но и Боб, устраивая периодически мне всякие проверки. Я все так же боготворила его, но я дала слово и только в мечтах могла думать о любимом мужчине. Я думаю, что он видел мои чувства, но никогда не позволял мне усомниться что я его сестра. Теперь он преподавал мне уроки стрельбы и рукопашного боя. В выходные он часто брал меня с собой, когда выезжал в горы со своими учениками для оттачивания профессиональных навыков и ориентировки на местности.

Как-то встретившись у подъезда рана утром после пробежки, Боб сказал, что нам нужно серьёзно поговорить. И что он зайдёт вечером.

Я даже представить себе не могла на сколько кардинально он планирует изменить мою жизнь.

– Боб, кофе будешь? Я сделала твои любимые блинчики.

–Я взял вино.

– Ты же знаешь, что я не пью, у меня критическая аллергия на алкоголь.

– Значит я буду пить один.

– Ты тоже не пьёшь. Что случилось? Ты понимаешь, что ты меня пугаешь?

– Ташка, на тебя обратили внимание наши спецслужбы.

– В каком смысле? Что я сделала? Я нарушила закон, сделала что-то противоправное…

Он не дал мне договорить.

– Ты же знаешь где я работаю и чем занимаюсь?

– Я догадываюсь.

–Ташка…

– Ты никогда так меня не называл.

– Не перебивай.

– Ты очень талантливая девочка, у тебя огромный потенциал и это заметили. К тебе давно приглядываются и сейчас хотят тебе предложить направить свои способности в нужном направлении, где они точно нужны. Ты же понимаешь, о чем я говорю?

– Думаю, да. Только как могут им пригодиться мои способности?

– Твой талант очень пригодится на защите нашей Родины.

– Я же правильно поняла, о какой Родине идёт речь?

– Думаю, да, я уверен, что правильно.

– А я могу отказаться?

– А ты хочешь отказаться?

– Но если я соглашусь, я потеряю тебя! А я не могу этого допустить.

Мы смотрим друг на друга. Глаза в глаза и молчим. Но это молчание, оно слишком громкое. Моё признание в любви к нему он не просто читает, он его ощущает. Одно мгновение, и он оказывается так близко, что наши губы соприкасаются. Это так страстно, по-взрослому, что меня просто накрывают эмоции. Он чувствует это и отстраняется.

– Какая же ты красивая, ты просто сводишь с ума.

Я закрываю глаза. У меня внутри все горит. Он меня поцеловал, но почему отстранился… и эти слова…

– Только не тебя. – шепчу я.

– Что?

– С ума свожу не тебя. – повторяю я еле слышно.

– Ты не права, и меня тоже… с тех самых пор. И тот, кто будет рядом, кого ты будешь любить. Ему очень повезёт. Я даже искренне ему завидую.

– Зачем?

– Что?

– Зачем завидовать миражу, если я люблю тебя.