Наталья Пугачёва – Алтайская Дзевана (страница 3)

Саша опять смеётся. – Ты чудо, а не ребёнок.

– Это правда. – говорю я.

– Но разве Верный не защитит нас, не даст знать? – спрашивает он.

– Верный предан мне, а придут за тобой. Он даже хвостом не поведёт. Вот когда он почувствует, что мне что-то или кто-то угрожает. Вот тогда он начнёт работать. Да и в некоторых случаях не нужно поднимать шум, показывая, что мы тут. Лучше дать людям убедиться, что тут никого нет. И пусть они идут дальше своей дорогой. Тайга всех примет.

4. Новые ощущения.

И я ухожу, оставив Верного с Сашей. Ухожу я далеко и потихоньку возвращаюсь, оставляя только для себя видные отметины, растяжки в виде паутины или веток таких, которых в тех или иных местах быть не должно. Главное в этот момент сконцентрировать зрительную память.

Когда я возвращаюсь, вижу, что Саша соорудил из ветровала, с помощью топора и веревки два очень удобных кресла и в одном уже дремлет. Я ещё не зашла на территорию, но вижу, что он уже среагировал на моё появление.

– А парень не пальцем деланный. – говорю я себе. – И что интересно ещё, в нем разглядела бабушка, раз отправила меня с ним на неделю в тайгу?

– Я поняла, что ты почувствовал моё появление, не претворяйся спящим. – говорю я Саше.

– И почему ты такая маленькая? – говорит недовольно Саша.

– Ты уж определись, взрослая или маленькая? – спрашиваю я улыбаясь.

– В тебе это совмещено.

– Тогда можно ложиться спать, завтра рано вставать, – говорю я.

– Зачем? Мы куда-то пойдём?

– За грибами, – говорю я и ухожу в избушку.

Я снимаю с себя верхнюю одежду, предназначенную для тайги, и одеваю легкий спортивный костюм.

Саша заходит и присвистывает

– У тебя шикарная фигура для шестнадцатилетней.

– Мама постаралась. Кстати, у тебя тоже очень спортивный вид.

– Если я останусь в спортивных шортах, я не буду тебя смущать?

– Если бы ты родился в Каначаке, ты бы знал, что жителей нашей деревни, уже ничем нельзя смутить

– В каком смысле?

– Удивительные места у нас, приезжих разных много бывает со своими тараканами в головах.

– Ты всех тут знаешь?

– Это же деревня.

– В городе такого нет.

– Это только потому, что размеры города и деревни несоразмерно разные. Вы не знаете, что у вас на соседнем этаже твориться, не знаете кто по соседству живёт. А у нас все как на ладони. А в глобальном масштабе, все одно и то же, те же люди, те же потребности и пороки.

– И все-таки тебе не семнадцать.

– Ты меня раскусил, я родная сестра бабушки, при этом мы близняшки, просто я хорошо сохранилась, – уже в голос смеюсь я.

– У тебя красивая улыбка и заразительный смех, но ты редко улыбаешься.

– Причин нет, – говорю уже серьёзно я.

Я беру книгу и ложусь на свою кровать.

– Что читаешь? – спрашивает Саша и я поворачиваю в его сторону голову.

Я конечно помогала бабушке его лечить, но в таком здоровом виде, стоящим передо мной в одних спортивных шортах, я даже не предполагала, что парни могут так выглядеть. И я зависаю, разглядывая мышцы на его бархатном, загорелом теле.

– Шок – это по-нашему? – спрашивает он

– Нет.

– Что нет?

– У нас такого шока днём с огнём не найти.

Саша подходит ближе, и я начинаю ощущать его мужскую энергетику. Меня начинает накрывать горячая волна, от чего я краснею. Сердцебиение слышно, наверное, на всю тайгу. И я не знаю, что с этим делать. Это новые для меня ощущения, и я первый раз теряюсь. Я думаю, что он все понял, поэтому отошёл на безопасное расстояние. Но узнав эти эмоции, безопасное расстояние в периметре домика, сложно назвать безопасным.

– Зачем ты учишь английский?

– Мне нужно его подтянуть. – еле слышно говорю я.

– Ребёнок, выдыхай! – видя моё состояние, с которым я не могу справится, говорит Саша.

– Извини, мне нужно выйти – говорю я.

– В таком виде? Там же комары.

– Пусть лучше комары, чем ты так близко.

– Ого, ребёнок взрослеет на глазах.

– Не могу не согласиться. – говорю я и вылетаю за пределы домика, подхожу к уличному умывальнику и умываюсь холодной водой.

5. Алтайская тайга.

Я молча захожу обратно и молча ложусь в кровать отвернувшись. Саша тоже молчит и выключает свет. Ночью мне снилась бабушка и как всегда не просто так. Она просит меня уйти завтра, как можно дальше, но перед этим не оставлять следов нашего присутствия.

– Да кто он такой, что бабушка так за него переживает. – думаю я ещё не успев открыть глаза. – Но нужно вставать. Обойти периметр, а Сашка пусть пока поспит. Я потягиваюсь в кровати и спускаю ноги на голый пол. Сон как рукой снимает. Смотрю как Сашка ещё сладко спит, раскинувшись звездочкой и чему-то во сне улыбается. Его загорелое и сильное тело, так и притягивает взгляд, и я рассматриваю его более тщательно, останавливая взгляд на его утренней эрекции.

– Интересно, -думаю я, – Сколько у него девушек, наверное, очень много. И, наверное, он не женат. Но я таких красивых парней не видела даже в кино.

Я тихонечко выхожу, прихватив с собой маскитку. Я спокойно умываюсь и тут меня пробивает током, от прикосновения Сашиных рук. Я как ошпаренная отлетаю от умывальника.

– Не смей этого больше делать.

– Я тебя напугал?

– Нет.

– Тогда что?

– Не знаю.

– Хорошо, извини, больше не буду. Но доброго утра я пожелать могу?

– Можешь. Но у меня к тебе серьёзный разговор.

– Опять?

– Снова. Умывайся, я жду тебя за завтраком, там и поговорим.

Толи Саша долго умывался, толи я так торопилась, но завтрак получился как в хорошем кафе, куда мы часто заезжали с мамой, когда ездили в город Бийск.

– Ничего себе! – восклицает Саша, – Ты, когда это все успела?

– Понятия не имею, вот честно, делала по инерции, а думала о другом.

– Если это по инерции так вкусно, – пробует Саша блинчики с припёком, – То, что говорить, когда ты начнёшь осознанно готовить.