Наталья Перфилова – Увидеть Париж и разбогатеть (страница 22)

— Мне плохо, — прошептала я. — Мне очень плохо, — постаралась повторить немного громче я. — Я у Дианы в квартире, и я, кажется, умираю… — Вложив все силы в эти слова, я полностью обессилела и снова провалилась в темный омут небытия.

ГЛАВА 11

Открыв глаза, я даже удивилась, что чувствую себя вполне сносно. Все, что произошло со мной на рассвете в Дианиной спальне, я помнила прекрасно, труп Михаила под кроватью, обморок, потом звонок доктору Тихомирову… Дальше в сознании наступает полный провал… Смогла ли я дозвониться? И что мне ответили на том конце провода?

Я приподнялась на локте и осмотрелась. Я, без сомнения, находилась на кожаном диване в кабинете Дианы, где-то в отдалении приглушенно звучал гул голосов, на широком письменном столе валялся шприц и несколько откупоренных ампул… Видимо, доктор, не смотря на предрассветную дрему, все таки смог разобрать мой обморочный бред… Я снова откинулась на подушку.

Дверь тихонько скрипнула, и в кабинет вошел Тихомиров. Внимательно посмотрев на меня, он ободряюще улыбнулся и сказал:

— Я смотрю, наша спящая красавица, наконец-то, пришла в себя? Вот и славно… А то я, честно сказать, немного струхнул, увидев Вас на полу в коридоре, да еще этот труп в спальне…

— Кто там разговаривает? — Перебила я его нарочито бодрый тон. — Милиция?

— Конечно. — Доктор уселся на край дивана и взял меня за руку. Послушав секунд двадцать пульс, он одобрительно покачал головой . — Хочу сказать, у Вас, Елизавета Анатольевна, на удивление сильный организм. Обычно женщины от такого шока отходят намного дольше. Я сейчас Вам еще один укольчик сделаю, и, думаю, все обойдется…

Тихомиров ловко откупорил еще одну ампулу, набрал жидкость в шприц и повернулся ко мне.

— А что это было, доктор? Сердечный приступ?

— Да нет, ну что Вы! Сердце у Вас, слава богу, как часы работает, без сбоев, поэтому и выкарабкались Вы так быстро… Просто от сильного потрясения поднялось давление, в несколько раз частота пульса увеличилась…

— Я помню, мне все время казалось, что от оглушительных ударов сердца у меня вот-вот лопнут барабанные перепонки… — С трудом улыбнулась я.

— Вы сильная женщина, Елизавета Анатольевна. — Серьезно сказал доктор. — Не растерялись и, не смотря на почти бессознательное состояние, смогли вызвать помощь…

— Неужели и в милицию тоже позвонила? — Удивилась я.

— Нет, это немного позднее охранники сделали… Я, как только узнал Ваш голос… а сделать мне это, признаюсь, удалось не сразу, … я сразу же позвонил в больницу, узнал адрес Городецкой Дианы Ярославовны и помчался сюда. Объяснил охранникам на входе ситуацию, у них оказался ключ от квартиры… Так что все просто, как видите. Я смог без особых проволочек попасть сюда и вовремя оказать Вам необходимую помощь. Охранники уже, похоже, начали привыкать к происшествиям в квартире Вашей подруги, по крайней мере по лестнице бежали даже впереди меня…

— Получается, Вы спасли мне жизнь?

— Ну, не до такой степени… — Улыбнулся Тихомиров. — Но без моей своевременной помощи последствия для Вашего здоровья могли стать более серьезными… А так, Вы уже в порядке практически, еще немного полежите, соберетесь с силами и даже с товарищами из милиции переговорить сможете… Они уже раза три пытались сюда сунуться. Очень уж им хочется узнать, что произошло в квартире ночью, и кто этот человек под кроватью…

— Послушайте, Денис Алексеевич… А может, раз уж Вы мне сегодня спасли пусть не жизнь, но хотя бы здоровье, отбросим официальность? Я не возражаю, если Вы будете меня просто Лизой называть.

— С удовольствием . — Улыбнулся он. — Тогда уж и ты ко мне без церемоний обращайся.

— Договорились. — Кивнула я. — Так вот, Денис… мне бы очень сейчас с милицией общаться не хотелось. У меня просто-напросто нет для этого сил… Я всего третий день, как приехала, и, можно сказать, ни минуты покоя не имела… Я, честное слово, ничего не могу сказать о том, как труп оказался под кроватью. Пойди и скажи, что я пришла около семи, легла спать, а на рассвете обнаружила его… Утром тела совершенно точно там не было. Да и не могло быть. В это время он навещал Диану в больнице. Правда, охранники его в палату не пустили…

— Так ты знаешь, кто этот человек под кроватью? — Удивился Денис.

— Знаю. — Мои глаза помимо воли наполнились слезами. — Покровский Михаил Ярославович. Младший брат хозяйки этой квартиры. А больше я ничего по этому поводу сказать не могу…

— Ладно. Я сейчас передам следователю твои слова и скажу, что тебя нельзя сегодня трогать ни под каким видом. Дашь подробные показания завтра. А сегодня отдохнешь, выспишься получше… Договорились?

— Неужели ты думаешь, что я смогу снова уснуть? — Усмехнулась я.

— Придется. — Деловито отозвался Тихомиров, направляясь к двери. — Если сама не сможешь, придется выпить снотворное.

— Скажи, Денис, а Пете ты не звонил? — Окликнула я доктора.

— Пете? — Удивился он. — А это еще кто?

— Ну, Петя Ивакин, муж Юли Петровой, которая Диану определяла в твою больницу…

— Я помню… Только определяла не она, а скорая помощь, Петрова позднее подъехала…

— Какая разница, что ты к словам привязываешься. — С досадой перебила я. — Ты же сразу понял, о ком я… Так вот, ее муж частный сыщик, он занимается Юлиным делом…

— Я этого не знал. С Юлией Евгеньевной я пытался связаться сразу же после твоего звонка, но ее телефон не отвечал. Пришлось искать адрес Дианы в больнице.

«Романтический вечер» — вспомнила я. Наверняка Ивакины отключили домашний телефон, чтобы никто не смог их отвлечь друг от друга по пустякам…

— Ты не мог бы поискать в прихожей мою сумку, там сотовый. Нужно непременно связаться с Петей, пока тело не увезли… Надеюсь, хоть мобильный то он догадался не отключать.

Телефон Ивакина ответил. Правда, не сразу, а после не менее, чем сорокового звонка… Голос Пети, поначалу заспанный и практически равнодушный, как только он услышал о том, что случилось, сразу же изменился. Петр собрался и развил бурную деятельность. Задав пару коротких конкретных вопросов, он положил трубку, а через пятнадцать минут уже звонил в Дианину дверь. Заглянув на минутку ко мне в кабинет, он коротко переговорил с доктором, еще раз с тревогой глянул в мою сторону и отправился осматривать место преступления. После того, как за ним захлопнулась дверь, Денис настоял на том, чтобы я приняла снотворное. Я, надо признаться, и не сопротивлялась. Увидев, что Ивакин взял инициативу в свои руки, я почти успокоилась, и теперь мечтала только об одном, чтобы весь этот ужас с кровью и трупами побыстрее закончился, милиция забрала тело, и я никогда бы снова не увидела эту синюю бесчувственную руку с часами на запястье… Хотя забыть это страшное зрелище мне теперь вряд скоро удастся… Снотворное идеальный помощник для того, чтобы время двигалось быстрее. Не нужно мучительно ждать, отсчитывая минуты и даже секунды… Выпил таблетку, закрыл глаза, … открываешь, и все уже позади… Я поблагодарила Дениса за заботу, приняла снотворное, устроилась поуютнее и почти мгновенно снова провалилась в спасительное забытье…

… Судя по тишине, в тот момент, когда я снова открыла глаза, в квартире уже никого не было. Похоже, милиция, забрав тело Михаила, уехала. Петя, само собой увязался за ними… А где, интересно Тихомиров? Неужели он тоже покинул свою пациентку? Хотя у него, кажется, сегодня дежурство в больнице. Такие люди, как он, не прогуливают работу просто так по всяким не стоящим особого внимания причинам…

Повернув голову немного вправо, я невольно улыбнулась. Рядом со мной в глубоком кожаном кресле, откинув голову и вытянув длинные, обтянутые голубыми джинсами ноги, спал Денис. Я вспомнила, как познакомилась с этим симпатичным парнем. Тогда он вот так же спал, утомленный ночными заботами о беспокойных пациентах… Когда это было? Боже мой! Трудно поверить, что пошло всего каких то два дня, а мое мнение об этом человеке настолько кардинально поменялось. В тот раз один его вид вызывал в моей душе раздражение и злость, а сейчас я искренне, почти по детски обрадовалась, что он здесь, рядом со мной, не бросил меня ради других, возможно более тяжелых пациентов.

Я осторожно встала с дивана и вышла в прихожую. С замиранием сердца заглянув в спальню, я облегченно вздохнула. Кровать по прежнему была отодвинута с ее привычного места, но ни трупа, ни крови, ни каких бы то ни было других напоминаний о ночном происшествии я не увидела. Пройдя в кухню, я распахнула дверку холодильника. Кроме упаковки яиц, я там ничего съедобного обнаружить не смогла.

Приготовление яичницы и крепкого молотого кофе уже подходило к концу, когда на пороге кухни появилась встревоженная фигура Дениса.

— Зачем ты встала? — Озабоченно спросил он, протирая кулаком слегка покрасневшие от недосыпа глаза. — Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. — Ответила я. — Даже хорошо, благодаря твоим заботам. Вот решила хоть слегка отплатить тебе за беспокойство. Позавтракаешь, перед уходом на дежурство?

— Я сегодня не работаю. — Позевывая, сообщил Тихомиров. — Позвонил коллеге и попросил подменить. У нас это не особо приветствуется, правда, но мы изредка меняемся сменами…

— Не стоило. — Сказала я, хотя внимание доктора было мне необыкновенно приятно. — Я вполне могу обойтись своими силами…