Наталья Патрацкая – Изумрудный маг. Трилогия (страница 5)

— Неужели я ем герань, — проворчала Марина и медленно пошла к себе домой.

Дома Марина вынула из школьной сумки копыта, повертела их в руках и положила в шкаф. Всю эту бутафорию с буренкой она придумала давно, после посещения детского спектакля, но использовала впервые. Была у нее светлая мысль стать актрисой, и еще она слышала, что с ее ростом приходится играть мальчиков и животных. Быть буренкой Марине расхотелось, а, чтобы быть ею на сцене — и речи быть не могло. Нет, она лучше пойдет в медицинское училище!

На следующий день Илья все подмигивал Марине. Что он знает? Ровным счетом ничего! Что она цветы с клумбы ела? Да ни за что! Если только на спор и за большие деньги. Они зашли на спортивную площадку, где Илья показал, какой он классный парень, на школьных тренажерах весьма грубого изготовления. Он так старался, что сорвался, из его голой ноги побежала кровь ручьем.

— Марина, ты хотела быть медсестрой, забинтуй! — прокричал Илья.

Она с ужасом смотрела на кровь, на разорванную рану:

— Нет, я уже расхотела быть медсестрой!

— Принеси подорожник, он растет на газоне!

Марина нехотя сорвала листья подорожника и стала прикладывать их к ранке.

Приближался последний звонок в школе, надо было учиться, и любовь отошла на второй план. Последний школьный день выдался дождливым и холодным. Школьников выстроили на улице. Холодный ветер пронизывал их насквозь. Школьники, учителя и родители надеялись на теплую погоду, всем хотелось что-нибудь оголить. Первоклассники просто замерзали вместе с родителями. Первый класс провожал последний класс. Этот последний класс выглядел очень разрозненно в плане роста и толщины школьников последнего дня обучения.

Илья решил идти в школу полиции. Отец за то, что он окончил школу, подарил ему автомобиль предпоследней модели отечественного производства. Марине это очень понравилось. Они оба ходили домой друг к другу, и родственникам оставалось только признать их дуэт. После того как отец переехал в новую квартиру, к нему опять вернулась жена, то есть мать Ильи, и на все окна поставила герань.

В голову Инги лезли детские истории, когда она на такси возвращалась домой.

— Однажды отец из леса принес ежика. — сказала Инга ни к селу, ни к городу, — Ежик сидел в корзине с опятами, как царь. Опят было мало, и ежик свободно двигался внутри корзины. Сверху корзина была затянута марлей.

— Колючий был ежик? — спросил таксист, привыкший не удивляться историям клиентов.

— У ежика были странные колючки, их было много, и они были плотные — плотные, а по длине каждой колючки цвет несколько менялся. Ежик был темно—серого цвета. Он мало отличался своим поведением от черепах, которые постоянно жили в нашем доме. Еж, он маленький с плотными колючками, а черепаха — маленькая, но с панцирем. Ежик бегал по полу, забирался под диваны, потом выбегал на кухню подкрепиться. Этим он походил на черепах. Было у них одно отличие: ежик днем вел себя тихо и спал где-нибудь в уголке, а ночью он просыпался. Ночью у ежа был основной день, когда все спали, он не спал, а фыркал и бегал по квартире. Ежик будил всех. А у меня постоянно появлялась опасность наступить в темноте на колючки ежика. Ежа мы не прятали в клетки и коробки, он был вольным домашним разбойником. Я ежика в руки не брала, но смотрела на него, и на то, как он быстро бегал на маленьких лапках под огромной массой иголок. Мне хотелось, как в книжке на картинке, набросать на иголки ежа желтые листья клена. Но я боялась выносить ежика на улицу, поэтому я принесла листья клена домой и бросила их на ежа. Но желтые листья с ежа соскользнули. Листья просто так на еже не держались.

— Почему в вашем доме появился именно ежик? — спросил таксист.

— У меня в детстве любимой книжкой была большая книжка с картинками. На первых страницах книги был нарисован смешной еж. Еж был не один, с ним были и другие животные, но еж в листьях на колючках был самым очаровательным. Мне отец читал книгу о ежике. Сама я до дыр перелистывала картинки в книге. Еж был моим книжным кумиром. Поэтому, когда отец пошел в лес за грибами, где водились ежи и змеи, он вспомнил о моей любви к ежику на картинке. Отец прошел километров десять по лесу и болоту с клюквой.

— Там, где есть змеи, там и ежей можно встретить. — говорил он. — Грибы, особенно опята, близко от дороги не встречаются. Рядом с дорогами грибы собирают те, кто живет в этом лесном районе.

Отец нашел маленьких опят на дереве, которое лежало на поляне. Рядом с деревом пробегал в траве еж. Отец забыл про грибы и стал бегать за ежиком. Так ежик победил опят и прибыл в корзине ко мне, потому что я любила ежика на картинках в книжке.

— Долго жил в вашем доме неспокойный еж, если даже картинки с ним все были разорваны и надорваны? — спросил таксист

— Скорее нет, чем да. Еж прожил пару недель. Отец видел, что я поняла, кто такой еж, и, что пора его вернуть в места обитания. В свой очередной выходной отец посадил ежа в пустую корзину, закрыл ее марлей, сел на электричку с грибниками и уехал в дальний лес. Он вернул ежика на то место, где взял, опят на дереве уже не было. Ежик не хотел сразу убегать, он привык к теплой жизни. Отцу тоже было жаль отпускать милого ежика, но он понимал, что в квартире ежу жить трудно, а семье трудно привыкнуть к ночному образу жизни ежа. Отец и еж посмотрели друг на друга и расстались. Еж побежал в желтую траву.

Я встретила отца словами:

— Папа, а где еж?

— Да это был царский ежик. Он был царем ежей и ужей на поляне рядом с болотом 'Клюква'.

Я успокоилась и вернулась к книжке с ежом, но книга меня больше не радовала. Ежик в книжке не был царем. Я стала смотреть картинки в другой книге.

Таксист промолчал. Они приехали. Но куда?

Шурик сидел один и смотрел телевизор. На экране промелькнул фильм о пиратах, живших в свое время на астероидах, то есть на кораблях. Он представил себя боцманом на деревянной ноге. А почему бы и нет?! Эта прелестная Марина — Венера его в гости не приглашала, а очень хотелось ее достать. Но как? Изобразить скрипучего боцмана? Почему бы и нет? Он решил стать хромым боцманом, он надел разные по высоте подошвы башмаки. Один башмак стучал. Второй башмак скрипел. На лицо он надел маску пожилого человека. Он был готов нанести свой визит к Марине — Венере. Мини — камеру закрепил на лацкане пиджака.

Марина подошла к своему подъезду. Моложавый человек посмотрел тяжелым, диким взглядом на Марину. Он перевел свой дерзкий взор на закрытую дверь дома, когда она набирала код для входа в подъезд. Он не сводил глаз с ее рук. Она чувствовала этот жуткий взгляд, поэтому ошиблась. Она сбросила код и вновь набрала, прикрывая номер кода замка своего подъезда. Мужчина ворвался следом за Мариной в светлый холл, к лифту он не подошел. Сильно хромая, он стал подниматься по лестнице. Марина посмотрела вслед хромому с внутренним страхом. Ей показалось, что в его ноге кроме самой ноги что- то есть еще. Но что? Или показалось...

Лифт остановился, открыв двери. До нужного этажа она доехала без проблем. Хромого на ее этаже не было, да и не мог он физически преодолеть столько этажей раньше нее. Страх в душе Марины появился от его жуткого взгляда. Она открыла свою входную дверь, торопливо задвинула засов и немного успокоилась. Вскоре позвонила в дверь Инга. Они договорились встретиться, чтобы обсудить свои личные проблемы и просто отвести душу в разговоре.

Подруга Инга влетела в квартиру Марины с круглыми от ужаса глазами:

— Марина, в вашем лифте света нет! В холле света нет!

— Инга, я недавно приехала, свет был везде.

— А сейчас! Представь подъезд, когда в нем света нет! Не люблю я эти ваши башни до чертиков. Страшно в башнях! Двадцать этажей давят на психику, каждый этаж похож на западню! На болоте лучше жить, этажей меньше.

— Мы живем.

— Марина, ты идешь с ключом от дверей между лифтом и площадкой у твоей квартиры. А я выхожу из лифта и вижу две закрытые на замок двери, да еще четыре двери лифта. Представь: свет выключен. Это же ловушка! Уникальная ловушка.

— Ты права, Инга. Лестница есть между первым и вторым этажом, выше она перекрыта на каждом этаже. Сегодня видела хромого человека, он шел на второй этаж по лестнице. До нашего этажа ему не подняться, в боковом подъезде закрыты все двери на площадки с квартирами.

— Поэтому не люблю я эти башни.

— Знаешь, у нас ремонт на площадке не делали 18 лет, столько лет мы здесь живем.

— Сама крась стены в подъезде на своем этаже.

— Еще чего, лестничная площадка огромная, здесь четыре больших квартиры. В двух квартирах никто не живет. В нашей квартире нас двое, да еще в одной один человек живет.

— А еще пятиэтажные дома сносят, в них хоть лестница была! А у вас в башнях свет отключи — и все застрянут в своих квартирах навечно.

— Да, башня огромная и полупустая. А в твоем доме на болоте людей совсем нет, одни упыри, сама говорила.

— Это точно. Любят люди безопасность, а не огромные площади.

— Не скажи, башни разные бывают.

— Мы о твоей башне говорим, Марина.

За дверью послышался странный звук. Девушки переглянулись. Свет потух в квартире. Дверь входная открылась. Они вжались в огромные кресла, в которых сидели. Послышался неравномерный скрип обуви.

Скрип. Стук. Скрип. Стук.