Наталья Осояну – Мифы воды. От кракена и «Летучего голландца» до реки Стикс и Атлантиды (страница 29)

В индуизме Индра, царь богов и владыка небесного царства, по совместительству считался и богом дождя. Молния — его оружие. Считалось, что, уничтожая демона Вритру — повелевающего в том числе и градом, — Индра упорядочивает хаос, способствует очищению человеческой природы и процветанию человечества (что логично, ведь если не будет урожая — не будет и процветания). Но Индра не единственный бог, связанный с дождем: распространенный в сельской местности Южной Индии культ богини-матери Мариамман подразумевает также ее почитание как богини погоды. Поклоняясь Мариамман, верующие просят ее об исцелении и о дожде. В честь упомянутых, а также других божеств в Индии принято устраивать фестивали и праздники, посвященные восхвалению сил, способствующих плодородию земли.

Радуга удостоилась отдельных легенд и преданий. В индуизме ее считают луком бога Индры, который, как уже было сказано, повелевал в том числе дождем. В европейском фольклоре часто встречается мотив почти недостижимого, но такого желанного сокровища, спрятанного под дальним концом радуги. Иногда радугу считают мостом между миром людей и потусторонним миром, по которому можно пройти, соблюдая определенные условия. Современной версией мифа стал Мост Радуги — особый рай или преддверие рая, место, куда попадают после смерти домашние любимцы, вновь обретая молодость и здоровье, а также возможность резвиться и играть в свое удовольствие. Миф настолько молод, что можно отследить его истоки: в начале 2023 года в журнале National Geographic были опубликованы результаты непростого расследования, которое показало, что автором широко известных строк про Мост Радуги является 82-летняя шотландская художница Эдна Клайн-Рехи. В 1959 году она, оплакивая смерть своей собаки, написала трогательный текст, который в конце концов показала друзьям, и… он зажил своей жизнью.

На самом деле такова суть любого мифа: он — больше чем вымысел.

Погода, воспринимаемая мифическим сознанием, неизменно связана и с магическими практиками. Как отмечает Джеймс Фрэзер в «Золотой ветви», с точки зрения общества самое главное, на что следует употребить магию, — создание достаточного запаса пищи. Потому совершенно неудивительно, что магической и мифической стороне осадков и засухи, грома и молнии в древних сообществах уделялось очень много внимания, ведь они напрямую влияют на урожай! В результате сформировались мифы, предания и легенды о погодных богах и явлениях, а также внушительная совокупность ритуалов, обрядов и примет, связанных с погодой.

Фрэзер также называет магию, с помощью которой обычно колдуны воздействуют на погоду, гомеопатической или имитативной. Идея, лежащая в ее основе, проста: все дело в принципе подобия, который в простейшей интерпретации означает, что нужно разбрызгивать воду вместо дождя, бить молотком по какому-нибудь сосуду вместо грома, высекать искры вместо молнии. Если дождь надо не вызвать, а прекратить, колдун или шаман, совершая ритуальные действия, будет избегать воды или влаги, избавляться от нее посильным способом. Конечно, на практике обычно наличествуют разнообразные тонкости колдовского ремесла: точное количество повторений тех или иных действий, конкретные разновидности инструментов, которые можно или нужно использовать, замысловатые ритуалы с неочевидным смыслом.

Весной индейцы племени начей (Северная Америка) обычно делают складчину, чтобы купить у колдунов благоприятную погоду для своих посевов. Если была нужда в дожде, колдуны постились и танцевали, держа во рту наполненные водой трубки. В трубках были пробиты отверстия, как в лейках. Через эти отверстия вызыватель дождя выдувал воду в направлении той части неба, где собирались грозовые облака61.

Еще один описанный Фрэзером ритуал вызова дождя (практикуемый в индийском Манипуре) заключается в том, что глава деревни кладет горящую головню на могилу человека, который умер от ожогов, молится и гасит ее водой. Считается, что мертвец усиливает эффект молитвы и гашения как такового, поскольку сам желает дождя, ведь тот избавит его от жгучей боли. С болью связаны и церемонии, в которых кровь равнозначна воде, поэтому для призыва дождя она должна пролиться (в подобных случаях уместно говорить и о жертвоприношении духам или богам дождя).

В Европе существовали свои ритуалы и обычаи, связанные с призывом дождя. На Балканах (в ряде областей Сербии, Болгарии, Македонии, Хорватии, Греции, Албании) есть обряд, который называется, в зависимости от конкретного региона, Додола или Пеперуда, а в соседствующей с Балканами Румынии — Папаруда; в целом вариаций названия очень много. Главная роль в этом действе отводится мальчику или девочке, нередко сироте, в наряде из зелени (веток, кукурузы, виноградной лозы, бузины, вьюнков и так далее). Участники церемонии обходят дома и поют особые ритуальные песни, Додола танцует, а жители окатывают его / ее водой, при этом важно, чтобы во время танца брызги разлетелись во все стороны (вновь принцип подобия — брызги имитируют желанный дождь). Исполняется обряд во время засухи. По своей сути он явно языческий, но нет ясности относительно происхождения и путей заимствования. Кроме того, существует очень много теорий относительно происхождения названия: например, peperuda — по-болгарски «бабочка», а у бабочек, согласно некоторым фольклорным представлениям, имеется сверхъестественная связь с дождем. Конечно, это мало что проясняет в загадочном обряде.

Другой балканский обряд, связанный с дождем, также называется в различных странах и регионах по-разному: Герман (Болгария), Калоян (Румыния) и так далее. В зависимости от обстоятельств и местных традиций обряд могли совершить в один день с Додолой или как-то иначе связать друг с другом два ритуала.

По сути, Герман — это символические похороны куклы, вылепленной из глины или земли; она имеет человеческий облик, но детали зависят от местности и традиций. Например, «покойник» может быть обнаженным или одетым в наряд из тряпиц, яичной скорлупы или листьев, его руки могут быть сложены на груди или воздеты к небу. Если говорить конкретно о румынском Калояне, то в случае засухи хоронят «Отца Солнца», риска наводнений — «Мать Дождя»; могут также похоронить сразу и его, и ее, прося о том, чтобы дожди не оказались чрезмерными.

Церемония строится по тем же правилам, что и настоящие похороны: кукле положены специальный гроб или носилки по размеру, цветы, свечи и прочее (но надо заметить, что в роли священника выступает ряженый). «Покойника» оплакивают всерьез, не жалея сил (и это вновь принцип подобия в действии: что такое слезы, как не дождь?), и провожают в последний путь, при этом прохожие снимают шапки и крестятся. Куклу закапывают в тайном месте, нередко на перекрестке, а после устраивают погребальную трапезу. Иногда ее могут не закопать, а выбросить в озеро или же выкопать, а потом бросить в воду. У этого обряда не меньше региональных вариаций, чем у Додолы, и он также имеет неясные языческие корни, по поводу которых в научной литературе немало споров. Бросается в глаза сходство обряда с жертвоприношением, но есть и версия, согласно которой Герман — ритуал инициации; его также связывают с древнеримскими или фракийскими аграрными празднествами.

Считается, что в XX веке перечисленные обряды перестали практиковать.

Глава 8. НА ЧЕТЫРЕ ПАЛЬЦА ОТ СМЕРТИ62

ВОЛНЫ И ВОДОВОРОТЫ

Валы вставали все мощней и выше,

И наконец девятый вал, последний,

В себя вобравший половину моря

И полный голосами, встал до неба

И на берег низвергся с диким ревом,

Кроваво-красным пламенем объят.

И в глубине его, в огне, родился

Младенец беззащитный, и к ногам

Он Мерлина волною был подброшен.

А. Теннисон. «Приход Артура»63

Возможно, самая известная в сверхъестественном смысле волна — это девятый вал, чья популярность связана в основном с картиной Ивана Айвазовского. Поверье, согласно которому каждая девятая волна во время шторма сильнее предыдущих, распространено и в наше время: не только среди моряков, но и среди серферов. Образ давно превратился в метафору, выражающую приближение непреодолимой силы, одновременно роковой и грандиозной; он часто встречается в литературе и изобразительном искусстве. Про роковой вал знали разные народы, но некоторые опасались не девятого, а третьего или десятого.

Связанные с девятой волной суеверия не всегда подразумевают чью-то гибель: Флетчер Бассет, например, упоминает о том, что в Шотландии больную корову лечили омовением в девяти волнах прибоя, а также о том, как Маргарет Ричард, ведьма, осужденная в XVIII веке, зачерпывала три ложки воды из десятой волны прибоя, чтобы потом воспользоваться ею для своих колдовских целей.

С объективной точки зрения волны — штормовые или прибрежные — действительно отличаются друг от друга по высоте и другим параметрам, что объясняется физическими, а не мистическими причинами. Однако в чередовании слабых волн и мощных валов нет простых закономерностей, основанных на конкретных числах вроде тройки, девятки или десятки. Возможно, с помощью этих чисел моряки пытались рационализировать и просчитать опасность, которую представляло собой море во время шторма.

Еще один интересный пример девяти волн находим в легендарной летописи Ирландии, относящейся к периоду, когда гойделы и туаты соперничали за владение островом. В определенный момент сыновья богини Дану (туаты) попросили сыновей Миля (гойделов) на три дня покинуть территорию и отойти от берегов на девятую волну. Те согласились, а когда пришло время возвращаться, столкнулись с чародейской бурей, которая попыталась (в значительной степени безуспешно) помешать их высадке на берег.