Наталья Осояну – Балканские мифы. От Волчьего пастыря и Златорога до Змея-Деспота и рыбы-миродержца (страница 8)

^{Маска курента на Масленичном гулянии в Словении.}

^{Soru Epotok / Shutterstock}

Но вода, как мы узнаем из второй истории, дошла до этой вершины, пусть и не сразу. Несчастный дозорный никак не мог забраться выше, ведь там, куда он попал, росла только тонкая и хрупкая виноградная лоза! Он взмолился о помощи, и его услышал озорной странник Курент, которому эта лоза заменяла посох. Божество заставило ее вырасти до самого неба и окрепнуть, и благодаря винограду последний из людей прожил целых девять лет, пока потоп не закончился и над водой не показалась земля. Он попытался отблагодарить Курента, однако тот велел и человеку, и всем его потомкам чтить виноградную лозу, ведь она-то его и спасла.

Опираясь на эти материалы и на роль Курента в некоторых сказках, ряд авторов выдвинули свои интерпретации его значения как божества: это мог быть древний лунный бог, коварный трикстер, покровитель вина, удовольствий и безудержного веселья (в последнем аспекте он немного похож на Диониса).

Говорят, у Курента была скрипка, и, когда он на ней играл, все пускались в пляс. Когда Курент попытался попасть в Рай, его не пустили за ворота, и он отправился в Ад. Но Люцифер, увидев его, так вцепился в створки собственных ворот, что проткнул их когтями насквозь. Тогда Курент забил в них гвозди, так что повелитель Ада не смог двинуться с места. Странник вновь отправился к входу в Рай, и опять его туда не пустили. Он упросил приоткрыть створки, чтобы просто одним глазком посмотреть, как оно там, в Раю. Стоило привратнику поддаться на уговоры, Курент швырнул в щель свою суму (в другой версии — плащ) и следом попросил разрешения ее забрать. Оказавшись в конце концов за воротами Рая, он сел на свою вещь и заявил, что теперь это его место и никто его не выгонит. Так оно и случилось[31].

Во время Масленой недели в Словении среди ряженых бывают персонажи, которые называются «курентами», по-видимому, в честь этого божества. Подробнее о них, как и о традициях этого периода в целом, расскажем в шестой главе.

Битва с хтоническим злом: Перун, Велес и Кресник

В так называемой теории основного мифа, разработанной Владимиром Топоровым и Вячеславом Ивановым в 1960–1970-х годах, одним из центральных мифологических сюжетов считается противоборство двух богов — небесного Громовержца и хтонического Змея. В восточнославянском контексте эти роли отводятся Перуну и Велесу, и оба бога также известны южным славянам.

Например, Перуна в Словении называют Громовником. В христианский период его отождествляли с пророком Илией, который в народной интерпретации также был громовержцем. Перун, будучи верховным небесным владыкой, сражался с повелителем подземного мира Велесом, орудуя золотым топором или молотом. Велеса в поздних преданиях отождествляли с дьяволом, а в песнях и сказках он превращался в отрицательных персонажей попроще, вроде ворующего скот горного великана Вовеля или водяного Трдоглава, похитителя прекрасной девы Марьетицы.

Реконструированные образы Перуна и Велеса нам относительно хорошо знакомы, а вот с еще одним божеством, отчасти также связанным с молнией, все обстоит куда сложнее. Само божество, известное в Словении и некоторых регионах Хорватии, именуется Кресник, и первая важная особенность состоит в том, что он не всегда бог; а еще он может разделяться на двух или больше персонажей, полубогов, демонов или людей со сверхъестественными способностями.

Поверья о Креснике разнообразны, однако главное в них — его сверхъестественная роль. В одном случае мы имеем дело с богом, сыном небесного владыки, в другом — с человеком, наделенным необыкновенными, но не уникальными талантами. Такие одаренные люди могут рождаться в разных местах и в разное время, потому слово «кресник» становится нарицательным. Исследователь Змаго Шмитек называет первого мифологическим Кресником, второго — экстатическим, поскольку он представляет собой пример европейского шаманизма.

Словенский экстатический кресник — не единственный европейский шаман, есть несколько схожих мистических традиций на Балканах и за их пределами. В Сербии и Черногории колдуны с аналогичными способностями назывались здухачами (змаевитами, аловитами и так далее), в Венгрии — талтошами, во Фриульской Словении (на территории современной Италии) — бенанданти. Есть и иные термины, относящиеся к другим регионам. Хотя они неидентичны, у них есть важное общее свойство: способность покидать свои тела, чтобы сражаться со злыми духами, угрожающими благополучию общины. И в роли их противников могут выступать такие же кресники-здухачи-шаманы, только злые! Кроме того, все типы шаманов могут менять облик, превращаясь в животных (баранов, быков, кабанов и так далее), которые обычно сражаются с противниками того же облика, но контрастного цвета. Если шаман побеждает, общину ждет благоденствие — или, по меньшей мере, какая-то погодная угроза обойдет ее стороной, — если же нет, жди беды. Таким образом, хорошие кресники, здухачи, талтоши, бенанданти и прочие жили ради того, чтобы беречь поля и виноградники от плохих (то есть от града и урагана, а скот и людей — от болезней).

Иногда кресника-шамана называют охотником на вампиров, что верно в контексте жизненной силы, которую его противник пьет в виде крови или чего-то нематериального (лишение урожайности, плодородия, изобилия как качества, а не совокупности плодов — тоже в некотором роде вампиризм). Подробнее о здухачах мы поговорим в пятой главе, а о вампирах — в восьмой.

На этом, однако, сложности с кресником не заканчиваются. Мифологический — единственный, уникальный — Кресник предстает в легендах и преданиях прекрасным юношей, златовласым и златоруким, сыном небесного владыки, пастухом и охотником, а также бесстрашным воином, который сражается с чудовищами. В его облике отчетливо прослеживаются черты солярного божества и божества плодородия, ведь как экстатические кресники-шаманы делают все возможное ради защиты полей и виноградников общины, так и Кресник выходит на бой с хтоническим змеем — похитителем коров, чтобы восстановить нарушенное равновесие. Напомним, в индоевропейской мифологии коровы ассоциируются с тучами, и потому сверхъестественный злодей, угнавший стадо героя или божества, на самом деле лишил его земли дождя.

^{Крестьянский винодельческий пресс для отжима винограда. Румыния.}

^{Ethnographical Museum of Transylvania}

На кого похож Кресник? Его сравнивают в первую очередь с отцом — Перуном, а также с другими громовержцами, например балтийским Перкунасом. Находят и общие черты с богами солнца Хорсом и Даждьбогом, богом огня Сварожичем и растительным богом плодородия Зеленым Юрием (Ярило). Но в каждом конкретном случае кроме сходства есть и важные различия, которые не допускают полного отождествления. Змаго Шмитек идет дальше: сопоставляет Кресника с мифическим иранским правителем Йимой (Джамшидом), индуистским царем смерти и справедливости Ямой, а также с зороастрийским Митрой[32].

Какие предания рассказывали о Креснике-боге? Говорили, он родился с отпечатками копыт на теле и мог превращаться в коня (а также в барана и быка). Еще рассказывали, что мать вынашивала его не девять месяцев, а девять лет. Для сравнения: кресник-шаман рождался в «рубашке» или с какими-то внешними особенностями, выделяющими его среди обычных детей, но не божественными по сути. Стихия и главные атрибуты Кресника-бога — пламя, солнце, солнечный свет, золото; его миссия — разнообразные подвиги, его оружие — меч, секира, железный молот или топор. И, конечно, молния, унаследованная от отца.

Владения Кресника расположены за девятью черными, поросшими лесом горами (в русской сказке это бы звучало «за тридевять земель»), на востоке — там, где восходит солнце. Его дворец стоит на золотой или стеклянной горе, которая представляет собой архетипичную Мировую гору, и на ее вершине — в райском саду — обитают избранные. Там же, у дворца, простирается сад, в котором растут яблони, дарующие золотые плоды бессмертия, и бьет волшебный ключ. Еще в некоторых преданиях у Кресника есть верный сторожевой пес — или несколько псов — с четырьмя глазами. Змаго Шмитек объясняет: в Словении считали, что пастушьи собаки с двумя белыми или коричневыми пятнышками на морде, расположенными ниже или выше глаз, могут предчувствовать приближение смерти.

Когда Кресник был совсем молод, он пас стадо в горах. Как-то раз он задремал, и тут из дальних краев явился его заклятый враг, змеиный король Вавилон (Змаго Шмитек предполагает, что это имя проникло в предание поздно — в период распространения средневековой христианской литературы, — а как до той поры звали врага, мы не знаем). Он украл всех коров и угнал далеко в горы, где спрятал в большой пещере. Кресник проснулся, обнаружил пропажу и отправился на поиски. Спустя долгое время он подошел к пещере и с силой ударил посохом по скале. Изнутри хлынули полчища злых духов, но тут разразилась сильнейшая гроза, настоящее светопреставление. Кресник перебил врагов всех до единого, и небо сразу же прояснилось. Когда наконец появился Вавилон, Кресник убил и его, а потом вывел из пещеры своих коров и погнал домой[33].

Другие — весьма многочисленные, с вариациями — истории о Креснике повествуют, как он сражался со змеем, напавшим на золотую колесницу, в которой бог летел со своим братом Тротом; воровал у змеиного царя или царицы волшебную золотую корону и спасался через тоннель, ведущий к собственному замку (или через девять ворот, из которых змеиный царь разбил восемь, а о девятые убился сам); освобождал заточенную в замке змея, великана, разбойника или какого-то другого злодея царевну, чтобы потом на ней жениться. В некоторых преданиях эта девушка была не просто царевной, а сестрой Кресника — такие сюжеты исследователи сравнивают с древним мотивом о священном браке солнца и луны. Больше мы про нее ничего не знаем, как и про Трота. Упомянутая золотая колесница наряду с властью над громом и молнией в христианском контексте связывала Кресника, как и Перуна, с пророком Илией.