Наталья Орехова – Вестник Зла (страница 91)

— Кто такие Ким и Томин? — спросил Эйнур. — Вроде имена не орочьи. Это те, кто помог тебе освободиться из плена?

— Да, что-то вроде того, — пробормотала Нинель и помрачнела. Она огорчалась из-за расставания с людьми и Вестником Зла, но старалась не думать об этом в пути. Теперь же ей опять напомнили о том, что Ким сделал для нее. А она его оттолкнула.

Гарэл заметил ее потускневший взгляд, но вернулся Ханок, поставил кружку с компотом перед девушкой, и Нинель отвлеклась от воспоминаний.

— Прости, — смутился Эйнур, глядя на эльфийку. Он понял, что задел нежелательную тему. — Расскажи лучше, куда идете?

— Мы идем в Виаласт, — ответила Нинель. — Надеюсь поступить там в академию магов.

— Хах! — рассмеялся Лотир. — Это не так просто, как кажется!

— Эльфийке будет проще, — заметил Брон. — Эльфы владеют магией чуть ли не с рождения! Так?

— Так, — кивнула Нинель, — с рождения наделены умением пользоваться магическими потоками.

— Знаешь, Нинель, — задумчиво проговорил Ханок, — в паре-тройке дней пути отсюда на границе с Мариграндом стоит Бортовск. Этот город принадлежит нашему королевству, но сейчас в нем гостит архимаг Джарстин. Он прямой подчиненный ее величества Мироны Андольской и глава академии магов в Виаласте. Если ты поспешишь, то застанешь его там и, возможно, сумеешь напроситься к нему на аудиенцию. Покажешь себя, попросишь, может, он войдет в твое положение и примет тебя в академию. Я слышал, что наши маги не сильно жалуют эльфийских. Поэтому тебе стоит поговорить напрямую с их главой.

— Я… я что-то сомневаюсь, что он будет слушать простую эльфийку, — занервничала Нинель. Она стеснялась обращаться напрямую к архимагу, считая себя слишком малозначимой, чтобы отвлекать такого великого человека.

— Но ты можешь попытаться, — произнес Ханок, с улыбкой глядя на реакцию девушки и вспоминая, как она лепетала оправдания, вылезая из повозки. Все же осталось в ней что-то от той эльфийки, убежавшей из Одрелоуна с караваном. — За попытку тебя никто не убьет.

— Пусть только попробуют, — буркнул Гарэл. — Любому голову оторву.

Ханок глянул на орка и кивнул, соглашаясь с ним.

— Несмотря на то, что ты орк, ты довольно хороший парень, — заметил командир. — Спасибо, что заботишься об этой сумасшедшей девчонке.

Гарэл расхохотался, а Нинель в недовольстве спихнула Ханока со скамьи. Мужчина заулыбался, но заметил, что сил у девчонки достаточно, чтобы столкнуть человека чуть ли не вдвое тяжелее себя.

— Нинель, я рад, что ты жива, — произнес он, садясь обратно на лавку, под веселый хохот друзей. — Первое время я очень переживал за то, что не смог тебя уберечь.

— Ой, брось, — махнула рукой Нинель. — Сама виновата в своей неосторожности.

— А я тогда думал, что тебя украл Вестник Зла, — произнес Эйнур.

Нинель поджала губы, но сумела выдавить:

— Нет. Это был не он.

Конечно, от цепкого взгляда Ханока не укрылась эта заминка, но причины он не понял.

— Последний раз с ним сталкивался в те дни! — воскликнул Эйнур. Он любил историю появления Вестника Зла и, будучи подвыпившим, рассказывал ее своим друзьям сотни раз. — Нинель, помнишь его зловещую фигуру в свете луны? Словно ночь стала темнее, и черный туман расползался по камням и кустам можжевельника!

— Замолчи, — поморщившись, попросила Нинель. Почему ее жизнь опять сводится к Вестнику? Почему нельзя просто вычеркнуть его из своей жизни и жить дальше?

Эйнур неправильно истолковал ее недовольство и продолжил:

— Значит, помнишь и до сих пор содрогаешься от ужаса! А как он поднял руки и прокричал темное заклинание, и призраки стали подниматься из земли?

Ханок улыбнулся: он не помнил ничего подобного, но никогда не встревал в рассказ товарища, доставлявшего ему удовольствие своим леденящим душу враньем.

— Не было ничего такого, — возмутилась Нинель. — Он просто постоял на холме и ускакал в ночь.

— Ты просто была мелкая и не помнишь! — выкрикнул Эйнур, громко стукнув кружкой по столу.

— Не настолько мелкая! Зато у тебя мозги от старости уже могли подменить воспоминания!

— Не дерзи мужчине, женщина! — взвился Эйнур.

— Иначе что? — ехидно улыбнулась Нинель. — Схлестнуться хочешь?!

— Драться с женщиной — себя не уважать, — фыркнул Эйнур. — Женщин надо любить. Долгими ночами.

— Вот и люби свою жену, — бросил Брон, и Эйнур сконфузился под общий хохот людей. — А то сбегаешь сюда вечерами, поди, уже любилка обмякла.

— Может, мне на твоей жене проверить, насколько хороша моя любилка? — огрызнулся Эйнур.

— Проверяй на шлюхах в борделе у Паронкивина! — парировал Брон. — Там достаточно шлюх твоего полета!

Нинель улыбалась, подперев подбородок костяшками скрещенных пальцев. Она с удовольствием слушала перепалку мужчин. К веселым подначкам присоединились Лотир и Ханок, которые с удовольствием вставляли колкости по поводу могучести Эйнура. Гарэл пытался сохранить серьезный вид, но не выдержал и покатился со смеху, вызвав недоумение у людей, быстро сменившееся колкостями по поводу орочьих женщин. Но парня не так легко было смутить, ведь колкости были вполне правдивыми, и он лишь подтверждал их, рассказывая не очень приличные истории из жизни орков.

— Ни разу в жизни не видел орочью женщину, — задумался Эйнур.

— Они в основном сидят в клане, воспитывая детей, — принялся рассказывать Гарэл. — Рожают каждый год. К пяти годам орочата считаются самостоятельными. Взрослых орочих называют гарку.

— Точно, точно, — закивала Нинель, которая была знакома с языком орков, хотя изучала она его давно и уже многое подзабыла. — А мужчин называете — гар. Это означает орк-мужчина, воин.

— А мое имя звучит как Гарэл — орк-мужчина-эльф, — улыбнулся Гарэл.

— Веселые у тебя родители, — хохотнул Лотир. — Такое имя ребенку дать.

— У нас была общая мать, — прорычала Нинель. — Не смей говорить ничего плохого про нее!

— Как так вышло? — удивился Ханок.

— Мою мать украли орки, давно, когда я была совсем маленькой девочкой, — пояснила Нинель.

— После чего мой отец привез ее в наш клан, и она была его личной женщиной, — продолжил орк. — Истинные гары имеют право на личных женщин. Чем ты сильнее, тем больше женщин ты можешь сделать своими. История не из приятных, я бы не хотел это обсуждать сейчас.

Мужчины примирительно закивали и сменили тему на более веселую, с рассказами о своих приключениях и семьях. Вечер проходил на удивление приятно и безмятежно, несмотря на орочью наружность одного из гостей таверны. Влияние Ханока было сильным — его уважали и верили ему. Поэтому никто даже в голову не взял проявить неуважение к его странным гостям.

В этот же вечер в город прибыл воин Светлобога, отправленный Бикелом для присмотра за орком и эльфийкой. Он поинтересовался о них у караульных, и те ответили, что эти двое ушли с Ханоком в таверну. Для воина Светлобога это стало неожиданностью. Что заставило уважаемого воина и командира гарнизона Гритергиса повести в таверну эльфийку и орка? Воин Светлобога решил найти Ханока и предупредить его об опасности. Он уточнил у стражников, где их найти, и направился в таверну.

Ханок внимательно наблюдал за эльфийкой, чье поведение постепенно перешло от недоброжелательного рычания к веселому хохоту. Она и Эйнур вспоминали путешествие десятилетней давности, как они отбивались от разбойников и гоблинов, как ночевали в городах. Эйнур продолжал насмехаться над командиром, называя его извращенцем. Ханок терпеливо отшучивался от его подколов, стараясь понять, в чем необычность поведения девушки. Нинель была странной эльфийкой. Ханок сейчас это заметил. Недаром он всю молодость ездил с купцом до Одрелоуна, много раз видел эльфиек и общался с ними на торгах. Нинель была иная. Холодная, обозленная, неприветливая, бесцеремонная. Даже ее брат орк был более дружелюбен и сдержан, чем она. К удивлению командира, Гарэл оказался общительным и открытым парнем. Но, несмотря ни на что, эти двое что-то скрывали. Из прошлого эльфийки.

К Ханоку подошел человек и прошептал на ухо:

— Воин Светлобога ждет Вас на улице, командир. Одного.

Ханок кивнул. Глянув на Нинель и Гарэла, которые подпевали барду старинную песню о веселящем вине и принцессе, он указал Эйнуру следить за ними и вышел.

На улице была уже глубокая ночь, и изо рта Ханока вырывался пар. Было прохладно. Воин Светлобога в белом табарде с красным солнцем на груди стоял возле забора соседнего дома.

— Доброй ночи, воин Светлобога, — поздоровался Ханок. — Что-то случилось?

— Ханок Иварсонски, — поклонившись в знак приветствия, отозвался воин, — у меня есть тревожные вести от нашего командора из Трикиты. Меня зовут Атирик.

— От светлого Бикела? — удивился Ханок. Он давно знал Бикела, еще до того, как тот стал командором воинов Светлобога. — Вести настолько тревожные, что он прислал одного из своих воинов?

— Да, это касается Вестника Зла, — кивнул Атирик. Он достал из нагрудного кармана удостоверение с печатью, чтобы Ханок убедился, что воин действует по приказу командора и во имя веры.

Ханок нахмурился. Не многовато ли на сегодня упоминаний Вестника Зла?

— Командор давно выслеживает это отродье Тьмы, — продолжил Атирик. — Около месяца назад Вестник Зла высадился с корабля в Дандере вместе с небольшой группой людей. Не знаю, какими путями, но командор смог добыть информацию по поводу намерений этого отряда. Эти люди вели Вестника Зла к некоему господину Заудену. Он захотел власти над миром и решил использовать темные силы Вестника Зла в своих целях. Бикел решил помешать им, но след этого отряда затерялся перед границей нашего королевства. Потом их отряд был замечен недалеко от Раздольного. До нас дошли известия, что крестьяне там взбунтовались, перебили всю стражу и убили лорда Нарета. Ходят слухи, что Вестник Зла помогал им в этом, самолично убив лорда. Говорят, колдун заставлял ходить трупы и убивал людей с помощью темной магии…