Наталья Орехова – Вестник Зла (страница 8)

Пыль начала оседать, и кошмары вернулись в свое лежбище. Сейчас был день, и красное солнце хоть и тускло, но освещало горный массив. В это время все обитатели мира стремились уйти в тень. Но когда солнце опускалось за черную дымку на горизонте и даже свет звезд не долетал с неба через плотную завесу облаков, тогда жизнь в этом мире закипала. Отовсюду выползали ужасные монстры, и каждый становился сам по себе. Здесь, в мире мрака и зла, не на кого надеяться. За каждым поворотом мог скрываться враг, готовый съесть тебя или вволю помучить. Прожив в Сахане несколько лет, Нинель уже давно поняла законы выживания в этом мире. Теперь она следовала только им, ни на шаг не отступая, иначе этот шаг мог оказаться последним.

Нинель осторожно вышла из укрытия и пошла вдоль обрыва, спускаясь вниз по горной тропе. Эльфийка не боялась: днем можно было встретить только высших демонов, а с ними можно договориться. Однако она была настороже. Обрушившиеся в ущелье камни разбудили кошмаров, и они могли учуять ее и напасть.

Нинель спускалась в небольшую долину, раскинувшуюся среди отвесных скал и острых камней. В мире, где было мало солнца и растениям приходилось туго, росли в основном грибы и лишайники. В долине разросся оазис из гигантских грибов, очень редкий в этом мире и очень ценный для живущих рядом. Водопадом ниспадая с утеса и разбиваясь о каменистую почву, текла ржавая река. Несмотря на мутную воду, в ней можно было освежиться и помыться. В Сахане на поверхности было мало рек, хотя дождь проливал здесь немало своих живительных капель. Но вода не задерживалась на голых камнях, проникая вглубь почвы. Глубоко в пещерах демонов она скапливалась в огромные озера. В тех местах, где подземные реки вырывались на поверхность, влажность испаряющейся воды давала жизнь грибам. Дворец короля Сахана располагался недалеко от самого большого грибного оазиса.

Нинель познакомилась с оазисом несколько лет назад, когда впервые вышла за пределы замка. Тогда они с Денарисом вышли в рощу просто погулять. Она так и не могла понять, почему он в тот день взял ее с собой. Но тогда она словно очнулась от кошмара. Она почувствовала грибы и мхи. Ее эльфийская сущность пробудилась.

Когда Нинель попала в Сахан, она долгое время жила в замке, куда почти не попадает свет. И даже магический огонь, призываемый демонами, не может дать достаточно освещения. В этом мире огонь был другой. Тусклый, фиолетово-красный. И когда вокруг эльфийки плясало пламя, призванное Денарисом, она замирала в ужасе от увиденного. Ее окружали монстры из страшных кошмаров. Огромные пасти с зубами, руки с когтями, полные злобы взгляды. Но постепенно ее глаза привыкли к мраку мира и к тем существам, которые ее окружали.

Поначалу к Нинель относились как к животному, держа в клетке в цепях. Но потом ей начали давать работу. Денарис не мог постоянно быть рядом с ней, и, чтобы его слуги могли ею управлять, ей пришлось выучить язык демонов. И она стала почти наравне с низшими демонами. Денарис редко вмешивался в ее отношения со своими слугами. И заступался в крайних случаях. Нинель сама отстаивала свои границы среди рабов и прислужников короля. Ее борьба за еду и место для сна не волновали Денариса.

А потом у Нинель появилось свободное время — когда Денарис спал, а его слуги были заняты другими делами. И Нинель поняла, что может в эти короткие часы покоя уходить в рощу. Они стали единственными светлыми моментами в ее жизни. В роще она могла расслабиться и почувствовать, что еще может найти в себе силы жить дальше. Нинель разговаривала со мхами, ухаживала за ними. Она трепетно относилась к грибам. Но их энергетика была совсем иной, не такой, как у ее родных растений Хаула. Поначалу эльфийке было трудно общаться с грибами. Она долго подбирала нужные жизненные вибрации, которые оказались гораздо сложнее и глубже, чем у растений.

Нинель блаженно растянулась на мягком мху красно-рыжего цвета. Над ней распустилась зонтиком шляпка гигантского гриба. Закрыв глаза, она расслабилась всем телом. Здесь она могла себе это позволить. Грибы и мхи защитят ее от любых врагов. Где-то жужжали насекомые, были слышны крики демонических птиц, обитающих в лесу. Тихо шептались между собой грибы, речка плескалась о каменистые берега.

Вскочив и сбросив с себя поношенную одежду, Нинель с разбегу прыгнула в воду. Горячий поток принял ее в свои объятья. Ловко поймав в воде змееобразную рыбу, девушка вышла из воды. Она положила добычу рядом с походным мешком — тем самым, с которым она появилась в этом мире. Чуть позже, в замке, она приготовит себе вкусный обед, вместо тех объедков, что давали ей демоны. К счастью, проблем с огнем в этом мире не было, и сырое мясо она перестала есть несколько лет назад. Хотя иногда приходилось вспоминать об этом, если ее сажали в клетку и кидали ей куски чьей-то плоти. Так она получала воду из крови и еду из мяса. Приходилось выживать несмотря ни на что.

Нинель села на теплые камни на берегу и стала наблюдать за течением реки и игрой бордовых отблесков на воде. Девушка обхватила себя руками и почувствовала шрамы на спине. Она уже давно не получала плетей от Денариса. Коросты от прошлых ударов уже зажили, превратившись в розовые полосы вдоль спины. Нинель не испытывала к себе никакой жалости. Она лишь надеялась, что Денарис больше не применит свой хлыст. Она перестала испытывать жалость, когда наказания и издевательства стали для нее рутинным событием в жизни.

Девушка принялась осматривать свое тело. Она с ужасом заметила, что грудь становится все больше — неужели она начала взрослеть? Теперь под рваной одеждой уже виднелись небольшие выпуклости, и девушка со страхом положила на них руки. Будет ли это еще одним поводом поиздеваться над ней? Что же с ней будет, когда она станет взрослой, сформировавшейся женщиной? Хотя какая разница? Пыткой больше, пыткой меньше, неужели это действительно ее волнует? Нет ничего, что бы спасло ее от страшной участи.

Нинель подтянула к себе свой мешок и извлекла из него сшитые листы бумаги. От времени они потрепались по краям и немного измялись, но надежная нить скрепляла их, не давая разлететься на отдельные фрагменты. Нинель с болью в сердце перелистывала странички, вчитываясь в каждое слово. Год за годом это было единственным напоминанием о прошлой беззаботной жизни. Ее старый конспект с занятия по истории, с которым она покинула Одрелоун. Нинель провела пальцем по рисунку в конце конспекта, и на мгновение ее лицо посетила улыбка.

Солнце начало садиться. Тьма выползала из всех углов, заполняя рощу. Нинель бережно засунула конспект во внутренний карман мешка. Одевшись и завернув рыбу в тряпку, чтобы та не замарала ее вещи, она направилась обратно в замок. По дороге она резко остановилась, заслышав чьи-то голоса. Где-то неподалеку разговаривали разумные существа. Нинель прислушалась.

— О да! Это лучшее, что могла создать природа! — произнес один голос.

— И лучшее, что можно найти в этой роще! — подхватил второй.

— Рви больше, чтобы надолго хватило!

Нинель решила пойти на голоса, чтобы проверить что происходит. Через минуту она заметила просвет среди зарослей. Эльфийка медленно подкралась к незнакомцам, притаившись за стволом гриба. Это были двое высших демонов — инкубов, собиравших споры грибов. Их крылья покоились на плечах, словно плащи, и это значило, что они находятся здесь уже давно. Нинель удивленно наблюдала за их усердными действиями. Она знала, что грибы здесь используют для изготовления различных предметов, но зачем демонам споры?

Один из инкубов закинул в рот горсть спор.

— О! Мне гриб улыбается! — похлопав по плечу товарища, произнес он. — У него, оказывается, зубы такие острые!

— Ничего себе! — воскликнул тот. — Тебя уже вставило! С одной горсти!

Нинель нахмурилась, не поняв значения слова «вставило», и она так и не поняла, откуда у гриба зубы.

— Давай-давай, еще греби! — подгоняли друг друга инкубы.

Они отрывали шляпки грибов одну за другой, опустошая споровые мешки. Нинель сердито сощурилась. Так бессердечно обращаться с живыми грибами!

Позади послышался хлопок крыльев, и Нинель развернулась. Ее рука инстинктивно легла на рукоять сабли. Перед ней стоял третий инкуб с удивлением на лице.

— Здравствуй, эльфийка, — сказал демон, оскалив рот в зубастой ухмылке. Он был на голову выше ее, с когтистыми руками и мощным телом. Нинель сглотнула и шагнула назад. Она поняла, что поступила опрометчиво, когда пошла на голоса. Раскрыв ладонь в направлении земли, она приготовилась призвать грибы на помощь.

— Не бойся, светлокожая, — хитро улыбнулся инкуб и, резко подскочив к девушке, схватил ее за плечо.

Нинель дернула рукой, пытаясь призвать гриб, однако рука не послушалась. Рот не произносил ни звука, а все мысли спутались в клубок. Ее тело больше не подчинялось ей, а разум словно угас. Нинель попала под магическую атаку инкуба. Эти демоны умеют подавлять волю собеседника, заставляя его делать все, что они пожелают. Инкуб потянул за собой эльфийку и вышел к товарищам.

— Глядите, кого я нашел! — воскликнул он, сжав девушке плечо. Она даже не могла поморщиться от боли, когда когти впились в ее кожу.

Двое других злорадно заухмылялись.