Наталья Орехова – Вестник Зла (страница 16)

— Погоди, а вдруг это засада? Ты видел ее?

— Это же эльфийка. Мы с эльфами уже пятьсот лет не воевали, — упрекнул его мужчина. — Ты видел ее испуганные глаза? А если она ранена?

Его отпустили, и мужчина медленно пошел искать странную эльфийку.

Нинель сидела в траве и пыталась успокоиться. Частью себя она понимала, что люди не причинят ей вреда, но другая часть вопила о том, что они опасны. В темноте она чувствовала себя намного увереннее. Она вышла из травы на дорогу. Мужчина увидел ее и остановился.

— Привет, — неуверенно поздоровался он. — Что ты здесь делаешь? Почему ты одна? Что с тобой случилось?

— Здравствуй, — холодно отозвалась Нинель, тут же мысленно отругав себя за это. Ей было тяжело разговаривать более теплым тоном, но надо было пересилить себя. Необходимо расположить к себе людей, чтобы они помогли ей. Она внимательно оглядела мужчину — он был коренастый, с седыми волосами до плеч и небольшой бородкой. «Немолодой», — подумала Нинель и продолжила разговор:

— Я отстала от своего отряда, столкнулась с гоблинами, и мне нужна помощь.

— Гоблинами?! Ты не ранена?

— Нет.

— Да, гоблины распоясались после войны с Кинмером, — протянул мужчина. — Границы охранять стало тяжелее после того, как многие мужчины полегли на этой войне.

Нинель не слышала об этой войне. Возможно, она произошла, пока Нинель не было в Хауле, и это неудивительно — люди постоянно воюют между собой. Кинмер — государство южнее Карболда, и у них общая граница, которую можно было оспорить.

— Пойдем, мы тебя не тронем, — позвал стражник эльфийку. — У нас давно не останавливались эльфы! В последнее время вы все меньше покидаете свой лес, — глядя, как эльфийка идет в его сторону, он улыбнулся и тоже пошел к воротам. — Ну, это понятно, неспокойно у нас, у людей, стало.

Мужчина продолжал говорить, но Нинель его слушала в пол-уха. Они приближались к воротам, и свет опять начал раздражать. Нинель вновь почувствовала беспокойство и боролась с желанием удрать в темноту.

Два других стражника выдохнули, когда увидели, что их товарищ возвращается невредимым.

— Все в порядке, она просто отбилась от своих и столкнулась с гоблинами, — пояснил мужчина.

— Гоблины? — взволновался один из них. — Надо выставить стражу побольше! Они могут напасть!

— Не нападут, — мрачно буркнула Нинель. — Их слишком мало осталось.

Мужчины переглянулись. От того холода, с которым говорила эльфийка, мурашки бежали по коже.

— Ты расправилась с ними в одиночку? — не поверил немолодой стражник.

— Их было не так много, — уклончиво ответила Нинель.

— На всякий случай мы выставим больше охраны.

— Проходи, — произнес седовласый. — Можешь дождаться рассвета у нас в караульной. Ночью тебе нечего делать в городе.

Нинель поняла, что ее хотят оставить под присмотром, чтобы убедиться, что она не несет угрозу для города. Она кивком приняла предложение.

Ее отвели в небольшое помещение, находящееся рядом с вышкой. В нем на соломе спали сменщики, стоял стол со скамьями. Нинель присела за стол, к ней подсел седой стражник. Он внимательно ее оглядывал, хотя свет свечи был тусклым. Нинель накинула капюшон на голову, чтобы скрыть свою внешность и чтобы докучливый человек не принялся задавать вопросы.

— Откуда ты такая пришла? — пробормотал он шепотом, чтобы не разбудить товарищей.

Нинель ничего не ответила.

— Ложись спать, — стражник махнул рукой на кучу соломы. — Завтра мы впустим тебя в город. Скоро рассвет, и мне надо отчитаться о тебе начальнику.

Нинель послушно легла на солому и закуталась в плащ. В помещении было гораздо теплее, чем на улице, и девушка начала постепенно согреваться. Нинель была еще в некотором шоке от тех событий, что так стремительно развивались в последние пару суток. Она чутко вслушивалась в шорохи мышей в соломе, в храп спящих рядом людей и не могла поверить, что ее больше не окружают демоны. Неужели она наконец-то сможет расслабиться и забыть о постоянной опасности? Девушка обхватила себя за плечи, сжалась в комок и постаралась успокоиться. Вскоре она провалилась в дрему, но того беспечного сна, что был у нее в день, проведенный в пещере с Вестником Зла, так и не было.

Ближе к утру до ее уха долетел разговор. Вначале она не обратила на это внимания, лишь сильнее сжалась в комок, пытаясь согреть ноги в разорванных сапогах. Но потом интуиция заставила ее прислушаться.

— Действительно эльфийка?

— Да, самая настоящая. Молодая.

— Страшно выглядит твоя эльфийка, словно нищая побирушка.

— Поэтому и цена за нее такая маленькая!

Нинель резко вскочила, но ее осадили направленным на нее острием меча.

— Что за ерунда? — зашипела Нинель, схватившись за рукоять сабли.

Лезвие меча коснулось ее шеи.

— Ну давай, вытащи оружие, и в твоей шее появится улыбка, — насмешливо сказал бородатый человек. На нем не было знаков отличия стражи города, и одет был в более походную одежду. В этот момент в караульной никого, кроме них троих, не было. Очевидно, спавшие ушли принимать смену у дежуривших. Повернувшись к стражнику, который вчера был в числе встретивших Нинель в воротах города, бородатый ухмыльнулся:

— Слышал? Ругается. На эльфийском.

— На саханском, ублюдок, — процедила Нинель сквозь зубы.

Мужчина повернулся к ней, и в его глазах девушка увидела ярость. В следующий миг он с силой ударил ее в висок эфесом меча. Мир поплыл перед глазами, и Нинель почти без сознания рухнула на солому…

Нинель пришла в себя, когда ее уже везли на лошади прочь от города. Рассвет встретил ее безжалостным светом, и девушка закрыла глаза. По лучам солнца она поняла, что ее везут на юго-восток. Она прислушалась. Лошадь была одна, и ее вел в поводу человек. Ветер шумел в деревьях — значит, они шли где-то рядом с лесом. Нинель попыталась высвободить связанные руки, но у нее это не получилось. Надо открыть глаза, чтобы взглянуть, каким способом ее связали, и оценить, можно ли выбраться из пут. Нинель приоткрыла слезящийся глаз и глянула на руки — довольно простые узлы, она справится с ними в два счета. Демоны связывали ее более сложными техниками. Что насчет ног? Нинель не видела их, но чувствовала, что они свободны.

До ее слуха донеслись разговоры: они приближались к группе людей. Нинель решила пока сохранять спокойствие. Она понимала, что стражники в городе ее продали, но кому? Все равно. Она всеми силами попытается выжить.

— Я смотрю, ты кого-то раздобыл, — послышался насмешливый голос. — А я думал, что в этом городишке ничего интересного не найти.

— Вы не представляете, кого я добыл, — усмехнулся человек, который привез Нинель, и она узнала голос бородача. — Это настоящая эльфийка!

Нинель почувствовала, как ее дернули за плащ, и она соскользнула с крупа лошади на землю. Она сделала кувырок назад и попыталась подняться, но чья-то нога встала ей на спину и прижала к земле.

Нинель упрямо начала подниматься — подобные издевательства были ей привычны, как дыхание. Ее физических сил хватило, чтобы человек потерял равновесие и отпрыгнул от встающей на четвереньки девушки. В следующий момент ее ударили ногой в живот, и Нинель скрючилась на земле от боли.

— Упрямая девка, — прорычал бородач. Послышались мужской смех и улюлюканье.

— Покажи лицо, — донеслись до нее слова.

Ее поставили на колени, скинули капюшон и схватили за грязные волосы. От боли Нинель пришлось откинуть голову назад. Она продолжала стоять с закрытыми глазами и ничего не видела. Послышался свист одобрения и удивления.

— Действительно эльфийка! Может, не чистокровная — посмотрите, какая грязнушка.

— Может, — ответил человек, который держал девушку за волосы. — Открой глаза!

Нинель упрямо зажмурила глаза и выругалась на саханском. Ей прилетела пощечина, а затем ее больно схватили за подбородок, впиваясь в него ногтями.

— Открывай, говорю!

Нинель рванула вбок, оставляя клочки своих волос в руках мужчины и царапая лицо о его ногти.

— Э-э-э, стой, стой! — послышались крики со всех сторон, и Нинель поняла, что сейчас ей не убежать — слишком много народу.

— Своенравная девка, — хохотнул ее пленитель. — И сильная.

— Пойдем, покажем ее предводителю, да пора в путь.

Нинель подвели к какому-то человеку. Она все еще не могла открыть глаза, и услышала только его голос. Судя по всему, мужчина осмотрел ее, не упустив возможности полапать, и отметил ее ужасное состояние.

— В фургон ее! — были последние слова так называемого предводителя, прежде чем девушку засунули в темный фургон. Там она наконец смогла взглянуть на окружающую обстановку, но картина, которая ее ждала, была слишком неприятной, чтобы стоило открывать глаза.

В темноте тесного фургона в веревках и кандалах были люди разного возраста и пола. По их изможденным, худым лицам было понятно, что в пути они давно и обращались с ними как и положено — как с рабами. Нинель яростно зарычала, давая понять, что не настроена дружелюбно. От этого утробного рыка люди начали с опаской коситься на нее. Девушка принялась развязывать веревки зубами, исподлобья поглядывая на окружавших ее людей. Они изумленно наблюдали за дикой эльфийкой, больше похожей по повадкам на животное, чем на разумное существо.

Нинель неистово раздирала веревку и вскоре смогла высвободиться из пут. Она прислушалась — на улице разговаривали люди. Их было трое сзади повозки, еще двое по бокам. Впереди тоже были люди. Все они были верхом на лошадях. Девушка обшарила себя и поняла, что все ее вещи забрали. Нинель зарычала от потери самого ценного, что у нее было, — сабли и конспекта лекций. Она присела на корточки, пытаясь заглянуть за полог. Свет вгрызался в глаза, но Нинель упрямо пыталась отыскать у ехавших сзади воинов свои вещи. Их не было.