Наталья Орехова – Проклятие Софии. Герои Хаула. Книга 2.1 (страница 5)

Проклятие сверкнуло золотом, и Блэк почувствовал присутствие жизни извне. Еще до того, как он обратил свой взор наружу, он уже знал, кого увидит.

Черный монстр сидел перед ним в переливающемся разными цветами тоннеле.

– Проваливай, – прорычал Блэк.

– Я тоже не рад тебе, если что, – неожиданно заговорил монстр.

Блэк настолько опешил, что не мог вымолвить и слова.

– Сэмюэль немного научил меня общению, – продолжил говорить монстр хриплым голосом. – И базовым навыкам Хранителя.

Блэк по-прежнему молчал, внимая словам твари. Он знал, что время не властно над Хранителями в привычном понимании времени для смертных. И то, что Сэм успел чему-то научить монстра за такой короткий промежуток, не было для Блэка неожиданным. Но видимо на проклятие время влияет, раз Сэм смог замедлить течение времени настолько, чтобы обучить эту тварь чему-то, прежде чем сработал портал. Возможно, это проклятие как-то связано с миром смертных и теми законами, которые есть у них.

– Мне сказали, что теперь мы с тобой привязаны друг к другу, – продолжил монстр. – Мы всегда будем вместе. Возможно, пока ты не научишь меня пользоваться моей силой.

– Я ничего не понимаю в силе Хранителя, – отмахнулся Блэк. Он быстро соображал и пытался выстроить логические цепочки. Порядок и последовательность всегда сложно ему давались.

– Я тоже, но раз я – Хранитель и привязан к тебе, значит это твоя обязанность. Так Сэмюэль сказал.

Блэк прервал свои размышления и с яростью глянул на мерзкую тварь.

– Ты достал меня! – Тьма взбесилась и ринулась на монстра. Тот не шелохнулся, а волна тьмы разбилась о него, как вода о камни.

Блэк в ярости ринулся по тоннелю, выискивая тот злосчастный мир, где он получил проклятие.

Глава 2. Месть

По кухне плыл насыщенный и терпкий аромат кофе. Лазурный рассвет заглядывал в окно, разгоняя сумерки. София не двигалась, держа в руках горячую кружку. Солнце появлялось из-за горизонта, медленно восходя над землей. Тьма космоса разбивалась о голубизну рассвета, а когда светило взойдет, то небо заполнит привычный желтый цвет. Жаль, что сквозь мутный защитный купол это выглядело не так ярко и торжественно.

Дом наполняла тишина. Муж и дочь еще спали, и сонная безмятежность висела в воздухе. Софии хотелось как можно дольше насладиться этим спокойствием. Она боялась пошевелиться, чтобы шорохом не спугнуть минуты, когда она могла улететь в свои мысли.

С момента, когда на 101-PH-45 уничтожили деймосов, прошло две космонедели. Двадцать дней на Марсе. Ее уволили из компании, и она вернулась домой. Жалеет ли она о своей выходке? Нисколько. Она уверена в том, что все делала правильно и по совести. Она не могла по-другому. София смотрела новости в сети, и от реакции людей тошнота подкатывала к горлу. Возмущение от несправедливости и глухоты человечества наваливалось ноющей болью. Люди – это болезнь. Вселенная больна ими. Населена паразитами, которые ее убьют. Человечество уже летает по космосу, населяет разные планеты, а все еще ведет себя, как древние дикари с Земли.

София отпила горький напиток, чувствуя, как с горячей жидкостью тело наполняется силой. Кофе – это древнее лекарство от всех проблем и тревог. Он обновлял ее каждое утро, а сегодня это было особенно нужно.

Ночью она видела во сне Купера. Он не говорил ни слова, просто смотрел тяжелым взглядом и медленно шел к ней, а за ним простиралась темнота. Хотелось бежать, прятаться, рыдать и биться в ужасе. Грудь сдавливало, и София задыхалась прямо во сне. Бежать не получалось, страх сковывал тело. И не было ни звука.

Как сейчас.

София вздрогнула, кружка выскользнула из рук и со звонким стуком разбилась о пол. София развернулась и ринулась в спальню к дочери. Это было интуитивно, она даже не задумалась почему. Внутри снова разгорался страх, такой же как во сне, и сердце гулко стучало в груди.

Слишком громко для такой тишины.

Дверь в спальню дочери была приоткрыта, и София тихо проскользнула внутрь. Шторы не пропускали свет, и комнату заливала темнота, однако женщина увидела на кровати дочь. Укрытая одеялом, ее волосы разметались по подушке, а руки были закинуты за голову. София выдохнула и подошла ближе. Такая сладкая девочка, самая любимая во всей вселенной. Один взгляд на нее успокаивал и вдохновлял. София положила руку ей на лоб.

Холодный.

– Агата! – София сорвала одеяло и увидела кровавое пятно под дочерью. – Боже! Агата!

Мгновенная мысль ударила в сознание – она мертва. София в панике попыталась подхватить дочь на руки, но в этот момент ей на спину легла ладонь и с силой придавила к телу Агаты. Вторая зажала рот, и София даже не смогла вскрикнуть. Кто-то навалился на нее сверху, схватил за волосы и запрокинул голову назад.

– Помнишь меня, мразь? – прошептал мужской голос рядом с ухом.

«Купер!»

Вырваться из крепкой хватки не получилось. Мерзкий язык облизал ей щеку, боль пронзила шею, и София начала задыхаться. Она отчаянно пыталась вдохнуть, но лишь захлебывалась кровью. Пелена темноты затягивала глаза, тело не слушалось, от всех чувств остался лишь страх.

– Софа!

Ее словно выкинуло из реальности, тело налилось силой. София рывком оттолкнулась от кровати и с размаху ударила Купера.

– Софа, ты чего?

Перед ней сидел муж, поймавший ее руку с кулаком. Они были в их спальне, на кровати.

«Сон?» – промелькнуло в голове.

– Тебе кошмар приснился? – муж притянул ее руку к своей груди.

– Д-да, – неуверенно ответила София и огляделась. Рассвет пробивался через щель в шторах. В доме стояла тишина. Муж взволнованно оглядывал ее. Все было спокойно и обычно. София чувствовала, что сейчас она в реальности, но не могла отойти от того правдоподобного сна. Шея до сих пор гудела, а в груди щемило.

– Пойду, кофе поставлю, – муж поцеловал ее в лоб и направился на кухню.

София вспомнила сон и бросилась в комнату дочери. Она влетела туда и сразу пощупала лоб девочки. Теплый. Агата замычала и перевернулась на бок. Жива. Облегчение накатило волной, ноги подогнулись, и София медленно осела возле кровати.

Какой правдоподобный кошмар.

Но это был всего лишь сон. София встрепенулась и пошла на кухню. Она слышала, как работает кофеварка, яркий запах разливался вокруг, и синие лучи рассвета манили вновь взглянуть в окно с кружкой кофе. София переступила порог и резко остановилась.

Кухню словно облили красной краской. На полу, на шкафах, на стенах – все было залито…

Кровью.

Тяжелый сладковатый запах разливался по кухне, однако взгляд Софии был прикован к столу, в центре которого стояла окровавленная голова мужа. Его потускневшие глаза смотрели на нее, а на лице застыла гримаса боли. Полчерепа сверху не было, и там виднелся мозг.

– София, дорогая моя. – На другом конце стола сидел Купер с ложкой. – Присоединяйся к завтраку.

Он запустил ложку в мозги, зачерпнул их и закинул в рот.

Крик вырвался из глотки, и София кинулась в спальню к дочери. Однако Купер появился перед ней, схватил и опрокинул на пол. София кричала и отбивалась, но чувствовала, как мужчина разорвал ей трусики и вставил в нее член. Она дернулась от отвращения и завизжала.

– Купер, быть ты проклят! – Из ее глаз бежали слезы от ужаса и собственного бессилия, пока Купер насиловал ее.

Джеймс остановился, и в этот момент София услышала тоненький голос из соседней комнаты.

– Мам, ну чего вы шумите?

– Какая прелестная девочка, – промурлыкал Купер и в следующий момент приложил Софию лбом об пол. В глазах помутнело, но она слышала крик дочери, ужас и отчаяние вырвались громким рыданием.

– Купер, прошу, не трогай ее!.. – София попыталась встать, но провалилась куда-то в бездну темноты, а потом упала на пол.

– Софа, ты чего?

София резко вскочила. Рядом стояла кровать, на ней лежал сонный муж, недоуменно смотрящий на нее.

– Дерек, что происходит?.. – София не понимала, спит она или нет.

– В смысле?

София огляделась. Опять сон?

– Ты упала с кровати, – едва сдерживая смех, пояснил муж.

Софии было не до веселья. Она до сих пор ощущала в себе член Купера. Прошиб пот, ночнушка противно прилипла к спине. София смотрела на мужа и не могла понять, реален он или нет. Она слышала, что иногда люди могут путать сон и явь, неужели это настолько правдоподобно? Не верилось.

Дерек вздохнул, встал и направился к ней. София всматривалась в него, его движения, и понимала, что он ничем не отличался от обычного себя.

– Иди ко мне, – сказал муж и обнял ее. – Заболела, может? Вся липкая.

Дерек отстранил ее и улыбнулся. Морщинки в уголках глаз сделали взгляд еще добрее. София выдохнула и прижалась к нему. Его терпкий запах успокаивал, возвращал в реальность.

– Пойдем, выпьем кофе, – Дерек поднял ее с пола.

От этих слов София напряглась. Она не хотела выпускать мужа из объятий, боялась отпустить.

– Пойдем вместе, – сказала она хриплым голосом.

– Хрипишь? Точно заболела. – Дерек нахмурился и отступил. София схватила его за руку, и тот удивленно на нее посмотрел: – Ты словно сама не своя. Кошмар приснился?