Наталья Мокроусова – Зелёная дверь (страница 4)

– А что дальше? – Поппи нетерпеливо перебила женщину, возвращая ее к сути.

– А дальше Раймонду придется обосновать ваше, Поппи, пребывание в этом мире. – незнакомый женский голос застиг всех врасплох. – Для этого, ему было велено сопроводить вас в главный офис, чего, по всей видимости, не произошло.

Незнакомка появилась на маленькой кухне, чуть ли, не упираясь головой в потолок. Высокая худощавая женщина, одетая в белое, расшитое бисером платье, умолкла, в ожидании ответной реакции. Ее золотистые волосы, заплетенные в косы, как корона, опоясывали голову. Светлые, светящиеся глаза ехидно улыбались, в то время как тонкие губы недовольно вытянулись в полоску. Высокий лоб, прямой нос, брови с изломом… Такое идеальное лицо было усыпано веснушками, которые выглядели как нельзя к месту. Из-под длинных рукавов платья виднелись сцепленные в замок руки, облаченные в белоснежные кружевные перчатки. На безымянном пальце красовалось кольцо с фиолетовым сердечком. Молодая женщина едва поклонилась присутствующим, одарив каждого взглядом, задержавшись на Раймонде.

– Натаниэль! – умоляющим охрипшим голосом начал было Раймонд, но женщина прервала его выставленной вперед ладонью.

– Я понимаю. Ты был напуган. Поэтому пришел сюда, – она обвела взглядом кухню. – Впредь, пожалуйста, следуй протоколу. От этого зависит не только твоя жизнь, но и жизнь всех остальных. В качестве наказания, ты обязан сопровождать этого человека ровно столько, сколько ему потребуется. Так как прорицательница Дивина поручилась за вас, – в этот момент Дивина чуть ли не подскочила на своем месте. – Твое присутствие в Главном офисе необязательно. Выслушав ее предзнаменование, незамедлительно отправляйтесь в путь.

– А теперь ты, Поппи… – Натаниэль приблизилась к Поппи, которая все это время жалась к стенке, думая, что ее никто не увидит. – Ничего не бойся, – она взяла ее за руки и наручники рассыпались на множество пылинок. – Ты со всем справишься. Ты все поймешь. Ты обретешь покой. Ты обретешь силу, – ее слова переходили на шепот, разобрать который могла только Поппи. – Береги его.

Натаниэль перевела взгляд на Раймонда.

– Береги ее.

Мгновение и Натаниэль как будто и не было. Лишь пылинки вальсировали в лучах случайно пробившегося солнца. Наступила тишина, которую можно было потрогать.

Из оцепенения всех вывела Поппи:

– Да-а, пафоса ей не занимать… – протянула она, занимая свое место. – И стоило ее так бояться?

Раймонд фыркнул, потирая запястье. Дивина старательно разглаживала складки на скатерти.

– Конечно, не тебе же потом отдуваться за то, что притащила невесть кого в свой мир!

– А мне кажется, Натаниэль – очень милая девочка, – в разговор вступила прорицательница, медленно вставая из-за стола. – Никто тебя не накажет, Раймонд. Все все понимают.

Раймонд упер руки в бока, пытаясь всеми силами скрыть накатившую на него волну паники.

– Девочка? Милая?! – Поппи округлила глаза.

– Вот именно! – согласился парень. – Она… Она не девочка! Ну, не то что бы… Скорее Снежная королева из сказки, только приятнее! Снисходительнее, что ли.

Женщина прятала улыбку, пока перетасовывала неизвестно откуда появившееся карты таро. Поппи показалось, что карты взялись прямо из воздуха, как и странный блокнот Раймонда около часа назад.

‒ О, скажешь тоже! Наша Снежная королева давно на пенсии! – засмеялась Дивина.

Поппи прыснула со смеху:

– Ты ее боишься, а не за себя. Так бывает, когда кто-то в кого-то влюблен! А ты…

Но договорить Поппи не успела, Раймонд соскочил с места и выбежал из комнаты, хлопнув дверью, на что та раздраженно прошипела. Дивина тяжело вздохнула (в очередной раз), занимая место рядом с Поппи, которая сама того не ведая, попала в яблочко.

– Курочка, не серчай! Он не со зла.

Дверь фыркнула. Вся посуда со стола перелетела в раковину, где невидимые силы начали намывать ее. Чашки со звоном ударялись друг о друга, пена летела во все стороны. Запятнанная скатерть была сдернута со стола. Она проплыла в одну из комнат, ударившись о стенку. Теперь на белой поверхности красовалось коричневое чайное пятно.

– Моя избушка на него обиделась, – объяснила женщина шепотом, закончив перетасовывать карты.

***

– Значит – Поппи? Пенелопа? Красивое имя, – в руках Дивины мелькнула карта с ярко-алыми цветками мака.

Рисунок быстро исчез, оставив после себя лишь черный фон.

– С таким именем ты бы тут прижилась. Это хорошо, что ты скрываешь свое настоящее имя. Так у тебя больше шансов вырваться. Когда-то Раймонд тоже хотел выбраться отсюда, еще будучи ребенком. Он так же, как и ты, прыгнул из поезда, но не так удачно… Живого места не было! Чудом дошел до нас. Зато уцелела нашивка на курточке. «Раймонд». Так мы теперь его и называем. Смешно, конечно, назвать ребенка исходя из надписи на куртке, но… Все же лучше, чем ничего? Не дав ему имя, он бы сгинул. А свое настоящее Раймонд так и не сказал. Надеется на что-то… – женщина снова собрала все карты в одну кучу и опять перемешала.

Поппи завороженно наблюдала за движениями Дивины. Колода так слушалась хозяйку, словно спешила рассказать ей обо всем, что знает. Нет-нет, да и выскочит одна карта, пока прорицательница их тщательным образом перетасовывала. Дивина лишь поджимала губы, запихивая выскочку обратно.

Раймонд вернулся на кухню как ни в чем не бывало. На его растрепанные волосы прилетело облачко пены. Затем еще одно. И еще. До тех пор, пока глаза не начало щипать. Дивина и Поппи наблюдали за происходящим, не проронив ни слова, делая вид, что полностью сосредоточились на таро.

Когда пены стало настолько много, что Раймонда было не разглядеть, парень сдался.

– Хорошо-хорошо! Прости меня, я не хотел тебя обидеть! – он безуспешно пытался согнать пену прочь.

Стоило Раймонду произнести последнее слово, как в него прилетело полотенце, ощутимо шлепнув по лицу. Последняя чайная ложечка, звякнув, спряталась в ящичек для столовых приборов. Дом затих.

– А говорят, что демоны вредные… – пробубнил парень самому себе, боязливо присаживаясь на краешек стула, ожидая еще «подстав».

– Вытяни карту, Поппи, – прорицательница проигнорировала его, предложив колоду.

Поппи, недолго думая, вытянула крайнюю карту справа. На мгновение на ней мелькнула деревянная зеленая дверь, что находилась прямо посреди лесной опушки. Но стоило ей взглянуть на карту внимательнее, как изображение затянулось дымкой, будто там ничего и не было.

Дивина удовлетворенно хмыкнула, отложив карту Поппи на край стола. Затем она начала быстро скидывать карты на стол, одну за одной, немного раскачиваясь на месте. Ее глаза быстро бегали от одной к другой, собирая разрозненные образы в единую нить повествования. Иногда она переставляла карты с места на место, иногда водила по ним пальцами. Разок шлепнула, цокнув языком от досады.

Последняя карта плавно опустилась на стол. Все это время Поппи пыталась разглядеть хоть что-то, но у нее не получалось: все карты для нее выглядели, всего-навсего, темными кусками картона. Только прорицательница могла видеть, что на них изображено.

– Ключ. Дверь. Путь. Боль. Отчаяние. Злитый. Противостояние. Смерть. Избавление. Надежда. Возвращение, – Дивина медленно проговорила каждое слово, собирая колоду и пряча ее в тряпичный мешочек.

Поппи от удивления приоткрыла рот. Раймонд же ухмылялся, наслаждаясь ее недоумением. Несмотря на то, что теперь они в одной лодке, ему доставляло удовольствие видеть девушку растерянной. Было интересно наблюдать как простой человек реагирует на такие, казалось бы, обыденные для него, явления. «Сбить спесь с этой нагловатой девчонки не мешало бы. Хотя бы таким образом» – размышлял он.

– Ой, солнышко! – женщина словно опомнилась, хлопнув рукой себя по бедру. – Я забыла, что в вашем мире все по-другому… Я вижу все-все, что будет происходить, но я не могу рассказать тебе. Мои карты показывают не символы, а сами ситуации, явления, случаи. Как это у вас называется? Как кино! Но мне позволено озвучить только одно-два слова из каждой карты, самые главные, самые существенные. Таков здешний закон. Ты же успела запомнить первую карту?

Поппи прикусила губу, вяло кивнув:

– Кажется, это была зеленая дверь. В лесу.

– Вот и умница! Запомнила остальную последовательность? – Дивина еще раз терпеливо повторила всю цепочку событий.

– Допустим. Но… Злитый? Что это значит? – Поппи вынужденно встала с места, так как Дивина начала выталкивать молодых людей из кухни в гостиную. Досталось и Раймонду – его и вовсе ударили по затылку.

– Ты мне скажи! Не «что это», а «кто это»! Тебе предстоит вспомнить, кто это.

– Какая, к черту, дверь? Какой ключ? – Поппи все больше раздражалась, пытаясь выудить хоть что-нибудь более внятное, чем пространная череда непонятных слов с явно негативным подтекстом.

Но прорицательница была непреклонна. Она силой вытолкнула Поппи и Раймонда из дома, на прощание перекрестив Поппи. Раймонда же она просто похлопала по впавшим щекам.

Дверь захлопнулась прямо у них перед носом. Крыльцо зашаталось, отчего двоим пришлось спрыгнуть на землю. Дом зашевелился, привстал на ножки и отвернулся от них. Намек был ясен.

Раймонд, особо не раздумывая, пошел прочь. Поппи последовала за ним, боясь остаться одной. «Одно дело, плестись за этим в наручниках… И совсем другое, по своей воле… А если подумать, то моей воли и тут и нет! Лишь стечение обстоятельств. Не в мою пользу».