Наталья Мазуркевич – Вне спектра, или остаться собой (СИ) (страница 51)

– Спасибо. Намного лучше. И… простите за ночь. – Из-под ресниц девушка наблюдала за реакцией Эскеля.

На лице его лежала тень задумчивости, какое-то мрачное ожидание чувствовалось в жестах. Мужчина присел на освободивший стул и закинул ногу на ногу, на лице прочно обосновалась доброжелательно-нейтральная маска, которую он использовал на переговорах.

– Ничего. Это меньшее, что я мог сделать для ведьмы, спасшей мою дочь, – отчеканил Элиан, цепко следя за реакцией Иви.

– Я не ведьма, – сказала девушка, с праведным негодованием глядя на инквизитора широко распахнутыми невинными глазами и чуть приоткрыв ротик от возмущения.

– Но были ею, – спокойно, не реагируя на ее негодование, продолжил Элиан. – Признайтесь, я сохраню вашу тайну.

Иви рассмеялась. Громко и вызывающе, как смеялись только темные. Просто не смогла удержаться. А инквизитор моргнул и кивнул, просто констатируя, не более того. Он был прав, осталось только понять: во всем ли?

– Великий инквизитор предлагает свободу ведьме? Ой ли…

– Не ведьме, именно вам. За заслуги.

– За заслуги? Что вы зовете заслугами? Убийство?

– Справедливое возмездие, – поправил Элиан. Глаза его сузились, выдавая крайнюю степень раздражения.

– Справедливое?! Справедливое было бы, если бы он убил Рей!

– Ты знаешь мою супругу, – внезапно спокойно произнес Эскель, а Иви резко затихла, словно весь воздух вышел из легких.

Ей стало плохо, плохо и больно, как будто слова из нее вытягивали силой. Собрав крупинки энергии, что накопились в ее организме, девушка проверила свои щиты.

Пробил. Пробил и заставил говорить. И после этого он зовется светлым? Садист, заставляющий говорить, привыкший мучить своих жертв. Что ему от нее надо? Иви мертва. Ривина где-то в другой жизни, а она… он не мог ее знать. Такую ее не знал и не видел никто.

– Хватит, – горько попросила девушка, впрочем, понимая, что инквизитора это вряд ли остановит. Угроза семье? Это заставило его так поступать?

– Уже справилась? – Он чуть наклонился вперед, сцепил пальцы в неплотный замок и усмехнулся.

– Это нечестно.

– Это эффективно. Но если ты вновь обрела благоразумие…

– Вам придется извиниться.

– Извинюсь, – заверил ее Элиан. – Обязательно извинюсь, если будет за что.

– А пока не за что? Вы не предъявили обвинение, но уже проводите доследование. Разве так разрешено делать?

– А ты знаешь, как правильно, – равнодушно улыбнулся мужчина, отмечая новый открывшийся ему факт.

– Знаю. – Иви буквально выплюнула ему это в лицо.

– В таком случае сэкономим мое и твое время.

Он резко поднялся и в считаные секунды преодолел разделявшее их расстояние, больно схватил ее за руку, предупреждая сопротивление, и заставил смотреть себе в глаза.

Глава 10

Маленькая девочка сидела на холодном крыльце и равнодушно смотрела на поминальную процессию. Хоронили деда Саграна, восьмидесятилетнего старика с добрым лицом и куда менее добрыми повадками. В среде местной бедноты он славился щедростью по отношению к девочкам и еще более мальчикам. Сказывались эльфийские корни – дедушка до сих пор был в самом расцвете, и внешний вид никак не соответствовал силе. Возможно, если бы соответствовал, старик остался бы жив, но Иви слишком испугалась, когда ее схватили за локоть и силком вытянули из тупика. Неуправляемая сила рванула во все стороны и выжгла ауру старика.

Но Иви не было его жаль. Вовсе. Она равнодушно смотрела, как скрипит колесами катафалк, как плачут нанятые плакальщицы, как позади процессии идет высокий молодой мужчина. Он задумчиво оглядывал каждого из многочисленных человеческих родственников погибшего. Видимо, того, кого ожидал, не увидел, и рассеянный взгляд скользнул на улицу, прошелся по вывескам, по случайным прохожим, что вышли в этот непогожий день на улицу, и остановился на маленькой девочке в рваном платьице, с одной рыжей косичкой.

Их взгляды встретились. Ее, равнодушный или даже презрительный, и его, цепкий, внимательный и… сострадающий? Он что-то сказал шедшему последним родственнику и, едва заметно поклонившись, вышел из процессии.

Девочка настороженно наблюдала за его приближением, готовясь убежать в любой момент. Столичных хлыщей, а именно таким казался всем дворовым детям приехавший господин, городская нищета не терпела, но опасалась. Ибо каждый раз, когда в их захолустье появлялся ревизор, кого-то братство недосчитывалось.

Незнакомец шел медленно, словно не хотел, чтобы она испугалась и сбежала. Впрочем, для того, чтобы сбежать, Иви хватило и самого факта пересечения господином трехметровой зоны. Девочка привычно припустила через переулок, но приезжий оказался магом и играть по местным правилам отказался, просто приподнял ее в воздух.

Она дернулась пару раз, но тщетность попыток освободиться осознала быстро и сделала единственное, что, по ее мнению, могло помочь – призвала собственную силу. Чужие чары разбились о мощь ее собственных сил, и освобожденная девчонка бросилась наутек, но секунды были потеряны.

Девочка дернулась, пытаясь сбросить с плеча руку, но он держал крепко и так цепко, что у нее вновь заболели пострадавшие накануне участки тела. Скривившись и выругавшись так, что господин нахмурился, ощутив мощь языка бедноты, девочка дернулась и сделала последнюю попытку вырваться. Вероятно, если бы она подумала, не стала бы выхватывать единственное свое оружие – маленький складной нож, украденный на прошедшей пару дней назад ярмарке – а просто замерла бы и дождалась первых слов мужчины. К сожалению, умные мысли приходят чаще всего с опозданием. Порой таким изрядным, что успеваешь впутаться в еще более крупные неприятности.

Когда мужчина подошел ближе и протянул к ней руку, она ответила ножом. Щит мага выдержал, но благодушие испарилось из его глаз.

Больно. Так больно девочке не было еще никогда. Воришки со своими разбирались проще: оставляли в лесу или зимой не пускали в теплые подвалы. А потому эта волна оказалась не только унизительной, но и неожиданной.

– Хватит… не надо… я не буду… пожалуйста… – Иви не отдавала себе отчета в том, что говорила.

Боль ушла так же внезапно, как и появилась, вот только нож, ее самый лучший трофей, оказался в надежном плену ненавистного мага.

– Убегать бесполезно, – тихо сказал он, убирая нож в карман своего изящного черного пальто с блестящими пуговицами. Пожалуй, эти пуговицы заинтересовали Иви больше, чем весь его облик. Наверняка с серебром, а может и с золотом… Она автоматически принялась подсчитывать, сколько можно выручить за одну из них. – Нравится?

Мужчина заметил ее взгляд и сделал то, чего Иви никогда не понимала: он срезал нижнюю пуговицу со своего роскошного одеяния и протянул ей.

– Бери, если нравится.

Иви растерянно смотрела на незнакомца, не решаясь взять. Еще слишком хорошо помнила боль. Она отрицательно покачала головой и сцепила зубы, ожидая наказания за отказ. Маг выдохнул, успокаиваясь, и сказал:

– Это плата. За твое время. Ты поговоришь со мной, и я не потребую ее назад. Договорились?

Иви бросила быстрый взгляд на заветный угол переулка, миновав который можно было юркнуть в подвалы и затеряться в бесконечных катакомбах. Но разум уже успел вернуться к ней, и девочка понимала, что убежать ей никто не позволит. Раз уж смог одолеть ее единственный козырь – непонятную силу, что просыпалась, стоило испугаться или разгневаться, то сможет заставить ее пойти с ним, куда пожелает.

– Да, – тихо ответила девочка и протянула руку за наградой. Большая, гладкая, тяжелая, еще хранившая чужое тепло пуговичка упала ей в ладошку. – Спасибо.

Благодарность вырвалась сама собой, но вызвала странную реакцию. Маг потрепал ее по голове и, чуть придерживая за плечо, повел под крышу. Начался дождь, а она не заметила.

Он отвел ее в гостиницу. Помня о предыдущих попытках, Иви не пыталась убежать, только зло зыркала на всех, кто проходил мимо. Смотреть на своего конвоира она не могла: он шел сзади. И, как бы в насмешку, он мог прекрасно ее видеть, даже то, что она хотела бы скрыть, но, к сожалению, платье было старым и даже чужим. А потому сквозь дырки легко проглядывал острые плечики с синяками, оставленными чьими-то пальцами, да и общая худоба ребенка заставляла мужчину сжать зубы и как можно равнодушнее смотреть на тщедушное тельце.

– Милорд? – к ним бросился администратор. Господину инквизитору он рад был услужить, но вот побродяжке… Только высокое звание гостя заставило мужчину расплыться в улыбке и, чуть наклонившись, попытаться потрепать грязные лохмы девочки. Попытаться, потому что девочка оскалилась и зашипела, как дикий и очень напуганный зверек, и даже дернулась вперед, норовя укусить. Мужчина скривился и замахнулся, но поймал взгляд гостя и сглотнул. – Что-нибудь желаете?

– Ужин, и чтобы обязательно было молоко, – распорядился маг и поспешил увести девочку подальше от любопытных глаз. От греха подальше – темный дар он чувствовал в ней уже сейчас.

Он отпер дверь и пропустил ее вперед. С опаской, подозрительно косясь на провожатого, Иви вошла и едва удержалась, чтобы не рвануть к окну, открыть его и оказаться на улице. Этаж ее не волновал. В городе не было зданий выше трех этажей, а с третьего ей уже приходилось прыгать. Перелом со временем пройдет, зато жизнь останется.