Наталья Мазуркевич – Побег без права пересдачи (СИ) (страница 39)
Вызванный супругой хозяин скептически отнесся к нашему предложению, но, подсчитав в уме, сколько должен нам за использование идеи и припомнив самый справедливый болотный суд в мире, который ни разу не признал своих виновными, вздохнул и разрешил творить. Авось, что-нибудь еще придумаем. Случаются же у гениев проблески!
Избавившись от паутины, очистив камзол с золотым шитьем (а я только и заметила, что Джейс у нас стал завидный жених!) и серебряными, как и полагалось, пуговицами, болотник застыл перед зеркалом. Стоило ему обернуться, я вылупилась во все глаза. Стоявший передо мной молодой болотник меньше всего походил на балагура Джейса. Скорее – на его взрослую, серьезную и очень презрительную копию, которая так на нас посмотрела, что я едва удержалась, чтобы не сменить ему форму носа.
Трейс одобрительно хлопнул брата по плечу:
– Хорошо. Вот так на наших клиентов и смотри.
Джейс высокомерно усмехнулся и предложил локоть Кире, которую мы в четыре руки спешно приводили в порядок. Прическу там поправить, ресницу приклеить, тональником прыщ замазать… Да мало ли других средств отечественного фотошопа имеется в маленькой сумочке современной леди!
Коллективное творчество – вещь крайне заразительная. А уж когда выдается возможность рисовать на живом человеке – и вовсе сродни эпидемии. Начали мы с Витой, а потом… Потом лапы к нашему творению приложили и братья. Еще и хозяин таверны проникся и решил поспособствовать: сбегал и из-за лучшего столика кого-то выгнал, дабы наши «влюбленные» сидели на виду у всех.
Отпив для храбрости вишневого сока, парочка отправилась покорять сердца зрителей. А именно зрителями и предстояло стать всем, посетившим в этот вечер славное заведение с романтичным названием «Три слона в беседке». Последнее быстро дописал хозяин, решив придать своему заведению налет аристократизма.
Нам же предстояло быть чернорабочими. Выпросив у гномихи под честное болотное ее лидерский колпак, болотники пихнули меня в маленькую кухню, где работали гоблины-предсказатели из ближайшего филологического училища имени Грыжа Зармудовича-Айенанского. Когтистыми лапками они выцарапывали послания разной степени мифичности и вкладывали в маленькие деревянные тубы. Настолько маленькие, что те легко прятались в кексе.
Заприметив на мне лидерский колпак, гоблины поджали лапки и отступили, желая продемонстрировать результат своего труда. Пекарь только простонал: вытаскивать предсказания ему не хотелось.
– Любовные? – осведомилась я, для повышения авторитета перехватывая скалку.
Теперь я чувствовала себя королевой кухни: все регалии были при мне, и только взгляд гномихи, который буравил меня сквозь стены, не давал забыться.
– Там, – брезгливо выставил указующий палец гоблин. – Все мыслишки на них извели! А им все надо и надо! И всем счастливую, до самого гроба. Как будто в гробу на следующий день после знакомства теплее будет. Вот нет, чтобы теплую шкурку…
– Пиши уже, – ткнул соседа рыжий и косматый. Видать, заводила. – А то разгневается госпожа и зарплату урежет!
– Ступив на путь тьмы, вы обретете власть над своей судьбой, страховку и оплаченный отпуск, – подмигнула я несчастному гоблину.
Ну и что, что так послушники из стана нечисти говорят, зато правильно! Поможет – я ему лично монет отсыплю. Ради хорошего дела не жалко. Ну… самую малость.
Тем временем вернулась из разведки (выглядывания из-за спины официанта) Вита, подтвердила наличие «клиентов» и верную, проглядывающуюся со всех сторон, дислокацию нашей парочки. Пора было приступать ко второй фазе нашего плана.
Диверсионный отряд в числе одного болотника проник на территорию обеденного зала, гордо въехав в него под столиком, который катила вздыхающая троллиха. Чуя свою ответственную миссию, она вырулила прямо перед столом Жана и будущей лысой эльфы и протянула им меню. Трейс скользнул под стол, благо, место там оставалось. Из-под стола он нам и помахал перед тем, как окончательно скрыться за свисающей до самого пола скатертью.
Хм, «Три слона» решительно поменяли обстановку. Сегодня они больше походили на традиционное кафе, нежели на приют комариного братства. Я с любопытством уставилась на хозяина, который правильно понял мой взгляд и засмущался:
– Так ведь проверка со дня на день, – покаялся он и поспешил слинять, чувствуя себя не в своей тарелке.
И потянул демон глянуть, чем его любимые клиенты маяться изволят!
Я расплылась в улыбке: проверка была на руку! Иначе где бы прятался Трейс? А как бы Джейс подавал условные сигналы Кире? Проверка, как же ты вовремя! Вспомнив любвеобильных комарих, которые прыснули бы со всех сторон к нам, сорвав всю конспирацию, я и вовсе убедилась в необходимости совершения тура по кафе с целью проверки санитарных норм. Эх, был бы сайт – я б им такой отзыв написала! Представила – и ахнула. Нет, лучше не писать, а то закроют бедных слонов.
Кислая Чия, наша помощница поневоле, принесла заказ Жана и эльфы. Чаво? Это с каких таких пор бравые парни превращаются в травоядных? А глядя на их заказ, так оно и выходило: Жан внезапно воспылал страстью к траве, напрочь отказываясь от мяса. Не верю!
– А это точно их заказ?
Бедная подавальщица закивала, вызывая мини-ураган. Гоблин, тот, который поразговорчивее, с интересом взглянул на видную даму.
– Ыгы, – подтвердила Чия, проверив все карманы и даже лиф, чем полностью покорила бедного гоблина.
– Верю-верю, – постаралась я убедить подавальщицу. Здоровье у меня слабое, а сквозняк – дело опасное. – Можешь идти. Мы позовем, когда заказ относить нужно будет.
Так-с… Салатик, салатик, салатик, салатик… Они что, совсем очумели?! Салатик, салатик, салатик… Нет, ну сколько это будет продолжаться! Салатик… Рыбка! Фу-у-у-у, не люблю рыбу! Салатик…
Искомое нашлось только в самом конце. Видимо, Жан все же страдал без мяса и пытался хоть объемом компенсировать недостачу питательных элементов. Глупец! Потом еще волосы выпадать начнут, видела я одну вегетарианку. Стойкая попалась. Убеждения остальных скопытились раньше, вернув их в стан злейших врагов-мясоедов!
Итак, не из травы ими было заказано два десерта «половинки», которые по описанию в меню должны были доказать, что парочка действительно является парочкой. Для этого делалась одна заготовка, которую после разделяли формочкой, а в каждую часть засовывали по предсказанию. Что ж, хотят предсказание – они его получат. Такое, что мало не покажется!
И я села творить.
Гоблины учтиво расступились, выделяя мне единственный предоставленный им стул. При виде моего почерка их обуяла страсть: такого кошмара они в жизни не встречали, но, как говорится, кто ищет… Вот и свиделись с антиидеалом.
Пока я пыхтела над записками, а пекарь корячился над текстом, Вита подняла бумажку с заказом: все же нужно передать на другую кухню, чтобы салатики стругали. Так думала я, но не кикимора. Она же взяла меню и принялась изучать составы. Девушка даже языком туда-сюда водила от усердия, в такт перелистыванию страниц. И хмурилась. Как будто головоломку решала, а ответ ей ни капельки не нравился.
Из зала для посетителей раздались первые смешки, но работа – какое ужасное слово! – не позволяла отвлекаться. Нацарапав на настоящей бересте готическим шрифтом проклятие семи невест (лично придумала!), я кое-как – формат был не тот – запихнула его в капсулу и передала пекарю для последующего применения.
Согласно предсказанию, ни одному из пары встреча не несла радости. Жану предстояло прочувствовать на себе всю мощь разгневанной богини правосудия, чья месть придет из рук брошенной невесты. Эленари же предрекалась скорая потеря красоты, если не перестанет на чужое заглядываться. Завершалось все туманным «Око Таверуса видит тебя». Ни кто такой Таверус, ни существует ли он на самом деле, я не знала, зато слышала, как выдохнули очарованные гоблины, и решила считать это добрым знаком.
Исполнив свою часть работы, я проскользнула в зал, пользуясь широкой спиной подавальщицы Чии. Троллиха, судя по скошенным на меня глазам и тяжкому вздоху, уже поняла, что судьба ее решена и до конца вечера она с нами заодно. Ведь чего только не сделаешь по доброте душевной и за повышение оклада от хозяина?
Свободных столиков почти не было, и только за одним, скрываясь от пристального внимания под капюшоном, сидел одинокий путник в пыльном плаще, кокетливо выглядывающей алой рубашке, черных брюках и сапогах с серебряными пряжками. Он совсем не выделялся среди взъерошенных посетителей, часть из которых была адептами, а потому сословием несостоятельным, а часть – в лучшем случае купцами средней руки. Его ухоженные кисти не привлекали никакого внимания, а кокетливо отставленный пальчик с маникюром и стразиками и вовсе был привычным зрелищем для посетителей таверны.
Радуясь, что пол по случаю проверки помыли и убрали все следы болота, я подползла на коленках к столу, как можно ниже наклоняя голову, чтобы случайно не спалили, и дернула «путника» за плащ.
– У вас свободно? – шепотом поинтересовалась я, с надеждой заглядывая под капюшон.
– Нет, – буркнул мне, судя по голосу, мужчина.
– А если подумать? – канючила я.
– Нет.
Ответ нисколечки не изменился, разве что интонации стали угрожающими.
– А если хорошо подумать?