Наталья Машкова – Целители. Вслед за мечтой (страница 43)
Затихла. Её, похоже, совсем нет в том будущем… Но об этом не стоит знать никому…
"Затишье перед бурей".
Так можно было бы назвать сейчас жизнь Нел и её подруг. Но они всё равно радовались. При их-то жизни! Любое затишье — благо!
Ельмин сидел пока тихо, как мышь под веником. Только смотрел на лекциях на Нел остро и внимательно. Словно примеривался к ней, как к сочному куску мяса: с какой стороны лучше надкусить? Она смотрела в ответ взглядом: смотри, чтобы последние зубы не потерять, "кусатель"! Так и "говорили". Молча.
Пока молча… Но Нел волновалась. Не за себя даже. У неё браслет Лариди, друзья, навыки, проклятие, опять же. Если ей снова не отшибёт мозг от ужаса, она отобьётся так легко, что Мерзкий Слизень реально костей не соберёт!
"Птички" в борделе, в отличии от неё были совершенно беззащитны. Не только перед Ельмином. А и вообще… Она часто думала, как могла бы помочь им. Так, чтобы это была не подачка, а реальная помощь. Как помочь им адаптироваться в жизни, найти своё место?
Пока не придумала. Но "весёлые" дома навещала часто. И в один из таких походов вспомнила… Вторую часть проклятия, которым наградила Ельмина.
Хихикнула… И тут же попросила собрать всех девушек… Набилось их в комнату немало. И она зашептала. Таинственно:
— Я знаю, что вы боитесь Ельмина, из академии…
"Птички" потупились. Забоишься тут…
Нел продолжила:
— Согласна. Он редкостный урод. Так вот… Я знаю, как вам защититься от него. Той, кого он выберет…
— Как? — спросила хрупкая девушка. — Её этот больной ублюдок выбирал не раз и не два уже. Любимая жертва, можно сказать.
Нел хихикнула:
— Называйте его "господином".
— В смысле?
— В прямом! Вворачивайте это слово, как будет соваться к вам. К месту, конечно, чтобы не понял.
— А смысл? — скептично спросила одна из девушек.
Нел поджала губы:
— Ну… Скажем так… Это слово… оно будет как триггер… В общем, будет лишать его сил… Тех самых…
Девушки выпучились на Нел, а она неловко продолжила:
— Ну, да. Потому и говорю, употребляйте этого "господина" почаще. Да, господин! Нет, господин! Как-то так…
Повисло гнетущее молчание… Которое разбил дикий, нереальный смех. Девушки просто вповалку лежали, кто где. Хозяйке дома, которая прибежала узнать, что там приключилось с её девочками, ответили, что шутку весёлую рассказали им магички.
А когда "госпожа" убралась и двери плотно закрыли, "птички" стали вдруг очень серьёзными. Одна из них, та, что верховодила подругами хмуро как-то обратилась. Да, не к Нел, а к Айсе:
— Давай. Диктуй нам клятву какую-нибудь, помахровее.
Айса остро глянула на неё:
— Зачем?
Девушка зло "улыбнулась" в ответ, как оскалилась:
— А то! Подружка твоя, ведьма натуральная! И защищает нас как своих, дура! Знаем мы, как умеют в полиции и Тайной Канцелярии допрашивать. Клиенты наши любят похвастаться…
Пара девушек непроизвольно поёжилась. А та, что верховодила постановила:
— Мы, что же? Выдадим, и на костёр её, эту дуру? Не бывать такому!
Айса диктовала клятву. А Нел снова плакала. Её" семья" всё увеличивалась. И хорошо. Вытерла тайком слёзы и предупредила девушек:
— Вы только приготовьтесь, как следует. Запомните это слово. Представьте, как будете действовать. А то иногда от страха память… Отшибает… А он, Ельмин, когда скрутит, так и вовсе жутким делается.
Рива, та самая, что была заводилой у "птичек", снова остро посмотрела на магичку:
— Ты что ж, попадалась к нему в руки?.. Раз знаешь, каким он становится "в деле"?
Нел не отвела глаза. Ответила откровенно:
— Дважды. Но мне повезло. Отбилась. И в академии он боится, хоть немного. Не наглеет… А здесь, хозяин. Заплатил, и делай, что пожелаешь…
Лица девушек ожесточились. Так он и думал, этот урод. И озвучивал. Рива с сомнением покосилась на магичек:
— Он что, совсем больной, раз и там, у вас пакостит?
Магички только плечами и пожали. Что тут возразишь? А одна из девушек сказала:
— Да, ты посмотри на неё, Рив! Красивая, как кукла. Эльфийка явная. И с кровью ведающих. Они всегда особенно для мужиков привлекательны… Тут у нас за такую бы передрались!
Рива хмуро усмехнулась:
— Не было бы её здесь, такой. Прибрал бы к рукам какой-нибудь высокородный… И ещё приберёт…
Глянула на Нел, остро и зло, словно ярясь на судьбу их женскую, общую… Нел оскалилась в ответ:
— Переломится любой высокородный, кто ко мне сунется! И волосёнки потеряет от нервов-то!
Рива усмехнулась в ответ:
— Мы тоже употребим этого "господина", когда понадобится… Почаще…
Глава 27
Они, как оказалось, не растерялись, эти "птички". И употребили "господина" так часто, как только смогли.
Настолько часто, что господин потерпел полное фиаско… Хоть и пытался не с одной. Перебрал четырёх девушек, пока точно не уверился в том, что "не может" ровным счётом ничего… И никого не избил. Растерялся, наверное, от неожиданности и страха, что потерял своё главное мужское преимущество. Сбежал. Заплатил, кстати, всем четверым. Наверное, чтобы молчали о его позоре.
А они не молчали, конечно. Смеялись от души. Да, не одни, а с подружками. И из академии магии, в том числе… Те рассказали им, через некоторое время, что хоть их "весёлый" дом и был первым, Ельмин обошёл потом ещё несколько заведений в округе. И нигде не сумел получить своё.
Это звучало приговором. Для магистра… Может быть, он ходил ещё куда-то, куда Нел и Айса не дотянулись, но, даже если и так, вряд-ли это помогло ему… Пусть он и был первостатейным мерзавцем, но ведь и мужчиной же. А психика у них, в этом смысле, хрупкая. Он потерял уверенность в себе. И это потянуло за собой массу проблем…
Ельмин совсем потух. Он лишился последней, по сути, отдушины, которая помогала ему оставаться в своём уме и хоть как-то смотреть, и не сойти при этом с ума, на мерзавца Элвина, который всегда задвигал его и недооценивал, и на смазливого выскочку Лавиля. Его Ельмин ненавидел сильнее всех.
Мерзкий эльфийский смесок имел в жизни всё то, что должен был иметь он, Ельмин. Занял его место, хотя, какой из него декан! Втёрся в доверие к королю. Продвигает свои дикие, бредовые идеи, как будто кому-то есть дело до подыхающих бедняков!
И бабы от него приходят в неописуемый восторг. Всё, до одной. Хотя, не все… Мерзкая девица, которая как-то сумела то-ли отравить его, то-ли ещё что-то, не смотрит на смеска с придыханием. Ни на кого не смотрит. Потому, наверное, они и бегают за ней.
Ему бы порадоваться, что с этой студенткой ничего Лавилю не светит, но и этого он не мог. Его больному мозгу казалось, что отказывая декану, девица отвергает и унижает всех мужчин скопом, а значит, и его тоже. От этого он ненавидел её ещё сильнее. И желал укротить.
Да! Он хотел растоптать мерзавку! Чтобы она униженно умоляла его, чтобы сломалась. Когда он представлял себе эту картину, то в голове плыло и мутилось от вожделения. Странно даже, почему он не мог ничего. Может быть потому, что те бабы, не она?
И он смирился… Не получается, и не надо. Всё равно они, не она. У него всё получится, когда он заполучит ту девку себе. Тогда у него всё выйдет наилучшим образом. Он заберёт её себе, спрячет и будет навещать так часто, как пожелает. Когда девицу перестанут искать и история заглохнет.
Он наслаждаться будет каждый раз потом, когда будет видеть мерзкого смеска. Ведь это у него будет баба, которую тот не сумел заполучить… Месть! Сладкая месть всем им. Каждому!..
Ельмин планировал её, тщательно и скрупулёзно, свою великую месть. Искал союзников. И сидел так тихо, как только был способен. Чтобы никого не насторожить и не спугнуть.
Зря этот ненормальный считал, что никто понятия не имеет о его планах. Зная его, никто, в сущности, не сомневался, что Мерзкий Слизень готовит реванш. И каждый из наших знакомых готовился к нему по-своему, в меру сил и разумения.
Дастон следил за новой, в высшей степени отвратительной ему "игрушкой". Знал, что за шаги тот предпринимает. Все телодвижения Слизня были у него, как на ладони. Особое внимание он уделял тому, чтобы дурные подружки, желавшие осчастливить всех и вся, не столкнулись с Ельмином в "весёлом" доме.
Ельмин был бы, безусловно, счастлив тому, что девка пришла к нему своими ногами, и напрягаться не пришлось, а вот для Тал всё кончилось бы плохо… Дастон уже и оценивать перестал её поступки. Все эти: "она что, больная?", "где её инстинкт самосохранения?" и прочие этапы были давным давно пройдены.
Правда в том, что она была способна на всё. Вообще на всё. Хотя, пока что, практиковалась только в "чистом и светлом". Сказать по правде, Астиг и не хотел бы, чтобы она переходила на "другую сторону". Во-первых, он видел уже, как гас свет души Ильги. Это было страшно. И главное, он просто не хотел, чтобы доброта погасла в глазах Нел.
Он помнил, когда впервые увидел её. Сколько света, доброты и радости было в её глазах. Как она, втихую, поздоровалась с академией. И как только почувствовала?.. Да, он знал, что удивительная их академия обладает личностью. С самого детства знал. Это была их старая, семейная байка.