Наталья Машкова – На семи ветрах (страница 16)
Эни нашла под столом руку Иды и крепко сжала. Лариди беспечно улыбнулся и встал из-за стола. Подошёл к супругу княгини и потребовал шутливо:
— Отдавай-ка мне, Дормерский муж, мою родственную душу!
Арви с готовностью потянул ручки, когда увидел, кто подошёл. Мар передал ребёнка. А Лариди картинно вздохнул:
— Идём, малыш! Дам тебе что-то вкусное и расскажу какую-нибудь тайну, за знание которой, твой папаша удавился бы! Чтобы хоть как-то утешить тебя. Ведь быть родственной душой такого как я, это, доложу я тебе, нелёгкое бремя. Каким ты вырастешь?..
Арви не стал тратить лишних слов. Он утешил эльфа как вчера: поцеловал в щёку.
Дружный смех, раздавшийся вслед за этим, разрядил обстановку и дальше завтрак покатился спокойно и весело. Ида потихоньку приходила в себя. Мэй, сидевшая с её стороны, убежала развлекать малышей. Мар старался даже в сторону молодой дормерки не смотреть. Пусть отдохнёт от чрезмерного внимания…
Эни впитывала атмосферу любимого дома. Разглядывала близких существ и радовалась, что разлука их закончилась. Они с Арви часто будут теперь ходить "в гости". Король Дормера и не пикнет. Вспомнила вчерашний разговор с сестрой и свой сон, и запретила себе думать, вспоминать. Успеет ещё. А пока…
Было так увлекательно наблюдать за той парой, которой Эль предрекла быть вместе! Пока Эни жила дома, Квадр, который был начальником охраны мужа княгини, игнорировал Гарду. Узнав, что в замке ведающая и она заменяет лекаря, он набычился и начал обходить её десятой дорогой.
Реально обходить. Старался не сталкиваться нигде и никогда. Только если по роду службы он вынужден был сопровождать Мара, тогда мог пройти неподалёку от ведьмы. Но и проходил он так, будто это было пустое место.
Гарда платила ему той же монетой. Ещё и издевалась. Слухи о его хворях, в том числе, не слишком приличных, начали циркулировать по замку. Что вы? Ничего конкретного! И отследить, кто и кому что-то сказал, невозможно. Любой, кого Квадру удавалось "схватить за руку" смеялся. Какие слухи? Шутка, не более того! Такая же, как об остальных! От кого слышал? Не помню…
Квадр кипятился. А когда прошёл слушок, что он лечился от полового бессилия у самирских лекарей, правда, безуспешно, он озверел. Настолько, что едва не кинулся доказывать некой ведьме, что лечение от полового бессилия ему не нужно.
Сол был в восторге. Хохотал как безумный. А что? Здорово же! Как умно и тонко леди Гарда это всё проделывает. Истинная ведьма! Квадр сумрачно косился на сына. Понятно, почему сидхе приняли и прячут ведающих. Одинаковые! Беспринципные, распущенные, с ненормальным, каким-то извращённым чувством юмора!
Только те и другие могут воспринимать убийство репутации кого-то доброй шуткой. Сол утешал отца, что-де никто не верит измышлениям ведьмы. И хитро косился на него:
— Ты всегда можешь доказать, что это не так! Заведёшь подружку и утрёшь ведающей нос. Как тебе идея?
Отвратительно! Опуститься до того, чтобы доказывать ведьме что-то? Да ещё и затянуть у себя на шее удавку, связавшись с женщиной? Никогда! Если он и отомстит так кому-то, то только самому себе. Он что, дурак так подставляться?..
Сол не оставил попыток "пристроить" отца. И, конечно, пользовался сложившейся ситуацией себе на пользу. Тоже "шуткой" предлагал одиноким и вдовушкам из замка и окрестностей "утешить и исцелить его бедного отца". А как иначе? "Ведь только истинная любовь творит чудеса!".
Юноша возвышенно поднимал глаза к небу. А за Квадром начиналась форменная охота. Начиная с безобидного: корзинок с едой, напичканной афродизиаками, и заканчивая тем, что регулярно по вечерам он находил у себя в постели дам разной степени раздетости.
Квадр не шумел, не увещевал. Разворачивался и уходил в казарму. Ребята понимали тогда, что командира снова подставили. Наливали ему чарку и костерили сынка Квадра. Без злости, правда. Что взять с детей? Молодые и дурные. У некоторых из них тоже дети и они понимали…
Жизнь превратилась для старого воина в филиал преисподней. А Сол и ведьма обменивались при встрече понимающими ухмылками, которые говорили только одно: "Мы обязательно добьём его!".
Едва не добили. Правда, не в том смысле, в каком собирались. Сол так увлёкся "брачной гонкой", что упустил из внимания здоровье отца, которое он обычно трепетно контролировал. Частые возлияния по вечерам и жирная пища, в качестве закуски, довершили дело.
У Квадра начал болеть желудок. Хорошо так болеть. Он не признался никому. Лейн сейчас в Лиметте. Какой-то эксперимент, который никак нельзя остановить. А к ведьме он не пойдёт никогда. Даже под страхом смерти!..
— Похоже, смерть более чем возможна! — думал старый вояка тем вечером.
Он едва дошёл до своей комнаты и теперь валялся на постели, обливаясь потом. Дело плохо. Он был опытным воином, чего только не пережил за свою жизнь, и научился адекватно оценивать своё состояние. Сейчас оно приближалось к статусу: "Священника не звать. Не успеет. Да и кому он нужен, притворщик!".
Так храбрились те солдаты, кому предстояло переступить за Последний порог без напутствия и близких рядом. Они с ребятами тогда старались заменить и того, и других…
Он один. И позвать никого уже не сумеет. Радует одно: Сол взрослый почти. Мар заменит ему отца. А ему самому пора, наверное. Устал… Боль в животе стала практически невыносимой, но он даже не застонал. Привычка сносить всё молча, сказалась. Да и что такое физическая боль по сравнению с душевной!..
Грохнула о стену дверь. Как почуял только?.. Сын влетел в комнату, запрыгнул на постель, приподнял голову отца, закричал:
— Что?!
Квард с трудом разлепил веки. Нужно попрощаться… Прошептал непослушными губами:
— Люблю тебя…
Юноша практически зарычал:
— Только посмей сдохнуть! С того света достану!
И пропал. Переживает. Квадр вернулся к своей боли, что захватывала всё новые "территории". Когда это, наконец, закончится?..
В комнату снова вбежали. Кто-то кинулся к нему. Пахнуло травами. Привёл-таки ведьму!.. Она задавала какие-то вопросы, тормошила его. Он не отвечал. Не из вредности. Просто не мог.
— Что с ним? — смотрел на Гарду, как на последнюю надежду, мальчик.
Она заканчивала диагностику, но ответила:
— Язва.
— Что? — не понял юноша.
Гарда досадливо дёрнула плечом:
— Дырка в желудке.
Всхлип:
— Что теперь?
— Умрёт, если не пошевелимся!
Она рявкнула на мальчика не просто так. Доигрались! Они оба! Весело шутили и довели до такого. Позор ей, целительнице. Просмотреть такое! Так довести пациента, что он страдал, но к ней не пошёл. И что её так дёргал этот мужик? Чего она к нему привязалась? Нормальный же, не хам, не дурак, хоть и дормерец! Никого не трогал. Женщин не обижал. Так она сама его обидела. Точно, ведьма!
Мальчик понял, что она хотела сказать ему. Застонал:
— Это я виноват! Довёл! Не следил за ним как следует! А он привык терпеть!..
Гарда закончила диагностику и оборвала стенания:
— Мы оба виноваты. Посиди с ним, я быстро. Не трогай его. И не давай менять положение.
Мальчик кивнул, а она построила портал в свою башню. Трудно ей это давалось, но тут время не ждёт. Похватала то, что понадобится, и назад рванула.
Сол сидел на кровати рядом с отцом. Плакал, не скрываясь. Она стала споро выкладывать на стол, принесённое. Сортировать. Когда достала белую простую рубаху, мальчик захлебнулся рыданием:
— А это зачем?
Верно. В подобных хоронили. Но ей не для того. Закончила. Взяла рубаху, переложила на кровать. Повернулась к мальчику. Ласково прикоснулась к его лицу, заглянула в глаза:
— Он. Будет. Жить. Обещаю.
Поверил. Хрупкие ещё, юношеские плечи чуть расслабились. А она продолжила:
— Рубашка мне. Для ритуала слияния. Иначе тут никак. Далеко зашло…
Мальчик всхлипнул. Она погладила его по голове:
— Иди. Мне переодеться нужно. Там подожди. Я позову потом. Мне помощь нужна будет. Хорошо?
Юноша быстро-быстро закивал головой. А она обняла его, как маленького. Поцеловала в лоб. Шепнула:
— Всё будет хорошо. Обещаю.
Глава 12
— И что теперь?
Гарда чуть приподняла голову. В ней ладно так шумело и качалось. Но силы продолжала отдавать. Виновата. Нужно искупать.
Он понял что-то. Дёрнулся. Грубовато сказал:
— Слезь с меня, ведьма!
Добавил, как обычно, спокойно и размеренно:
— Достаточно уже. Выкарабкаюсь.