Наталья Машкова – Мечты сбываются (страница 24)
- Что с тобой? Плохо? Может быть, увести тебя?
- И не дать мне и тебе насладиться убийством моей пары?- ядовито ответила Кира.
- Ведьма!- выплюнул дракон и уселся назад в кресло.
Был он мрачным и Кира спохватилась. Она будет унижаться и просить пока будет надежда. Пока драконы не взлетели в воздух. И максимально просительно, умоляюще попросила:
- Остановись, Армос! Отзови их. Умоляю! Это ведь преступление! Против собственной крови!
Дракон хмуро глянул на неё:
- Закон оправдает меня. Потому, что это и есть закон.
- Убийство близкого?
- Убийство того, кто ещё может претендовать на твою пару. Ты не знала?
- Нет... Разве такое возможно?
- Сильных драконов мало, ведьма. Сильных ведающих тоже. Не единожды бывали случаи, когда парность бывала множественной...
- Вам давался выбор?- изумилась Кира.
- Нам, нет,- отрезал дракон.- Выбор давался вам.
- И вы лишали нас его...
- Сильнейший получал пару. А другой должен был умереть. Он всё равно не успокоился бы. Трагедия бы только ширилась. А так, наименьшая жертва.
- Но это же... чудовищно! Поэтому ведьмы ушли?
Армос внезапно расхохотался тем самым смехом "драконьего короля", неприятным, высокомерным, пробирающим до печёнок:
- Вы выродились, ведьма! Ты даже не знаешь собственную историю! Что ж, это справедливо! Ошибусь ли я, если предположу, что и мать твоя, и бабка прожили столько же, сколько и люди? Может быть, чуть дольше? Сестру твою мы не берём. Там Олих, несдержанный глупец, постарался!
Кира промолчала. Не скажет она этому упырю, что он прав!
И не надо. Он сам понял и невыразимо ядовито продолжил:
- Это и твоя судьба была бы. Стала бы ты Безумной Кирией, живущей где-нибудь на выселках и сходящей с ума от того, что то, чему ты и названия не знаешь, бушует а тебе. Жажда мести погнала тебя к Варгу и посмотри! Ты теперь Кирия Не Признающая Границ - пара двух сильнейших драконов и самая сильная колдунья континента! Не только ведающая... Да-да, дорогая! Я ведь тоже видел тебя, когда целовал, не только ты. Тебе, должно быть, до сих пор мерзко вспоминать меня и мои преступления. То ли дело я! Я встретил кого-то столь же уникального, как сам. Дракон, обладающий дарованиями ведьмака, что может быть более жалким?! Так думал мой отец. Я превратил это в силу. Я и тот, и другой. Но и ты тоже! Ведьма, почти драконица. Ты не просто уникальна. Ты сокровище для нашей погибающей расы!
- Именно это имел ввиду Варг, когда говорил, что мне нельзя попадаться драконам!- тоскливо подумала Кира.
А внутри полыхнуло злобой:
- Хватит бояться, таиться. Будь собой!
И Кира не подвела. Скривилась в улыбке, глумливой и злой:
- И что, дракон? Не думаешь ли ты, что кто-то заставит меня рожать, если я того не пожелаю?
- Посмотрим! Позволь рассказать тебе пару поучительных историй об этом, пока наши друзья обмениваются любезностями на земле!
Улыбки Киры стала ещё более злобной:
- Расскажи мне лучше, дракон, о моей прабабке Альбе Трисмегис, которая ушла от своей так называемой пары, увела сестёр и поставила вас на грань выживания! Думаю, что интересно и поучительно уже то, что вы, дракон, до сих пор болтаетесь на этой грани!
Армос расхохотался:
- Ты прелестна! Даже ломать стыдно! Такой образчик самомнения достоин того, чтобы его увидели и запомнили многие: женщина не знающая своего места!
- Ведьма, дракон! Не женщина! Думаю, что тот, кого она оставила с носом понял разницу?
- О, да! Разницу понял не только он, но и все, кто остался без жён, дочерей, подруг и любовниц. Эта сука выкосила наше общество под корень. Осталось только несколько ведающий, беременных мальчиками. Знаешь, что сделали они после того как родила последняя из них? Нет? Они дружно покончили с собой. Все! И мы остались без женщин. Совсем. Целая нация! Ни одного ребёнка за четыреста лет, пока эта сука не умерла и не спало её заклятье! Только тогда мы поняли, куда они ушли. И начался этот кошмар со смотринами...
Кира состроила нарочито жалобное лицо:
- Ах, бедняжки! Сейчас зарыдаю от сочувствия... к тем, кто век за веком убивал свои пары. Кто выродился по своей вине. Кто превратил заботу о выживании в массовые убийства! Что, нельзя было проверять уровень магии в девочках на этих смотринах, беречь их и отпускать, если им повезло и они не смогли зачать от вас? Нет! Вам нужно жрать! Жрать! Упиваться кровью и муками! Целый мир стенает под вашей пятой! Если бы они только знали, что страдают по нашей вине! Нас бы сожгли всех! За неделю! Потому вы никому не открываете тайну и ловите нас в мутной воде... Ловцы!
Это её "ловцы" прозвучало как самое отборное и грязное ругательство. Дракон взбеленился, вскочил, навис над носилками:
- Как удобно валить на нас вину предков! Я расскажу тебе о твоей прабабке, ведьма. Да! Она всё выбрала сама! Сидела бы тихо у себя в глуши и ничего этого не было бы! Нет! Она, не драконица, пришла и станцевала "танец выбора". На празднике, перед всем народом. Её чуть камнями не побили. Он, тот, кто вступил в танец с ней, заступился. Брат короля! Сумел отмазать безумную девку! Только вот созвучна она оказалась не только с ним. И более сильный забрал её. Убил собственного брата, во исполнение закона и ради мира в стране... А она готовила месть, притворялась. Родила сына. И ушла, беременная дочерью. Тот праздник "встречи весны", когда ушли все ваши, помнят до сих пор. Он проклят и запрещён!
- И что?- полыхнула Кира, как огонь, что уже пылал внутри. Твой дракон получил своё: потешил самолюбие, убил, как вы любите, получил сына!..
- Он убил брата, потерял дочь! И умер сам, как только сын немного подрос. Он любил её! А она сломала всё! Безжалостно!
Кира как-то разом "потухла". Не будет она глумиться над горем, даже если оно заслуженное. Тихо ответила:
- Нельзя принудить кого-то любить себя, дракон. И парность ничего не гарантирует. Каждый должен выбирать... Любой из нас и вас. И, если проиграл, то стоит просто принять поражение.
Кира не успокоила дракона, наоборот. Он разъярился:
- Ах, как высокопарно... и лживо! Тот, кого она бросила был королём! Когда он убил брата, разгорелась смута и погибли многие. А потом эта мерзавка сломала их всех! И его! Регенты рвали страну, пока их сын не подрос. Он был первым, кто посетил смотрины. И убил. Убивал. Много. Он мстил вам всем за то, что вы сделали с нами!..
Улыбнулся. Стал ещё страшнее:
- Мы родственники, очень дальние, дорогая. Пусть твоя кровь и разбавлена всяким дерьмом, мы посмотрим ещё, кто победит в этот раз: ведьма или дракон. Разве это будет не забавно? История повторится, но уже с совершенно иным исходом!.. Ах, смотри! Наши друзья взлетели. Значит, скоро всё завершится!
Глава 18.
И начался кромешный ад. Для Кирии. Она глаз не могла отвести от неба, где убивали её дракона. Вздрагивала от каждого удара, что доставался ему. Содрогалась от подлости, что творили те, четверо, нападая все вместе на одного. И умирала.
В прямом смысле. Её корёжило и ломало от боли так страшно, что иногда она не выдерживала и тихо стонала. Драконий король, кажется, относил её стенания только к тому, что проходило в небе и упивался. Ему казалось, что месть над ведьмами, сломавшими их, совершается сейчас. И Кирия ломается, чтобы навсегда стать покорной.
Кира, и правда, ломалась. Во всех смыслах. Физически, духовно, ментально. Ломалась её старая личность: страхи, маски. Новая "она" поднималась из глубин отчаяния, боли и решимости, собирая вместе куски старого. Ненужное, нещадно сжигая, полезное, цементируя и преображая во что-то новое.
Она верила, ждала, преображалась. И страдала. Она сделала бы что угодно, чтобы прекратить это: обманула, убила. Особенно того, кто был творцом и вдохновителем кошмара! Поэтому Кира плакала, не таясь. Пусть драконий король видит и знает, как она беззащитна и беспомощна. Как раздавлена. Просила, умоляла остановить безумие и пощадить Дара. Унижалась и не стыдилась. Пусть празднует победу её враг! Пусть празднует...
А драконы стремительно носились в воздухе, слаженно нападая на одного. Дарос успешно отбивался пока. Цвет шкуры не позволял видеть мелкие ранения. Кровь казалась просто бликами огня на чешуе, но Кира знала, что он ранен. Могла точно сказать куда и насколько серьёзно.
Драконы тоже обзавелись ранениями. Двое зелёных, сиреневый и бирюзовый. Кровь и повреждения от зубов и когтей были видны на их шкурах гораздо лучше. Самым сильным и умелым был один из зелёных. Он и старался нападать так, чтобы впиться в самые уязвимые места: шею и основание крыльев. Остальные слаженно отвлекали Дароса, наносили ему более мелкие повреждения, пытались порвать крылья.
В какой-то момент, схватившись клубком с двумя драконами, Дарос резко упал вниз. Кира замерла, затаив дыхание. А через минуту облегчённо выдохнула: он снова поднялся в небо. Теперь вокруг него кружилось трое. Одного из зелёных уже не было.
- Хорошо,- обрадовалась Кира.- Погибший зелёный был середнячком. Но лучше, чем сиреневый. Этот самый слабый, но вёрткий. Бросается вперёд и ловко уходит из-под самого носа. В том, наверное, и состоит его задача.
- Не радуйся раньше времени, ведьма,- нагнал её холодный голос Армоса.- Даже если он убьёт этих четверых, я пойду и сам добью его. Хотя, вряд-ли мне придётся пачкаться. Он сильно ослаблен. Удивительно, что справляется до сих пор. Его выносливость приятно удивляет!