Наталья Масальская – Темный компас (страница 9)

– Конечно, нет.

– Тогда зачем мы идем к нему?

– За картой, – с удивлением ответил Маркус, словно не уловил смысла вопроса. – Ты же хотела попасть во дворец Маута. Или передумала? – сощурил он один глаз и, не дождавшись ответа, снова заскочил на камень.

***

Через полчаса они оказались перед вертикальной расщелиной в скале. Чтобы добраться до нее, им пришлось карабкаться несколько метров вверх по почти отвесной стене. Щель была такая узкая, что Лика ни за что бы не догадалась, что это – вход. Маркус засунул руку в проем, до чего-то дотронулся внутри, и проем стал расширяться.

– Был здесь пару раз. Пошли, – махнул он рукой, приглашая девушку следовать за ним, и исчез в черной пасти грота.

Это напомнило Лике последнюю вылазку с Русланом в ту самую пещеру в Перу, где они нашли компас. Ей он не позволил пойти с ним. Наверное, предвидел исход этого вторжения. И сейчас, следуя за Маркусом, Лика пыталась представить, что тогда видел и чувствовал Руслан. Сердце ее болезненно сжалось, а в душе поселился страх, что их тоже ждет неудача. Она прибавила шаг, пока могла различить в темноте удаляющийся силуэт парнишки.

Пройдя длинным извилистым коридором, они оказались в большой пещере. На каменных стенах в медных держателях горели факелы, впереди был новый проход, откуда донесся низкий прокуренный бас:

– Кого нелегкая принесла?

– Это я – Маркус, – ответил юноша и чуть замедлил шаг, видимо, ожидая, когда хозяин пригласит их войти. – Он немного нервный, – пояснил Маркус. – Но отходчивый.

Лика криво улыбнулась, не зная, как реагировать на эту информацию. Но, видя, что парень остановился, на всякий случай отступила на шаг.

В проеме замаячила огромная тень и начала надвигаться, заслоняя собой свет. На пороге появился здоровенный детина в длинном болотно-зеленом плаще. Он был весь седой, хотя на вид ему было не больше сорока. Его черные глаза зло сверкали в ярком свете огня, а ссутуленные плечи и широко расставленные ноги делали похожим на разбуженного в неурочный час медведя.

Лика невольно вздрогнула, когда человек снова заговорил.

– Чего вам? – Он близоруко прищурился и, узнав, наконец, Маркуса, нахмурил брови. Но на лице его не было недовольства – напротив, Лике показалось, что их визит вызвал у него замешательство.

Мужчина молча вернулся в комнату, бросив гостям:

– Заходите, коль явились.

Они с Маркусом вошли в небольшой кабинет вслед за хозяином. Лика с интересом оглядывалась по сторонам и бросала мимолетные взгляды на чернокнижника, опасаясь вызвать своим любопытством его недовольство.

Помещение напоминало кабинет Бориса, из которого началось ее путешествие в Арцелон. Такой же круглый, от пола до потолка заставленный стеллажами с книгами, склянками и прочей дрянью, о назначении которой Лика даже не догадывалась. Некоторые полки были закрыты тканевыми занавесками. Видимо, там хозяин хранил то, что не предназначалось для чужих глаз.

Маг указал им на небольшой диван, покрытый облезлой шкурой. Сам же сел за каменный стол, на котором лежала раскрытая книга.

– Итак, – сказал он, стоило гостям расположиться на диване.

– Альфард, мы пришли к тебе за помощью, – начал Маркус. – Нам нужна карта дворца Маута.

Тот несколько минут молчал, почесывая неряшливую поросль на подбородке. Наконец спросил – резко, как на допросе:

– Цена?

Маркус вскочил на ноги и пружинящей походкой подошел к столу, доставая что-то из кармана брюк. Он выложил на стол перед магом несколько овальных черных кристаллов. В подрагивающем свете факелов казалось, что внутри них – огонь.

– Это застывшая кровь Нгал, – пояснил Маркус, скорее, для Лики, но тоном, который говорил о высокой ценности кристаллов.

– Нет, – не отрывая цепкого взгляда от Маркуса, ответил мужчина.

Лика видела, как напряглась спина парнишки. Он снова полез в карман и вытащил пузырек с какой-то жидкостью. Альфард взял его в руки и поднес ближе к свету.

– Яд адской гончей? И все равно – нет, – он положил фиал на стол и, отклонившись вбок, указал пальцем на сидящую на диване Лику.

– Ты.

Девушка вздрогнула и машинально приложила ладонь к груди, словно хотела удостовериться, правильно ли поняла мага.

– Да, ты, – угрожающе понизив голос, ответил Альфард. – Подойди.

Алика, так же как Маркус, вскочила на ноги и быстрой неуверенной походкой подошла к столу.

– Эй, брат, у нее ничего нет, она – новенькая. У меня еще есть зубы «животных».

– Я сказал – нет, – Альфард приподнялся в кресле и в бешенстве хлопнул ладонью по столешнице с такой силой, что от удара подскочил и перевернулся серебряный кубок. По светлому камню поползла красная жижа. Лика была почти уверена, что это кровь.

Маркус мельком взглянул на спутницу.

– Хорошо, но Маркус прав, у меня ничего нет.

– Тут ты ошибаешься. У тебя есть нечто поистине ценное, – осклабился маг и медленно сел на свое место. – Твоя душа, – сказал он в ответ на вопросительный взгляд.

– Душа? – Алике казалось, что ее связали по рукам и ногам, и она не может пошевелиться. Снова захотелось пить.

– Да ты сядь, – совершенно спокойно сказал Альфард и, откинувшись на спинку кресла, изучающе уставился на гостью. – Крохотную частицу, – он поднял руку и, приблизив большой и указательный пальцы на расстояние в несколько миллиметров, пытался показать ничтожный размер необходимой частички души, что собирается забрать у нее. – Ты даже не заметишь ее отсутствия.

– А зачем тебе частичка моей души? – с недоверием спросила Лика.

– Да ты не дрейфь. С такой крошечной частью души невозможно сделать что-то ужасное, но это – сгусток светлой энергии, она используется в различных практиках перехода между мирами, или для вызова духов. Да, Нгал можно с помощью нее приманивать. А многие части Нгал – это ценнейшие ингредиенты высших зелий. Короче, нет у меня времени лекции по черной магии читать. Да – да, нет – нет, и разбежались, – недовольно огрызнулся Альфард. – Либо платите. Я вам в рассказчики не нанимался.

Маркус молча наблюдал за их разговором и, стоило Лике бросить на него полный мольбы взгляд, виновато улыбнулся.

– Ты можешь отказаться. Тебя никто не заставляет. Поищем другой способ, – с этими словами он зло зыркнул на вальяжно раскинувшегося в кресле Альфарда.

– Ну-ну, – протянул маг, лениво разглядывая перстни на своих пальцах.

Лика уже все решила. Она готова была отдать за эту чертову карту свою жизнь, не то что крохотную частичку души. Только вот слово «жизнь» звучало в устах темного мага куда менее зловеще, чем слово «душа». И девушка все медлила, словно ждала какого-то чуда, что неожиданно ворвется в ее жизнь и разрешит все проблемы. Вот только время шло, а чудо все не случалось.

– Я согласна, – выпалила она, пока здравый смысл окончательно не похоронил под грудой железных доводов ее такое зыбкое решение.

Маг тут же оторвался от созерцания своих рук и, уперев их ладонями в стол, посмотрел на Лику.

– Дело говоришь, – он поднялся и принялся суетиться возле полок, что до этого были скрыты от глаз занавесками.

– Слушай, Альфард, у тебя не найдется немного воды? – спросил Маркус, который так же, как Алика, наблюдал за перемещениями мага.

Тот в один шаг оказался возле причудливого шкафчика со стеклянными дверцами и извлек оттуда небольшой бурдюк.

– За счет заведения, – сказал он, протягивая его Лике.

Наконец Альфард достал все необходимое для обряда и, сложив на столе, снова обратился к так и стоящей посреди комнаты девушке.

– Присядь, – указал он глазами на все тот же диван. – Не переживай, это совсем не больно и очень быстро.

– Успокоил, – пробурчала Лика, усаживаясь поудобнее.

Маг уже колдовал над серебряным кубком, смешивая в нем жидкости из стоящих на столе фиалов. В завершение он бросил в готовую смесь какой-то порошок, содержимое кубка вспыхнуло сине-зеленым пламенем и тут же погасло. Он протянул его Лике.

– Рекомендую выпить залпом, это – не крем-брюле. Но решать тебе, – он придвинул к дивану колченогий табурет, сплетенный из толстых, как огромные черви, веток, и сел напротив.

Алика посмотрела на продолжающую меланхолично побулькивать жидкость в бокале и, прежде чем выпить, поднесла кубок к носу. Зелье пахло затхлой землей. Она невольно поморщилась и, взглянув на Альфарда и Маркуса, которые молча наблюдали за ней, опрокинула в себя содержимое.

На вкус зелье было горьким. Лика передернулась, ощущая тошноту. Она уперлась локтями в колени и склонилась над полом – на случай, если ее вывернет. Но дурнота начала отпускать, а по венам словно побежал жидкий азот, до боли сковывая мышцы. Девушка тяжело откинулась на спинку дивана, вцепившись похолодевшими от слабости пальцами в жесткую шкуру, на которой сидела. Силясь поднять потяжелевшие веки, пыталась разглядеть лицо Маркуса или Альфарда, голос которого звучал едва различимым далеким эхом, но не видела ничего.

– Все хорошо, – наконец различила она глухой, словно пробивающийся сквозь морок сна голос Альфарда. – Расслабься, сейчас все пройдет.

«Ненавижу чернокнижников», – пронеслось у нее в голове, прежде чем тело снова начало обретать чувствительность. Лика наконец смогла оторвать все еще казавшуюся чугунной голову от спинки дивана и посмотреть на мага. Тот делал какие-то пассы руками в районе ее груди, словно пытался слепить снежок из воздуха, пока не показался сгусток света, который отделился от тела и поплыл в руки мага. Лика поморщилась, наблюдая за происходящим. Альфард, не прекращая делать пассы руками, мельком посмотрел на нее.