Наталья Маркелова – Ледяная королева (страница 24)

– Разве так бывает? Я разнесла множество камней-талисманов и каждый раз, соприкасаясь с историей того или другого бродячего мага, понимала, что все они имели причину, и, как правило, очень и очень печальную, чтобы принести Клятву Пути. И все они пытались что-то найти – счастье, любовь, истину.

Пустота под капюшоном Безликого рассмеялась, и мне захотелось заткнуть уши.

– Вечно вы, люди, страдаете и пытаетесь что-то найти. Когда вы приходите в Храм Пустоты, вы тоже считаете, что у вас ничего нет, что вы лишены каких-то там благ и крайне несчастны. Но это не так. Пустота спрашивает, что вы можете отдать, и все с надеждой предлагают свои страдания. Но никто не замечает, что эти страдания и есть обратная сторона того сокровища, что хранится в вас.

– А как же, например, те девушки, что встретили Ветреных Братьев? Они ведь лишились своих снов.

– И получили любовь и мечту. Достойная замена. Но они осознали это, только отдавая это Пустоте. Ну, что, ты будешь слушать историю Дайка?

Я кивнула, хотя мне хотелось отказаться. Мне вдруг стало страшно. Может быть, оттого, что Рэут, которого я знала, окажется не таким, каким я его себе представляла.

– Дайк пришёл к нам поздней осенью, – начал рассказ Безликий. – Явился в Храм Пустоты и заявил, что хочет отдать нам своё прошлое, магию, дар предвиденья и всё, что имеет, кроме любви. Мы спросили, почему он хочет этого. И Дайк ответил, что это плата за услугу и возможность обладать силой Пустоты. Мы напомнили ему, что стать Безликим – это сама по себе награда. Но Дайк гордо заявил, мол, то, что он отдаёт, ценнее слёз глупцов, которые хотят убежать от боли, жертвуя свои никчёмные судьбы Пустоте.

– И чего же он хотел? – вырвалось у меня.

– Он хотел, чтобы мы спасли тебя.

– Что?! – вырвалось у меня. – Откуда он мог знать обо мне?

– И в то же время он знал. Он рассказал нам, как тебя зовут, и то, что ты пожертвуешь ветвью благородного и станешь одной из двенадцати великих магов. Дайк предсказал, что умрёт король, падёт Великий город. Предсказал появление тварей. Он сказал, что, если мы не вмешаемся, у этого мира нет шансов – Королева Тёмных вернётся в живом теле величайшего мага.

– И поэтому вы поджидали меня в Великом городе?

– Да. Мы выполняем его просьбу.

– Но ведь Дайк ушёл от вас.

– Это не его выбор. Дайк был великим предсказателем, и он пожертвовал собой ради тебя и в то же время стал частью предсказания, поэтому он и ушёл. Видимо, Дайк понял, что ты единственная надежда этого мира.

– Он мог помнить об этом, когда был Рэутом?

– Нет. Став Рэутом, Дайк умер, чтобы король не узнал его истории.

– Вы уверены?

– Пустота уверена. Жертва Дайка была настолько благородной, что звёзды породили нового дракона. А теперь, когда ты получила знания, пора возвращаться во Дворец.

– Ещё минуту! – попросила я жалобно.

– Нет, нам пора, иначе могут заметить наше отсутствие.

– Вы боитесь?

– Не за себя. – Пустота рассмеялась над моим предположением. – Пустота была и будет.

Глава 9

Подарки

Время до свадьбы пролетело значительно быстрее, чем я предполагала. И, к счастью, я почти не видела короля. Он решал вопросы, которые должны были наладить жизнь как в Великом городе, так и в королевстве в целом. Королевство Снежных драконов впервые с момента возвращения в него людей после войны с эльфами было в таком тяжёлом положении. Отсутствие короля, вызвавшее появление детей Королевы Тёмных, покалечило привычный мир, и сами по себе его раны отказывались затягиваться. Но я не сожалела о том, что король уделяет мне так мало времени. Вот только сам он думал иначе и пытался заменить своё отсутствие подарками и развлечениями. И поэтому у меня не было даже свободной минуты. По моей комнате постоянно сновали то портнихи, шившие моё свадебное платье; то менестрели, развлекающие меня игрой на музыкальных инструментах; то художники, рисовавшие мой портрет; то поэты, воспевавшие в стихах мою красоту. Вечером я падала на кровать и мгновенно засыпала. Каждый раз мне снилось одно и то же. Я бродила по бесконечным коридорам Замка Полуночи и плакала. А утром я просыпалась, и вновь начиналась та же кутерьма. Иногда король находил для меня минутку, тогда он посылал мне приглашение спуститься в зимний сад. И мы гуляли по дорожкам среди неестественно яркой зелени и резко пахнущих цветов. Король брал меня за руку и говорил, насколько я прекрасна сегодня. А я думала, что в его чертах остаётся всё меньше Рэута. Лицо короля менялось, так, наверное, и должно было быть. Сущность Неора вытесняла навеки погибшего Дайка, а значит, и переходный образ – Рэута. Интересно, знал ли Дайк свою судьбу? Каково это, быть предсказателем? Я вспомнила Лени. Жива ли ещё моя сестричка? Или маги, зачищая город, приняли её за порождение Тёмной Королевы и убили? Но я почему-то была уверена, что Лени жива.

– Тебе нравится свадебное платье, Дная? – поинтересовался король.

– Нет, – призналась я.

– Нет?! У нас нет времени на другое.

– Я только хотела, чтобы на этом было поменьше драгоценностей. К чему это? Раздайте их беднякам Великого города, сейчас многие голодают…

– Добрейшая, – улыбнулся король. – Что ж, если это сделает тебя счастливей, я прикажу сделать это и оповещу всех о твоём желании. Пусть платье будет без украшений. Это будет платье настоящей королевы.

– Спасибо, – пробормотала я. Оповещать людей о моём желании было лишним, но я знала, что просить об этом бесполезно.

Король остановился и повернулся ко мне:

– Дная, я слишком мало уделяю тебе внимания.

– Я понимаю, как ты занят…

– Но, – перебил он меня, – это меня совсем не оправдывает. Я люблю тебя и должен уделять тебе время, тем более что свадьба всё ближе, и твоя коронация тоже…

– Я обещаю найти тебе минутку между встречей с художником и менестрелем, – постаралась пошутить я.

Неожиданно Неор обнял меня и поцеловал. Огромное усилие воли мне потребовалось, чтобы не отпихнуть его от себя.

«Это Рэут, это Рэут», – внушала я себе. Король прервал поцелуй, и я увидела, что глаза дракона сменили цвет, они вообще изменились. Я стояла, замерев, и пыталась не заплакать, пыталась прийти в себя, вот сейчас мне понадобилась вся выдержка благородных, которой нас учили с детства. Благородным нельзя терять лицо. Ведь лицо благородного – это маска, уронишь – разобьётся на тысячи осколков, и вместе с ней величие рода.

«Мы такие же актёры. Может быть, поэтому мать-тень ненавидела театр Брыня за то, что он напоминал ей об этом».

– Что случилось, Дная, – спросил Неор, – ты словно призрак увидела. Тебе был противен мой поцелуй?

– Нет, просто он был так краток, – пробормотала я и покраснела. Благородные девушки всегда знают, что ответить.

Король улыбнулся:

– Если это так печалит тебя, Дная, я поцелую тебя ещё раз.

Внутри меня всё сжалось, но я выдавила озорную улыбку:

– Чего же ждёт мой король?

– Я приготовил тебе подарок, – сказал Неор, когда мы продолжили прогулку. Король улыбался, а я вела себя так, как была должна. Это укладывалось в его представление об этом мире.

«Нет, нет, он не приобрёл мудрости за все эти столетия, а лишь закостенел, и всё потому, что все его невесты были из благородных, они все поступали так, как надо, как соответствует величию рода. Я не должна нарушать этого «как надо» и всё будет отлично», – убеждала я себя.

– Ты слишком балуешь меня. – Я старалась улыбаться как можно счастливее. Напоминая себе, что при этом нельзя забывать о выражении глаз. Глаза должны сиять, иначе улыбка похожа на оскал.

– Меньше, чем должен. – Неор приобнял меня, я едва не вздрогнула, но сумела сдержаться и похвалила себя за это. – Пойдём. – Он выпустил меня из своих рук, и я вспомнила, что надо снова дышать.

Мы вышли из зимнего сада, и слуги набросили нам на плечи шубы. Миновав небольшой дворик, где летом били фонтаны, а теперь лежали глубокие сугробы, мы подошли к мраморной сцене. Я никогда не была здесь раньше, впрочем, я вообще мало где бывала теперь, кроме своих роскошных покоев.

– Этим местом давно не пользовались. Я не слишком люблю театр, но для тебя всё изменю. – Король снова обнял меня, я прижалась к нему, и тут на сцену вышли актёры. Я задохнулась от счастья, увидев знакомые лица.

– Вик! – воскликнула я и постаралась притушить радость. Слишком уж отличалось моё показное счастье от поцелуев Неора от этой вспышки. И поэтому я постаралась использовать её. Ведь любую силу нужно использовать, не позволяя ей погаснуть. Я обернулась к королю и, обхватив его за шею, сама поцеловала его в губы.

– Я знал, что тебе понравится подарок, – обрадовался Неор, довольный моим поступком. – А то ты последнее время точно ледяная, мне даже стало казаться, что ты меня не любишь. И поверила словам Реора о том, что я отдал своё сердце Королеве Тёмных.

– В это я не поверю никогда! Я просто очень устала, у меня нет ни минуты свободной, – начала оправдываться я. – Все эти поэты, художники, швеи…

– Ты должна была пожаловаться мне, что это тебя утомляет.

– Ты слишком занят, твои дела важнее.

– Нет ничего важнее тебя, Дная. Я знал это с нашей самой первой встречи у ворот Великого города. Скоро я подтвержу клятву. Я готов говорить тебе о любви все дни напролёт, – начал король, но я закрыла ему рот ладошкой.

– Не здесь, когда на нас смотрят. Я не хочу, чтобы эти слова звучали как реплика на сцене.