Наталья Маркелова – Девушка и талисман (страница 9)

Для меня это было лучшее обещание на свете.

Я настолько ошалела от счастья, что бросилась обнимать старика. Тот снова взвыл. Сначала я подумала, это оттого, что я нарушила его личное пространство и уязвила его самолюбие. А затем осознала, что задела его ожоги.

– Вы меня убить хотите? – отпихнул меня подальше Рэут. – Вас что, ко мне главный королевский маг подослал? С него станется. Идите уже, – махнул он рукой и поспешил прочь.

– Может быть, вам помочь? Раны заживить? – крикнула я ему вслед.

– Спасибо, я сам. Одежду тоже сам. Не беспокойтесь, я быстро. – И магистр удалился, что-то бормоча себе под нос о женщинах и благородных.

На тренировку с остальными учениками я не осталась, поглазела немного на их занятия и ушла. После случившегося мне было немного не по себе. Мои магические силы росли, но что это значило? Что, если Рони стало хуже? Или он… Я запрокинула голову и подставила лицо под капли холодного осеннего дождя.

– Эй, Листик! Решила помыться?

Жук стоял, прислонившись к дому с синей кошкой, и улыбался.

– Пришёл за процентом? – съязвила я. – Тогда рекомендую обратиться к Рэуту в другое время.

– Я хотел увидеть тебя. – Жук подошёл ко мне. – Как прошёл первый день занятий? – спросил он заботливо.

– И не спрашивай, – отмахнулась я. – Давай поговорим о чём-нибудь другом.

– Хорошо, – тут же согласился парень. – Я подумал, ты, наверное, жутко проголодалась, хочу угостить тебя…

– Ты что, зовёшь меня на свидание? – выпалила я, а в голове уже завертелись всевозможные формы отказа.

– Ну вот так всегда, – сказал Жук серьёзно, копируя ворчливую интонацию Рэута, – стоит девушке предложить кусочек хлеба, как она тут же норовит выскочить за тебя замуж. Вы что, такие голодные? Или я такой красивый?

Я рассмеялась. Жук изобразил обиду. Я рассмеялась ещё громче, зажимая рот ладонями.

– Ты чего? – поинтересовался парень.

– Хохотать громко неприлично. – Я вспомнила, как мать ругала нас с Лени даже за тихие смешки, от этого воспоминания пропало всяческое желание смеяться.

– Боишься, что, если будешь хохотать, все сбегутся посмотреть, чего же тут хорошего? – поинтересовался Жук.

– Да, и отобьют тебя у меня, – кивнула я. – Ты, кажется, собирался угостить меня ужином?

– Ну, ужин – это слишком, так, чуточку перекусим, и всё.

Жук купил нам в пекарне на углу по ароматно пахнущей булочке с яблоками. Булочки были просто громадными, так мне вначале показалось. И мы пошли гулять по городу. Жук рассказывал мне легенды о зданиях, мимо которых мы проходили. Это были и сказки о проклятых домах, и душещипательные истории любви. Я слушала парня, позабыв обо всём на свете. Его рассказы были такими яркими, что я безоговорочно верила: именно так всё и было. Хотя, скорее всего, часть историй была выдумана, чтобы повеселить меня. Мы пробродили с Жуком до самой темноты, а потом он повёл меня смотреть, как маги зажигают фонари. Маги добавляли в силу пламени разноцветных ночных огоньков добрые сказки будущих снов и надежду на завтрашний день. Кроме нас, за фонарщиками наблюдало несколько влюблённых парочек. Они стояли, взявшись за руки, и, когда вспыхивал очередной огонёк, целовались. И я позавидовала их счастью.

– Всегда мечтал увидеть, как зажигают фонари, вместе с такой красивой девушкой, как ты, – сказал Жук.

Зажёгся новый огонёк и заметался яркой бабочкой под колбой фонаря. Маленькое волшебство, которое погаснет с восходом солнца.

Это было чудом, что за три недели занятий у Рэута никто из его учеников не погиб или не стал калекой на всю жизнь. Магистр не щадил ни себя, ни нас. С каждым днём задания становились сумасброднее и жёстче. Думаю, не я одна вскакивала посреди ночи, обливаясь холодным потом, когда снился Рэут. Правда, чаще всего мне ничего не снилось, настолько я выматывалась за день. И если бы не вечерние прогулки с Жуком, я бы, наверное, не выдержала такого накала. Как только Рэут заходил в комнату для занятий, каждый из его учеников испытывал страстное желание сбежать как можно дальше из этого места. Некоторые, надо сказать, так и поступали, и постепенно наши ряды заметно поредели.

Самые серьёзные испытания ожидали нас на занятиях, проводимых непосредственно в городе, – Рэут называл их «охотой на зверей». Кроме того, что меня передёргивало при любом упоминании об охоте, я ещё ужасно боялась, что магистр расскажет остальным ученикам про мою встречу с «тётушкой». Боялась я зря: магистр, упомянув о зверях, лишь бросил на меня внимательный взгляд, и не более. За это я была ему очень благодарна.

На этих занятиях я поняла, что имел в виду Рэут, когда говорил: «Город плодит зверей». Во время первой охоты Рэут, скорее всего, хотел позабавиться, глядя, как мы толпой ловим на городском кладбище «новорождённого» вампира. Вместе с магистром забавлялись и два городских стражника, которые лопались от смеха, наблюдая за нами. Кладбище было большим, вампир шустрым… А второй раз всё было серьёзно. Дом, куда мы заявились всей оравой, находился в самом центре Великого города, чуть ли не на соседней улице с Дворцом Короля. Здание принадлежало весьма почтенному человеку, одному из двенадцати магистров Великого города. В эту же дюжину входил и Рэут. Когда мы постучали, хозяин сам открыл дверь.

– Рэут, что вы тут делаете? – спросил он удивлённо.

– Охочусь.

Меня поразил взгляд хозяина дома, когда он услышал ответ Рэута, – испуг и облегчение одновременно.

– Значит, вы всё знаете? – спросил магистр Рэута.

Старик кивнул.

– Ну, видимо, не всё, раз привели сюда детишек, – оскалился радушный хозяин.

– Я знаю, что вы зверь, магистр Знут. От вас пахнет человеческой кровью. Только что пообедали?

– Ну раз вы так много знаете, уважаемый Рэут, тогда долой маски.

Знут отступил вглубь дома, Рэут последовал за ним, а мы поспешили следом за учителем.

«Должно быть, это всё шутка, – подумала я, осматривая уютную гостиную, в которой мы оказались, – сейчас нас пригласят выпить чаю».

Чаю нам не предложили. Хозяин дома, изящно, словно на сцене, поклонившись, вдруг упал на пол. И мы, оцепенев от страха, смотрели, как выгибается и изменяется его тело. Пара ударов сердца – и Знут превратился в паука. Кто-то из учеников взвизгнул. Я замерла. Пауков я панически боялась. Даже самых маленьких. Что уж говорить про огромных вроде того, в которого превратился хозяин дома.

– Бегом за охраной! Все! – рявкнул Рэут. В его руке сверкнул кинжал.

Ученики бросились исполнять приказание магистра. Все… кроме меня – я от страха не могла даже пошевелиться.

– Дная, вам особое приглашение надо? – крикнул Рэут. – Уходите! Я сам разберусь.

И тут паук плюнул. Густой комок паутины полетел прямо мне в лицо, Рэут оттолкнул меня в сторону. Я больно ударилась о шкаф с книгами, с ужасом глядя, как ядовитая паутина у самых моих ног расползается по полу и прожигает ковёр.

– Благородным дамочкам надо сидеть дома, – прорычал Рэут.

Оцепенение прошло. Зажмурившись, я сделала первое, что пришло на ум, – воспользовалась огнём. Судя по тому, как выругался Рэут, решение было не самым мудрым. Старинная мебель и книги в комнате вспыхнули мгновенно. Паук бросился к выходу. Рэут прикрыл лицо полой плаща и рванул следом, крикнув, чтобы я поспешила за ним. Впрочем, это единственное, на что я была способна, – идти следом за учителем.

Спасаясь от огня, паук привёл нас за собой в подвал. Рэут, не задумываясь, направился за Знутом, я же на секунду задержалась, прежде чем последовать за ними в темноту, пропахшую смертью и кровью. Если бы не опасность сгореть заживо, я бы ни за что не вошла в этот подвал, даже вслед за учителем. Стараясь не смотреть по сторонам, я замерла за спиной Рэута. Меня знобило от одной мысли, что там можно увидеть.

– И что дальше? – Рэут поднял руку, кольцо на его пальце засияло ровным холодным светом.

Знут снова стал человеком.

– Вызываете подкрепление? Так я уже здесь, – засмеялся он и показал Рэуту свою руку, на которой тоже сияло кольцо магистра.

– Да, Знут. Ведь мы все так или иначе связаны.

– Чисто формально. Ведь никто, кроме вас, Рэут, не понял, что со мной что-то не так. Да и вы догадались не сразу. А может, как и остальные, просто до поры до времени закрывали глаза на мои шалости. Ведь у каждого из нас есть свои грязные секретики. Правда, Рэут? Иначе бы мы не были сильнейшими из магов. Так? Ведь мало, чтобы сердце перегоняло по венам нечеловеческую кровь – много ли её осталось в нас? Мало владеть магической силой. Не это делает нас магами. Необходимо умение переступать черту, нестерпимое желание это сделать. Потребность не быть такими, как все вокруг.

– Охоту на людей вы называете шалостью, Знут? – спросил Рэут устало.

– А как вы вообще узнали об этом? Даже главный королевский маг был не в курсе.

– У нас с ним разные интересы. Его интересует Дворец Короля, а меня – город и его звери.

– Вы хотите сказать, магистр, что я всего-навсего зверь, порождённый городом?

– Ну, не только городом, но и своим тщеславием тоже. Некоторое время назад я встретил отвратительную тварь, охотившуюся у ворот города на глупых девочек. Я её обезвредил.

– И что? Какое нам дело до мелкого зверья?

– Иногда мелкий зверь выводит на очень крупного, – возразил Рэут. – Прежде чем ту тварь казнили, я узнал от неё много интересного. Мне хватит этого, чтобы очистить Великий город от чудовищ, подобных вам.