Наталья Маркелова – Девушка и талисман (страница 30)

– Я готова встать на место Лени.

– Чушь! Тебя не хватит надолго, кроме того, ты тогда не сможешь искать.

– Кто же тогда? Кто? – Я схватила Рэута за руку.

В комнату вбежала Лени и улыбнулась нам так радостно, что в этот момент я была готова пожертвовать братом. Мой лоб обожгло.

– Ещё один цветок, – сказал Рэут.

– О, Дная. – На глаза Лени навернулись слёзы.

– Глупости. – Мои губы задрожали. – Ерунда…

Я хотела приободрить сестричку, сказать, что это не страшно – потерять ветвь, ведь малышку ждало то же самое. Но, вскрикнув, замерла и не договорила. Лоб Лени был чист. Я потянулась к девочке, коснулась её кожи, словно пыталась различить правду кончиками пальцев и не веря собственным глазам.

– Я убрал эту нелепую ветвь с её лба. Лени свободна, – пояснил Рэут.

– Но как?

– Она лишь ребёнок. Паразит не въелся глубоко в её кожу.

– Кто?

– Ты никогда не задумывалась, почему такой узор появляется лишь у женщин, но никогда у мужчин? И почему такого не происходит с женщинами в других королевствах?

– В нашем королевстве женщины ничего не значат, и это лучший способ указать на наше бесправие даже среди благородных.

– Это верно лишь отчасти. Наше королевство когда-то принадлежало эльфам. Вместе с землёй, пропитанной их кровью, мы получили их замки, их обычаи, их магию. Когда люди победили эльфов, они думали, что имеют всё это по праву. Но им не досталось ничего. Взятое насильно золото прожигало руки, сила не хотела слушаться магов, земли хирели и плодили лишь сорняки и чудовищ. Мир был опустошён. После войны везде было тяжело. Но Королевство Снежных драконов попросту отказалось повиноваться. Люди ушли. Вот только пустые земли манили их обратно. И тогда маги поняли: чтобы получить желаемое, чтобы подчинить это королевство, нужны жертвы. Но не кровь и смерть – нужна жизнь. Мужчины всегда несут разрушение, женщины дарят жизнь. Поэтому в жертву принесли женщин. Провели кровавый обряд. Никто не знает, в чём конкретно он заключался, но никто не сомневается в его силе. И напоминанием о нём стала эта ветвь на лбу женщин благородных родов.

– Но с тех пор прошло столько веков.

– Время ничего не значит. И кровь тоже. Ведь такой узор появляется не только у родных детей благородных, но и у приёмных тоже. Простолюдинки, вышедшие замуж за хозяев замков, получают ветвь в награду.

– У моей мамы ветвь так и не появилась, – сказала я.

– Ещё одно исключение, да? – кивнул Рэут.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я.

– Мама просто особенная, – встряла в разговор Лени, – она не такая, как все.

– Верно, малышка, – улыбнулся Рэут и погладил Лени по золотистым волосам. – Как и ты, ты ведь тоже особенная.

Вернуться к мучащей меня теме мы с Рэутом смогли лишь поздно ночью, когда Лени уснула.

Я укрыла спящую сестрёнку одеялом и спустилась на кухню, точно зная, что Рэут ждёт меня там. Это было его самое любимое место в доме.

Старый маг указал мне на кресло, принёс чашку с чаем. Поставил рядом на столик вазочку с вареньем.

– Всё ещё чувствуешь холод? – спросил он заботливо.

– Иногда, – призналась я. – У самого сердца. Что я должна сделать, чтобы спасти Лени? – задала я волнующий меня вопрос.

– Я уже говорил – достать источник.

– Что это?

– Любое волшебное создание или артефакт. Всё, что является источником силы. Но есть одна загвоздка, Дная. Заставить насильно мы никого не сможем. Нужно добровольное согласие, или это может быть вещь, у которой нет прав.

– Кто же согласится добровольно кормить монстра?

Рэут только пожал плечами и, отхлебнув из своей чашки, сказал:

– Ты хотела стать настоящим магом. А быть магом – это не умение показывать фокусы и сжигать всё вокруг, это необходимость разбираться с проблемами, решение которых никому более не подвластно. И для этого нужны не только талант и сила, для этого необходимо иметь мозги. В нашу первую встречу я уже говорил тебе, что прежде всего нужно думать. Думай, Дная, анализируй каждое своё чувство, каждый поступок, научись заглядывать за пределы возможного. Кстати, возвращаю тебе кольцо, оно может ещё пригодиться. – Рэут взял мою руку и снова надел кольцо мне на палец, кристаллик на нём вновь был цел. – Есть множество способов вынудить кого-либо поступать угодным тебе образом. Сила тут не главное. Порою умение управлять чувствами противника значительно важнее. Любовь, ненависть, стыд, восхищение – вот тебе далеко не полный список того, что может повлиять на противника сильнее магии. Зря ты не согласилась стать ученицей Рюка. Главный королевский маг мог бы преподать тебе урок в искусстве манипулирования.

– Это мерзко.

– Брось, Дная, так или иначе мы все манипулируем друг другом. Просто у кого-то это получается хорошо, а у кого-то слишком заметно. Презирают всегда неудачников, а не тех, кто преуспел.

Чуть за окном забрезжил рассвет, как я была уже на ногах. Собрала свой нехитрый скарб и села на кухне ждать пробуждения Рэута.

– Уходишь? – спросил он, едва завидев меня.

– Надо торопиться.

– Да, надо. Я усыплю Лени до твоего возвращения – это даст нам чуть больше времени. И буду, как могу, оберегать её.

– Спасибо, Рэут. Я даже не знаю, как отблагодарить тебя.

– Сделай для меня кое-что…

– Всё что угодно.

– Просто возвращайся.

Как только я покинула Великий город, как только зашагала по дороге, я тут же почувствовала, что мне стало легче. Под подошвами ботинок поскрипывал снег, щёки румянил морозец. Если бы не тяготившие меня проблемы, я могла бы быть вполне счастлива. Снова возникла мысль, что мне нужно сделать выбор. Раз и навсегда – Рони или Лени.

И тут же привиделся залитый солнцем летний сад у нашего замка. Сделанные Рони качели. Брат собрал их своими руками без всякой магии. Лени была так счастлива. Но что осталось от Рони сейчас? Я вспомнила, как он стоял рядом с Приходящим в сумерках, как пил его жизнь. Брат был похож на куклу.

Я остановилась. Рони действительно напоминал в тот момент куклу. И каждое его движение было таким, словно брата дёргал за ниточки невидимый кукловод. Я закрыла глаза и попыталась вернуться в тот момент. Что я почувствовала? Ничего. Я ничего не почувствовала, кроме страха. Я не предугадала появление Рони. А ведь раньше я всегда знала, что брат рядом, даже если Рони стоял за дверью.

– Но кто тогда, кто? Разве я могла принять за брата кого-то другого. Вряд ли. – Я снова продолжила свой путь, но мне показалось, что я иду не туда. Рэут сказал – Путь подскажет. Но Путь ничего не подсказывал.

– Возможно, ты уже пришла? – Незнакомец возник из ниоткуда. Был он странен и неопрятен, но я никак не могла уловить, в чём эта странность. Всё в нём было словно шиворот-навыворот.

– Ты кто? – спросила я.

– Меня прислал Таур.

Моё сердце дрогнуло.

– Он же спит.

– Ты просто не совсем понимаешь значение этого слова. Хочешь увидеть его сны?

– Нет, – покачала я головой, а сердце заныло от желания встретиться с Ветреным братом.

– Боишься?

– Боюсь, – согласилась я. Это была правда, зачем её скрывать? Ведь делает нас слабее не признание собственных страхов, а их отрицание.

– Это, конечно, правильно, но у тебя нет выбора. – Мой попутчик вдруг раздулся, как огромный шар, и лопнул, и я оказалась словно внутри пустоты.

– Эй! – закричала я, только чтобы услышать свой голос, чтобы в этой пустоте появилось хоть что-нибудь.

И окружающее меня ничто прорвалось. Я упала в снег на уже знакомой мне поляне.

– Таур! Прекрати! Мне нельзя терять время. Моя сестра погибнет!

Снег на поляне зашевелился, из-под него стали подниматься девушки. Я вскрикнула, зажимая рот рукой. Более кошмарного зрелища мне видеть ещё не доводилось. Но тут я сообразила, что ни на мертвецов, ни на призраков они не похожи.

– Я не могу прийти тебе на помощь, – услышала я голос Таура. – Но ты можешь позвать этих девушек за собой. Они окружат твою сестру, они отдадут свои сны вместо её жизни. Сны – это крохотные жизни. Это не поможет твоему брату, но это спасёт твою сестру. До тех пор, пока она спит.

– Таур, я не могу воспользоваться твоим подарком.

– Почему?

– Подумай сам. Разве я могу воспользоваться силой убитых тобой девушек?