Наталья Мамлеева – Жена правителя Подземного царства (страница 28)

– Улиэль, успокойся! Ты должна очистить свой разум! Мы не выберемся без тебя! Моя магия тут не действует! Ты меня слышишь, Эль?!

Души нас окружали. Для меня все они были одинаковыми, но русалку привлекала одна, смотря на которую она успокоилась и улыбнулась. Сгустки окружили нас плотным кольцом, и я начала паниковать. Не люблю замкнутые пространства. Они мешают думать.

Пещеру озарил рев морей и через единственный проход хлынула волна. Её, словно дрейфующий странник, оседлал Дэн. Души разбежались и нырнули обратно в озеро, я же сглотнула и села на колени. Черные глаза были полны гнева. Моря полностью подчиняются своему повелителю.

– Встали! Обе! – прикрикнул каган, и мы обе подскочила на ноги, но Эль бросилась к озеру.

Дэн преградил ей путь, создав водную стену. Девочка заколотила по ней руками, но не в силах была сдвинуть и на миллиметр. Она развернулась и с яростью уставилась на суверена.

– Ты мне лгал! Ты в любой момент мог открыть путь сюда!

– Это было для твоей же безопасности, – мгновенно отреагировал Дэн и сделал шаг вперед. – Эль, твою мать не спасти. Я не всесилен.

– Я тебе не верю!

– Эль, – вступила я, сбросив оковы страха. – Дэн прав. Единственное, что может воскресить твою маму, это Скрижаль бессмертия.

Я хотела лишить её надежды, а в итоге своей неосторожной речью дала её. Глаза русалки засветились, и она бросилась ко мне, схватив за плечи.

– Это правда? Ты, действительно, можешь помочь?

– Нет, Эль! Нет! Клянусь тебе! – искренне ответила я. – Скрижаль использовать нельзя! Цена за бессмертие слишком высока, не каждый готов её заплатить и обуздать силу, заключенную в артефакте. Боюсь, что в этом случае мы быстрее разрушим душу твоей мамы, чем воскресим её.

Я сама точно не знала всей силы артефакта. Данные о нем были закрыты даже для меня, о них мог знать только наследник семьи Яниита.

– Это правда? – расстроено переспросила русалка, и я кивнула, взяв её за руки.

– Пожалуйста, уйдем отсюда. Мы все здесь погибнем и не спасем твою маму. Давай найдем другой способ, как помочь тебе.

– Но ты ведь помогала мне, – со слезами на глазах прошептала Улиэль, – значит, у тебя был план?

Я не знала, что ей ответить. Я изначально и вообразить не могла, что наши Слова возымеют силу. Это в моих глазах прочитала и Эль, потому что резко отшатнулась, впечатавшись спиной в водную стену.

– Ты не собиралась мне помогать, – с ужасом констатировала она. – Ты собиралась проучить меня.

– Но ты ведь тоже с самого начала использовала моё доверие, – в свою защиту высказала я, и Эль сжала руки в кулаки. – Эль, успокойся! Я не держу на тебя зла, и ты пойми меня!

– Мы квиты, будущая Великая, – бесцветным голосом произнесла она и, создав портал, шагнула в него.

Я же не успела следом из-за секундной растерянности. Воронка уже захлопнулась. Я развернулась к Дэну, собираясь умолять его найти девочку, но под суровым взглядом проглотила язык.

– Мы, действительно, теперь все квиты, – тихо произнес он, и его слова морозным ветром прошлись по моей коже и подняли толпы мурашек.

Каган направился на выход. Водная стена за моей спиной пропала, и души вновь начали покидать озеро. На мои глаза навернулись слезы. Я все испортила. Осознание собственной вины тяжелым грузом легло мне на плечи. За пределами пещеры Дэн открыл портал и шагнул в него. Утерев глаза рукавом платья, я побежала следом, пока воронка не закрылась.

Меня всегда мучил один и тот же вопрос, особенно в дни, когда мы с братом ссорились. Что сказать любимому человеку, чтобы он простил тебя? Уже было неважно, кто виновен и на чьей стороне правда. Глядя в удаляющуюся спину кагана, я думала лишь о том, как мне хочется разбежаться и обнять его, прижаться настолько сильно, чтобы он не смог меня оттолкнуть.

Но вот оно первое «но». Оттолкнуть. Я безумно боялась, что он сделает это. Казалось, что это будет конец. Его шаги эхом раздавались в тишине холла. Я покорно шла следом, сцепив руки в замок перед собой.

Обернись. Только обернись, и я сама брошусь в твои объятия. Или обниму сама.

Сколько нужно времени, чтобы простить демону все? Чтобы осознать, что твои слова, сказанные на эмоциях, даже не сохранились у тебя в памяти, а их вес вовсе был ничтожным. Разве он монстр? Тот, который правит огромным каганатом и находит время на спасение двух безмозглых девчонок, возомнивших себя укротительницами морей?

Мне было стыдно. Да, он не подарок, да, он – демон, перед которым в страхе склоняют головы тысячи мужчин. Да, он один из жесточайших каганов по прозвищу Палач. Но разве я это не знала? В защиту моей эмоциональности можно сказать, что знать и видеть – разные вещи, но все же мне было стыдно.

Это второе «но». Стыд всегда встает преградой между правильными поступками и страхом быть непонятым или еще хуже – высмеянным. В данный момент он жил во мне, снедая все внутри.

Дэн резко остановился, и я вздрогнула, внезапно осознав, как тихо в холле без его шагов. Каган развернулся и стремительно сократил разделявшее нас расстояние. Я только успела вопросительно вскинуть голову, когда его рука легла на мой затылок и губы прикоснулись к моим губам.

Он вымещал на мне свою злость, показывал, как ему больно. Должна признать, он нашел идеальный способ выплеснуть свои эмоции. Я бы даже сказала, самый приятный.

Я обняла его за талию, прижимаясь ближе, и податливо приоткрыла рот, признавая своё поражение. Воин, поняв, что битва выиграна без малейших потерь, сменил тактику. Теперь он целовал нежно, будто пил росу и боялся проронить хотя бы каплю. В этот момент я почувствовала себя величайшим сокровищем, доступным миру.

Дэн отстранился, прерывисто дыша и неотрывно глядя мне в глаза. Он никогда не был прекраснее, чем в этот момент. В черных глазах отражалась смущенная девушка с растерянным и влюбленным взглядом. Неужели это была я?

Дэн погладил меня по щеке и слегка улыбнулся. Он молчал. Не пытался что-то доказать или опровергнуть когда-то брошенные мной на эмоциях слова.

– Дэн, то, что случилось после аудиенции…

– Молчи, – прижав палец к губам, попросил каган. – Мы тогда оба погорячились. Я должен был понимать, что ты росла в среде магов и не привыкла к таким картинам. Я старше и опытнее, поэтому в этом больше моей вины. Просто пойми, что я не всевышний и не человек. Я демон и всегда им буду.

– Более того, – подтвердила я, – ты – каган Бескрайних морей по прозвищу Палач, один из самых справедливых, но при этом и жестоких. Я понимаю и принимаю эту правду. Отныне и навсегда.

Минута молчания и осознания, и внезапно Дэн прыснул от смеха и прижал меня к себе, продолжая улыбаться. Я округлила глаза.

– Ты чего смеешься?

– Слышала бы ты свою речь, будто магическую клятву давала, а не в любви признавалась.

– А я в любви и не признавалась! – вспыхнув, ответила я, и демон вновь рассмеялся.

– А чего ты так бурно реагируешь? Не признавалась и ладно. Чем планируешь заняться?

Я вспомнила, что сегодня Снежный бал, который с нетерпением ждала вся академия. А еще один настойчивый студент уверен, что я пойду с ним. Ну в каганат он точно не заявится – силенок не хватит, так что все его угрозы – пустые слова. Поэтому я спросила жениха:

– А есть идеи на этот счет?

– Хочу тебе кое-что показать, – подмигнув, ответил каган и, взяв меня за руку, шагнул в созданный им портал.

Вышли мы на утесе, где на двух перекладинах, соединяющих два обрыва, висел настоящий деревянный домик. Такие строили мальчишки на деревьях. Внизу в ущелье текло фиолетовое море, волны которого разбивались о скалы и пенились. Дэн ступил на одну из перекладин, балансируя, но не выпустил мою руку.

– Ты сумасшедший! Мы оба разобьемся!

– Ты мне веришь? – единственное, что спросил невыносимый каган, и я молча последовала за ним.

Балансировать на достаточно тонкой перекладине было тяжело. Она была из дерева, но её физические свойства явно усилены магией. Когда мы уже стали подходить к навесной конструкции, я пошатнулась, и моя нога съехала в пространство между двух перекладин. Именно в этот момент я поняла, что каган меня все это время разыгрывал.

Там оказалась невидимая поверхность, соединяющая их! Опасаться было совершенно нечего!

Демон рассмеялся. Я же, вновь вспомнив о русалке, посмотрела на бушующее море и спросила:

– Что будет с Улиэль?

– Вернется, как и всякий раз. Думаешь, это её первый побег? Не беспокойся сильно. Если надо будет, я её найду.

Я ему верила. Мы подошли к домику, и Дэн откинул люк, в который спрыгнул и протянул руки мне. Я последовала его примеру, и мы оба оказались в уютной комнате. Все здесь было сделано из дерева – увесистый стол, кухонные тумбочки, стулья и небольшая кровать, накрытая пледом. Справа, где заканчивалось ущелье и начиналось бескрайнее море, были машрабии, закрывающие балкон, поэтому в комнате было сумрачно.

Я подошла к ним и открыла двустворчатые двери. Улыбка сама по себе расцвела на лице, а глаза увлажнились. Если кто видел бушующее море при темнеющем небе – поймет меня. Птицы кричали, сетуя на завершение дня. Волны под нами с неистовством бились о скалы. Где-то там за горизонтом были цари, короли, султаны и каганы, здесь и сейчас же не было никого, кроме двоих.

Это наша история. Простой влюбленной девушки и её жениха. Дэн подошел сзади и обнял меня, поцеловав в висок. Мы были одни в этом маленьком домике, построенном над ущельем, и больше никого. Будто мы вовсе не принадлежим этому миру.