Наталья Мамлеева – Легко ли стать королевой? (страница 2)

– Когда ты станешь королевой, я хочу быть твоей первой фрейлиной.

Отвечать я не стала, лишь кивнув в ответ. Все знали, какие чувства испытывает ко мне наш великолепный король. Он желает меня, порой смотрит с нежностью, а иногда с негодованием, например, когда я третий раз выставила его из своих покоев. О, в тот день все слуги боялись глаза поднять на его величество, хотя он, к своей чести, никогда не срывал зло на посторонних. Эдмунд был мудрым правителем, пытающимся исправить ошибки своего отца. Вдовствующая королева благоволит мне, ей очень импонирует моя скромность и чувство собственного достоинства, она даже упоминала, что в молодости была такая же. Правда, было это после нескольких рюмок ликера, поэтому доверять этой информации я не стала.

В малой столовой нас ждал сюрприз. Эдмунд стоял, прислонившись к спинке стула, и смотрел на нас. Он склонил голову в знак почтения императрице, поцеловал ей руку и перевел взгляд на её окружение. Мы все присели в глубоких реверансах, призванных открывать взгляд на декольте, коего у меня не было. Платье было от груди до горла сделано из кружева, заставляя невольных наблюдателей из числа мужчин развивать фантазию.

– Ваше величество, что же вас побудило почтить нас своим присутствием? – стрельнув в меня взглядом, спросила Мисси.

Я потупила взор и чуть закусила губу. Я знала, что в этот момент он смотрит на меня. Это видели все, даже её величество.

– Решил полюбоваться истинной красотой, – ответил Эдмунд.

Я подняла взгляд и встретилась с его горящими азартом очами. Он насмешливо улыбается. Трехдневная щетина украшает подбородок и часть щек, черные длинные волосы переплетены сзади лентой, обруч на голове подчеркивает его статус. Обычный мужчина, наделенный властью и оттого выглядевший весьма привлекательно. Я любила гладковыбритые щеки, поэтому дала себе зарок, что со временем приучу его величество каждое утро проводить больше времени в ванной комнате.

Накрыто было на девять персон. Коронованные особы сели напротив друг друга, я же заняла место по левую руку от его величества. Эдмунд подобному был весьма рад. Главное в завоевании чужого сердца не перегнуть палку с расстоянием.

– Вы сегодня очаровательны, – выдохнул король, как только вдовствующая королева дала разрешение приступать к завтраку.

– Как и вчера, – улыбнулась я, ковыряясь в омлете.

– Как и несколько дней назад, – согласился со мной король. – Я бы назвал вас прекрасной розой, но вы не она. Цветы увядают, набирая цвет, а вы остаетесь всё такой же прекрасной.

– Благодарю вас, ваше величество. Из ваших уст подобные слова отзываются дивной мелодией моего сердца, – ответила я, и Эдмунд улыбнулся.

– Ваше величество собирается присутствовать на балу, посвященном именинам вашей матушки? Или на Южных границах опять неспокойно? – спросила Кларисса с другого конца стола.

– Сейчас ведутся переговоры с его величеством Аскольдом Первым, поэтому Южные границы временно спокойны, а дальнейшее их состояние зависит от результатов пребывания нашей делегации в Леньеве.

Соседнее королевство не уступало нашему ни в площади, ни в богатстве (по крайней мере, когда-то Этион был именно таким). Нас привлекали алмазные горы, а им нужен был выход к морю для беспошлинной переправки ценного груза в заморские страны. В связи с этим Южные земли были неспокойны, там часто совершались боевые операции то с их, то с нашей стороны. Естественно, нелегально.

– А что с пожаром в Лиране? Оттуда пропало что-нибудь? – вот умная девушка всегда знает, когда нужно держать язык за зубами, но Амалия к этой категории не относилась.

Его величество замер, я бросила на недогадливую девушку укоризненный взгляд, но она и так уже осознала свою глупость. Иногда есть то, чего не следует обсуждать за столом, и этот случай был именно такой.

От одной из служанок я узнала, что из музея пропала Скрижаль солнца. Письмена на ней гласили о каком-то древнем проклятье, связанном с предыдущей королевской династией, но в подробности я не вдавалась. И судя по реакции монарха, он переживал по поводу потери Скрижали.

– Ничего, – улыбнулся король, расслабляясь, – что-то с магическими лампадами случилось, огонь перекинулся на ковры, а те воспламенились ночью, когда никого не было в здании.

Когда никого не было в здании? Так ли это на самом деле? «Столичный вестник» говорил о чем-то таком, и бравый и храбрый журналист (другой бы так не сглупил) доказывал свою точку зрения о том, что воры-таки проникли в святая святых, и в Этионе настало неспокойное время. Время перемен. Больше о том мужчине я не слышала, и статей его в «вестнике» больше не было.

– Кстати, а когда последний раз маг Алион был при дворе? Мы скучаем в его отсутствие, – решила быстро сменить тему я.

– Действительно, – поспешила согласиться со мной Мисси, – а временный придворный маг совершенно не желает показывать нам фокусы!

О, ну последний, положим, всего лишь виртуозный лекарь, а не маг. Хотя периодически цитадель магов присылает нам своих учеников, которые проверяют отсутствие приведений и прочих аномалий и бывают подле короля на важных приемах.

– У господина Луфина есть множество других забот, мои дорогие, – улыбнулась нам вдовствующая королева. За настроение своего сына она была нам благодарна.

– А что касается Алиона, то он отбыл в числе делегации в Леньеву, – ответил монарх, и разговор далее потек именно в этом направлении.

Внешней политикой я интересовалась мало, во внутренней бы быть в курсе, поэтому о Леньеве практически ничего не знала, кроме того, что была посвящена в нюансы наших с ними непростых отношений. «Врага нужно знать в лицо, как и начальство», – любила часто приговаривать одна преподавательница в пансионате, и в этом я была с ней полностью согласна.

По окончании завтрака его величество попросил прогуляться с ним по парку. Времени у него было, как всегда, немного, поэтому отказываться от подобных предложений я не имела права.

– Скажите мне, а что вы знаете о пожаре? – с хитрой улыбкой спросил правитель, когда мы вдвоем отстали от двух сопровождающих нас компаньонок.

– А я должна что-то знать? – изумилась я, и король негромко рассмеялся.

Не говорить же ему в неудовольствие, что я не только прочитала статью в «Столичном вестнике», но и сама поспрашивала некоторых людей о происшествии?

– Вы восхитительны. Ваша красота идет под руку с умом.

– Вы мне льстите, я лишь пытаюсь быть осведомленной в интересующих ваше величество темах, – кокетливо ответила я.

– Кроме одной, – с некоторым раздражением ответил он, – и эта тема интересует меня гораздо больше…

Мы проходили мимо высоких кустов, поэтому наш поцелуй остался замеченным только Мисси и Милой, которые сделали вид, словно ничего интересного не произошло. Я оторвалась от губ его величества, пытаясь вырваться из кольца рук сильного мужчины, но те стальными канатами обвили мою талию, не давая сдвинуться ни на миллиметр.

– Ваше величество…

– Для тебя просто Эдмунд…

– Ох, нет, ваше величество, – попыталась изобразить смущение, учителя в пансионате были превосходные, поэтому в результате я не сомневалась.

– Ари, вы восхитительны…

– Вы повторяетесь, ваше величество, – попеняла я.

– Я просто теряю рядом с вами голову, – прошептал мужчина, но далее сыпать комплементами у него возможности не было, так как о своем присутствии напомнили компаньонки.

Честно сказать, я была им благодарна. Они как никто другой знали, когда следует прервать «влюбленных» голубков.

И мы продолжили прогулку, больше не нарушая правил этикета. Я же сегодня дала послабление, позволив себя поцеловать. В голове звучали слова гадалки: «Ты рождена быть королевой, но станешь ли ты ею, зависит только от тебя».

«Счастье есть», – отчетливо понимала я, раскладывая на кровати принесенное от портного платье. Воспользовалась я услугами Пьеро, и сейчас в который раз убеждалась, что не зря этот мастер берет такие деньги.

Платье было тяжелым с рукавами-фонариками до локтя, декольте открывалось в самом выгодном свете, к нему у меня даже был аметистовый кулон, который подойдет по цвету к белому наряду. Да, я выбрала цвет невесты. А как иначе, если сегодня, я уверена, мне сделает предложение первое лицо государства? Сегодня я получу вознаграждение за все мои труды!

– Оно прекрасно, госпожа, – с благоговением произнесла за моей спиной моя служанка – Диди. – Я уверена, что его величество не сможет устоять.

– Он уже не устоял, – фыркнула я, приступая к осмотру платья более тщательно.

Как и ожидалось, на работе мастера Пьеро не было ни одной ниточки или разошедшегося шва, поэтому с помощью Диди я облачилась в белое платье. На голове уже была сооружена высокая прическа, представляющая собой усеченный конус, усеянный лилиями и поблескивающий мелкими алмазами.

На себе я никогда не экономила, но сегодняшний наряд, действительно, мне дорого обошелся. Впрочем, денег на него я не жалела, ибо результат превзошел все мои ожидания.

Еще раз покрутившись возле зеркала, я должна была признать, что даже если бы Эдмунд не планировал сделать мне предложение, то, увидев меня сегодня, резко поменял бы свои планы. Да, излишней скромностью я не страдаю, по крайней мере, наедине с собой.

В гостиной меня ожидала Мила, которая выглядела в темно-бардовом платье вызывающе. Она всегда любила всё яркое, её положение замужней женщины позволяло ей многое. Слишком многое. Иногда мне кажется, что брак – это не клетка, а как раз ключ от неё.