Наталья Мамлеева – Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний (СИ) (страница 21)

– Сердобольность не моя черта, мой король, поэтому я никогда не окажусь в такой ситуации, – достаточно резко, но с ложной скромностью опустив глаза, произнесла Сивилла и сделала лёгкий книксен.

Надеюсь, мне всего лишь померещился похотливый взгляд Роффе, брошенный на мою фрейлину, и неприличный подтекст его вопроса.

– Нельзя что-то утверждать заранее. Мужчины порой столь коварны, – немного нахмурившись, сделала вывод моя вторая фрейлина, Нилла.

– И настойчивы, – добавила Джули.

– Пойдёмте к морю, мне душно! – махнув веером, капризно воскликнула я и, подхватив Джули под руку, по извилистым дорожкам направилась к побережью.

На пути попадались знакомые, каждый кланялся, желал доброго дня. Наши с Роффом ответы могли сказать многое, важны были даже взгляды и улыбки, поэтому к каждой такой любезности окружающие присматривались, щурясь и обсуждая. Слова короля способны отвернуть общество точно так же, как и подарить признание.

Но улыбки лживы, а слова тем более. Я всего лишь третий день во дворце, а от духоты и давящей атмосферы уже не могу дышать. Даже долгожданное дуновение морского бриза в лицо не принесло должного облегчения. Корсет оказался слишком тугим, и я активно обмахивалась веером, пытаясь направить на себя как можно больше свежего воздуха.

– Он здесь, – шепнула Джули, – тот демон, который украл танец.

Ямин? Я резко обернулась и встретилась с насмешливым взором ас-алердина, который с хитрой улыбкой шёл ко мне, заложив руки за спину. Крылья он не убрал, и на одном из них сидел монтри.

Почему демон такой… не могу объяснить, но от мыслей о нём ещё больше закружилась голова. Должно быть, его появление стало последней каплей – я почувствовала, как сознание начало уплывать.

– Ваше высоче…

Очнулась я в тот момент, когда кожу обожгло холодом. Я заглотнула солёной морской воды, почувствовав, как горечь обдирает горло, распахнула глаза и неосознанно дёрнула руками. Вода попала в лёгкие, вызвав панику, отчего мои действия стали ещё более отрывистыми, безотчётными, инстинктивными.

Я умела плавать и устремилась к поверхности. Казалось, ещё одно движение, и я сейчас вдохну воздух. И в этот момент чьи-то руки обхватили меня и рывком вытянули из воды. Первый глоток воздуха был болезненным, вызвавшим приступ кашля. Я летела по воздуху над ошалевшей гомонящей толпой. Я снова закашлялась, приходя в себя и осознавая произошедшее. Положив руки на грудь, тяжело дышала, чувствуя ужасную боль в лёгких.

Какой кошмар!

Меня пронесли над толпой и опустили на полянке в тени деревьев. Ямин, тоже промокший до нитки, опустился передо мной на колени и начал быстро расшнуровывать мокрую одежду. Я с недоумением смотрела на ас-алердина. Лишь когда он снял корсет, оставив меня в нижнем платье, осознала происходящее и обхватила себя руками.

– Что ты творишь?!

– Пытаюсь тебе дать нормально продышаться, без этого орудия пыток. А вот что ты творишь? – рыкнул в ответ Ямин.

Он поднялся на ноги и, раздражённо скинув камзол, остался в одной белой рубашке. Она слишком эротично обтягивала его торс, выставляя напоказ всю красоту мужского тела от сильных рук до кубиков пресса. Судорожно сглотнула, вновь причинивх боль обожжённому горлу.

– Какого лешего ты теряешь сознание у воды?! Утопиться хотела? Делай это после того, как я узнаю всю интересующую меня информацию.

– Утопиться? – изумлённо уточнила я и затрясла головой. Подскочив на ноги, подхватила корсет, спешно зашнуровывая его спереди. К нам уже спешили, стоит поторопиться. – Ты сошёл с ума, если мог такое подумать! Я бы никогда не наложила на себя руки. Это слишком просто. Я – принцесса Абикарда, у меня есть долг, не забывай об этом.

Скинула мокрые перчатки, чтобы они не мешали шнуровать корсет. Ямин тяжело дышал, кажется, он только сейчас начал осознавать, что отреагировал слишком остро. Он кинул взгляд на мои руки, перевёл его на глаза. Неужели собирается воспользоваться моим положением?

– Не переживай, информация не пострадает, – произнесла раздражённо и протянула к нему руки.

Демон обхватил мои кисти и дёрнул на себя, буквально впечатывая в грудь. Я охнула, почувствовав магию демона. Серебристые глаза вновь стали расплавленной ртутью. Опять! Он считывает мои воспоминания, а я растворяюсь и бегу вверх по винтовой лестнице из чистого серебра.

Когда очнулась, уже всё прошло. Я вздрогнула и отшатнулась, но ничего сказать демон не успел, к нам уже спешили охранники короля. Что он увидел в моих воспоминаниях? И сколько по времени длилось его прикосновение?

Радужки демона потухли, вновь став цвета грозового неба, а сам он отступил на шаг. Король вскоре оказался рядом, не заставив себя долго ждать. К счастью, я успела наполовину зашнуроваться, прикрыв всё необходимое. Роффе снял камзол и накинул его на мои плечи. Нас окружила свита, перешёптываясь и переглядываясь. Я чувствовала себя неуютно, поэтому не стала отталкивать Роффе и отказываться от его помощи.

– Грета, ты жива! – воскликнул его величество, обнимая за плечи. – Как ты? Что случилось? Тебе стало плохо?

На нас смотрели. Особенно на Ямина Сереброкрылого. С осуждением, любопытством, интересом. Не только молоденькие девушки, которых определённо интересовала безупречная фигура демона, выставленная столь явно из-за облепившей её мокрой рубашки, но и мужчины и дамы, удивлённые таким поведением демона. А если учесть украденный на балу танец… Обо мне поползут слухи.

– Внезапное головокружение, – призналась я охрипшим голосом. – Спасибо его темнейшеству, что спас меня.

– Да, – растерянно произнёс король и взглянул на Ямина. – Благодарю вас, ас-алердин.

– Рад помочь. – Ямин кивнул и подхватил с ветки свой камзол.

Молоденькие девушки продолжали пялиться на него, любуясь им и смущаясь. Я сама с трудом смогла отвести взгляд от его фигуры, чувствуя, как непонятное томление захватывает меня, разливаясь где-то в груди.

Ямин раздражённо посмотрел на меня и, расправив крылья, улетел.

– А я? – выкрикнул ему вслед монтри, который остался сидеть на дереве.

Зверёк бросил на меня не менее негодующий взгляд и исчез в дымке.

– Пойдём, Грета, – шепнул Роффе и горячими губами коснулся моего заледеневшего виска.

Я с превеликим трудом не отшатнулась. Для общества мы были женихом и невестой, а такой статус, особенно в королевских семьях, это лишь отсрочка перед неминуемой свадьбой. И я это понимала так же чётко, как и все окружающие.

– Как ты посмел оставить меня там? – недовольно спросил князь, когда Ямин опустился на крышу ратуши и присел на конёк, взирая на разграбленный за годы смуты город.

Как же с ним связана судьба его отца? Почему алердин с каждым мгновением становился всё слабее и жизнь его буквально утекала сквозь пальцы?

– Не маленький, добрался бы, – отмахнулся его темнейшество и вновь нахмурился.

Князь фыркнул и с интересом взглянул на своего старшего друга.

– Что ты увидел в её воспоминаниях, что тебя так взбудоражило? Не просто так ты тут сидишь и смотришь вдаль невидящим взором.

– Не преувеличивай, я просто думаю.

– Значит ли это, что ты нашёл, что искал? Узнал, где спрятана вторая копия договора и соглашение к нему? Или хотя бы увидел подсказку?

Нет, вовсе нет. Ас-алердин увидел нечто другое, отчего-то его взволновавшее. Её первый бал в Домисе. Семнадцатилетняя девушка с восторгом оглядывала богато украшенный зал главного дворца пятого алерда. В роскошном тёмно-синем платье, которое невероятно шло ей, и эти глаза… медовые, в них он застрял, словно насекомое, безуспешно взмахивая крыльями и не имея возможности выбраться.

А затем её танец с Тамимом. Это было не так, как они танцевали на балу здесь, в Абикарде, совсем иначе. Теперь Ямин видел всё глазами Греты: её восторг, трепет, лёгкое головокружение, пьянящее ощущение счастья и… нежность. Всё это вызывало у него самого бурю эмоций, начиная от того же трепета и заканчивая… гневом.

Отчего он злился? Ямин много раз видел чужие воспоминания, прикасался к ним, обдумывал и раскладывал по полочкам. Но почему-то именно её казались намного ярче остальных, ему тяжело было их касаться, воспринимать и анализировать.

Они были особенные.

Она была особенной. Слишком пронзительно и чувственно воспринимал Ямин её эмоции, слишком много значения придавал её счастью и радости. Возможно, его силы возросли? Поэтому он всё принимает столь близко к сердцу? Переживает буквально каждый увиденный миг?

Должно быть, именно так. Но это станет проблемой, если ему придётся настолько остро всё чувствовать при считывании чужих воспоминаний. Это Ямину совершенно не нравилось.

– Не нашёл. Пустые воспоминания, – ответил ас-алердин, и монтри печально вздохнул.

– Тогда придётся касаться и касаться Греты, вызывая всё больше воспоминаний. Даже самых чувственных. Интересно, если она уже провела с кем-то ночь, ты тоже увидишь?

Его темнейшество повернулся к зверьку так резко, что тот не успел среагировать, когда демон схватил его за горло. Монтри беспомощно трепыхался, сучил лапками, длинным хвостом обвив запястье ас-алердина. Ямин ни за что не хотел бы ощутить её восторг, трепет и другие эмоции при близости с мужчиной. Это невыносимо!

– Отпусти, отпусти! – хрипя, застонал Глеб.

Демон сжалился, и монтри упал на черепичную крышу.