Наталья Мамлеева – Фея в Академии Чёрного дракона (страница 11)

– Даже если Кайл что-то узнал, сказать он не может. Их кодекс ему не позволит. Даже дознавателям на службе его императорского величества нужно специальное разрешение на публичное чтение мыслей, без которого они не скажут ни слова. А здесь – студент. Жемчужные немногочисленный клан, но их с малолетства учат держать язык за зубами. Чтение мыслей – слишком опасная и весьма нарушающая личные границы магия.

– Жемчужные такие, – со вздохом кивнул Тияр. – Тогда что нам делать?

– Подождать до завтра, когда очнётся Кайл, и расспросить его обо всём. До этого времени я запечатаю аудиторию.

– Хорошо, – согласился ректор и прищурился. – Быстро ты перешёл сюда порталом, даже не буду ругаться за применение магии.

– Да, я почувствовал…

Я запнулся, вспомнив странные ощущения. Я почувствовал не взрыв, а тревогу. Надвигающуюся опасность так, словно что-то угрожало… моей паре. Глупости. Я ещё не встречал свою истинную, да и пострадали только трое.

Кайл Дорс, из-за которого и случился взрыв, Темприера Кёртис, которая бросилась помогать студенту, и… Лиар Рамбовский. Мальчишка, который слишком часто попадается мне на глаза. И те чувства, что я испытал, когда увидел его лежащим на полу в крови, были странными, неправильными. Я отказывался в них верить.

– Скажи, а у тебя нигде не завалялось противоиллюзорного зелья?

Иллюзии… В этом были феи мастерицы. Создавали такие зелья и артефакты, что любого могли обмануть. Двести лет назад они вернулись в наш мир и внесли настоящую смуту своей магией. Какая неразбериха началась! Их зелья стоили баснословных денег – собственно, на этом и поднялась экономика Снежнограда, королевства фей, потому что их иллюзии стали использоваться в самых разных целях. Начиная от государственных предприятий и заканчивая незаконной деятельностью.

К счастью, на любой яд есть противоядие, потому феи через лет сто и изобрели противоиллюзорное средство, продавая его, разумеется, ещё дороже самих зелий иллюзий. Многие пытались повторить эти зелья, но попытки были безуспешны, к тому же не у всех был главный ингредиент – пыльца фей.

– Есть одно, – кивнул Тияр, – а зачем тебе? Кого-то подозреваешь? Темпримеру Кёртис? Она оказалась не той, кто тебе нужен, но ты что-то почувствовал и думаешь, что на ней иллюзия?

Интересное предположение. Пусть он лучше думает так, чем узнает, что я подозреваю себя в тяге к одному студенту. Точнее, подозреваю одного студента в применении зелья иллюзий.

А насчёт аспирантки Кёртис… У неё были лёгкие ожоги после взрыва, но их быстро вывел магистр Фейристир, так что и в лазарете ей оставаться не пришлось. Зато у меня было время поговорить с ней и понять, что она никак не может быть ночной гостьей преподавательской ванной комнаты.

А если это одна из девушек, присланных в академию? И она тоже воспользовалась иллюзией. Что если она не хочет образования связи, но не могла ослушаться родителей, приказавших явиться в Боевую академию? А если она таким образом пытается разжечь мой интерес?

Глупости. Она не могла знать, что в преподавательскую ванную заявлюсь я.

В академии творятся странные события, и мой резонанс – лишь одна из этих странностей.

Глава 6

Резко развернулась. На той самой дальней кровати сидел Кайл Дорс, включив светильник над собой, и с прищуром смотрел на меня. Выглядел он… неважно. Перебинтованный, в специальных зелёных пластырях от ожогов – лишь лицо было чистое, думаю, его защитила маска. Молодец, что не пренебрёг техникой безопасности.

Значит, взрыв произошёл всё-таки в его лаборатории. От несчастных случаев никто не застрахован.

– Мне жаль, – произнесла я и сглотнула. – Из-за чего произошёл взрыв?

– Самому бы знать, – пожал плечами парень.

Жемчужный и не знал? Убегать от него не имело смысла, а кричать через всю палату – опасно. Кто-то мог и войти. Потому я приблизилась к Кайлу, встав рядом с ним. Парень смотрел на меня сверху вниз, изучая моё лицо. Конечно, в прошлый раз он вряд ли успел что-то рассмотреть. Или рассматривал совершенно не то.

Вблизи я отчётливо увидела круги под глазами дракона и красные полосы по линии роста волос от защитной маски.

– Ты сделал это специально? – спросила я. – Чтобы мы оказались здесь, но не рассчитал силу взрыва, потому пострадал так сильно?

– Хорошего же ты мнения обо мне, Лиар… или правильнее будет сказать, Лира?

Интересный вопрос. Самой бы знать, как правильно.

– Не знаю, – я пожала плечами. – Но лучше зови меня Лиаром.

– Не хочу, – нахально заявил парень и протянул руку, подхватив светлую прядь волос. – Расскажи-ка, Лира, как так оказалось, что ты учишься в этой академии в образе мальчишки?

– А ты ещё не понял? – изумилась я, приподняв брови, и забрала свою прядь, сложив руки на груди. – Я думала, подслушивая мои мысли, ты уже обрисовал примерную картину. Я… Я попала сюда в первый учебный день. Проснулась в академии, имея лишь смутные представления о себе и своём нахождении здесь. Я чувствовала, что я студентка, только поступила и очень счастлива этому факту, но… Я не мальчик, которого увидела в зеркале. Не знаю, что меня уберегло от истерики и похода к ректору, наверное, страх. Здесь у меня есть стабильность, а что будет, если всё расскажу? Неизвестность. Кто я, что я, где я…

– Потому ты пробралась в кабинет ректора и выкрала из архива своё досье.

– И получила свои первые взыскания, – поморщилась я, вспомнив, как была внесена в список особых студентов-нарушителей порядка. – Но не узнала ничего интересного. Родился в Амираде, девятнадцать лет… почти двадцать. Исполнится на седьмой день нового года. Родился в семье ремесленников, хотя весьма талантливых, потому у родителей были деньги отправить меня учиться в лучшую академию. Целый год я проходил различные отборы, чтобы попасть сюда. В итоге моя мечта исполнилась. Однако с рассвета и до полуночи меня охватывает такой сильный морок, что все видят во мне только парня.

Сказала и сама затаила дыхание. Я так долго таила в себе эти мысли и эмоции, так часто прокручивала в голове, как делюсь с кем-нибудь своей историей, что сейчас почувствовала странную, нелогичную радость. Теперь я не одна.

И сразу за этим пришёл страх, настолько сильный, что я запаниковала и обхватила себя руками, перекатившись с пятки на носок.

– То есть это не зелье иллюзии? – нахмурился жемчужный дракон. – Я был уверен, что именно оно или какой-нибудь артефакт скрывает тебя. Правда недоумевал, откуда у такого простого парня столько денег, чтобы три с половиной месяца притворяться парнем, да ещё перед сильнейшими драконами.

– Не зелье и не артефакт, а заклятье, – ответила я. – Я превращаюсь против своей воли.

Я воровато огляделась, надеясь что нас никто не подслушивает. Я и так говорила тихо-тихо, Кайл скорее читал мои мысли или по губам, чем действительно слышал меня. И вместе с тем он заметил и мой страх, хмыкнув.

– Не волнуйся, я поставил звуконепроницаемый купол, здесь ведь можно колдовать.

И точно. Вокруг нас мерцало, переливаясь, тонкое магическое поле, которое сразу я и не заметила.

– Спасибо, – облегчённо выдохнула я уже громче. – Я действительно боюсь быть рассекреченной. Неизвестно, что у меня было в прошлой жизни и не подделаны ли мои документы, вдруг я какая-нибудь преступница, которая прячется здесь? И защитила себя забвением.

– Ты не похожа на преступницу, – попытался улыбнуться Кайл, но тут же стёр улыбку, видимо, из-за ожогов на шее ему тяжело давалась мимика.

– Сильно тебя приложило, – вздохнула я. – Прости за моё глупое предположение, что ты мог сделать это специально. Никто в здравом уме не решится на такое.

– Знаешь, ради того, чтобы остаться с тобой один на один ночью в одной комнате, пусть даже в палате, я готов стать сумасшедшим, – совершенно серьёзно, с какими-то вибрирующими нотками, которые передавались и мне, доверительно сообщил Дорс.

– Ты уже сошёл с ума, если такое говоришь, – смущённо отведя взгляд, произнесла я.

Демоны! А это было приятно. Чувствовать себя привлекательной девушкой, а на Щуплым.

– Возможно, – не стал спорить Кайл. – Говорят, ты владеешь аэ-де.

– Видимо, – кисло подтвердила я.

– Я тоже прошёл отбор, – внезапно сообщил жемчужный. – Как насчёт того, чтобы тренироваться вместе? Аэ-де это один из тех видов борьбы, который развивается по мере использования.

– Знаешь, пожалуй, откажусь. Боюсь, что мне и основные тренировки будут в тягость…

– Это не вопрос, – оборвал мой сбивчивый отказ дракон и подался вперёд, приблизив своё лицо к моему. – Ты будешь заниматься со мной. Иначе…

– Шантажист, – обличила я его и прищурилась. – Зачем тебе это?

Парень не ответил, лишь отвёл взгляд к окну. Что же надо от меня жемчужному дракону?

– Вряд ли кто-то разрешит нам заниматься в спортивных залах.

– Будем заниматься в комнате, по ночам, – огорошил меня парень.

Я хотела протестовать, хотела ругаться, но… в этот момент в коридоре послышались шаги. Обожаю своё везение!

Мы переглянулись, а затем я побежала к своей кровати и укрылась с головой. Кайл, судя по скрипу его койки, тоже лёг, притворившись спящим. Дверь нашей палаты открылась. Целитель (или одна из его помощниц) некоторое время постоял на пороге, а затем дверь закрылась. После этого начинать разговор с Кайлом не хотелось, и я просто заснула, надеясь, что завтра парень образумится и забудет об этой глупой идее.