Наталья Литтера – Дорога друг к другу (страница 7)

В последнее время Юле казалось, они вообще перестали общаться. В рабочее время перекидывались сообщениями (вдруг у него совещание, и звонок не вовремя? вдруг Костя спит, а звонок разбудит?). Вечером сил на общение просто не оставалось. Игорь приходил, Юля передавала ему Костю и шла делать ужин, если до этого приготовить его не успела.

За столом привычные вопросы:

– Как прошел день?

– Что на работе?

– У нас майонеза нет?

– Ты же не купил после работы, а я заказать не успела.

Фоном телевизор с новостями. И вселенская усталость. Как хочется спать…

Поднимайтесь с диванов! Жизнь прекрасна.

Кто бы сомневался.

Поход в кино – практически выход в свет. И приготовления не менее грандиозные. Надо договориться с родителями, отвезти им ребенка, оставить запасную одежду, памперсы, присыпки, баночки с питанием, рассказать, когда и чем кормить, а потом уже отправиться в торговый комплекс на киносеанс и, если Костя не покажет в гостях кузькину мать, можно даже посидеть в кафе. Вот когда начинаешь ценить такие моменты! Ребенок переворачивает всю жизнь, делит ее на «до» и «после», начинает диктовать свои условия, и ты под них подстраиваешься. Потому что ничего и никого важнее нет.

Вот тогда, сидя в кафе после сеанса, Юля снова становилась той прежней Юлей, а Игорь – тем самым Игорем, которые однажды встретились, влюбились и решили жить вместе прекрасной, радостной жизнью. Правда, краем глаза Юля замечала за соседними столиками девушек с идеальным макияжем, свежим маникюром, красивой модной обувью и казалась себе уже не такой… но она наверстает! Обязательно наверстает! Вот Костя пойдет в детский сад, Юля вернется на работу и… Вопрос работы, на самом деле, был очень болезненным. Когда она выйдет? Как? Будучи индивидуальным гидом и еще два года назад имея постоянную аудиторию, сейчас Юля ее почти потеряла. Вернуться на работу означало начать все с нуля. Можно еще давать уроки по скайпу, ведь Юля дипломированный историк и раньше успешно репетиторствовала. Но разве теперь это возможно? Онлайн-урок требует как минимум тишины и закрытой двери в комнате. На кого оставить Костю?

Мама по мере сил помогала. Но мама работала, а в выходные у нее были свои домашние дела. Мама поздно нашла свое женское счастье, и Юля была за нее очень рада. Правда, когда на прошлой неделе мама сказала, что они с Федором скоро улетают в Сочи, захотелось плакать. Нет, она была очень рада за них, правда-правда. Но как же Юле самой хотелось на море! Как ей хотелось уехать куда-нибудь, слушать шум волн и спать-спать-спать… У Игоря отпуск в конце октября. И они точно не поедут ни на какое море. Юля чувствовала себя запертой в четырех стенах. Это у Игоря офис, общение, новые проекты, перспективы. А у Юли каждый день одно и то же: кастрюли, памперсы, стирка, прогулка, плита, попытка уборки, бытовые покупки. Вся жизнь состоит только из этих однообразных дел.

Поднимайтесь с диванов! Жизнь прекрасна! Не представляю, как можно все время сидеть дома?

Юля сама себе не нравилась. Все чаще она думала о том, что становится вечно недовольным и злым человеком. Это все от усталости, от недосыпа, от четырех стен. Каждый вечер она говорила себе: «Завтра я стану лучше, добрее, выдержаннее, терпеливее, у меня все получится». Но наступало завтра, и все начиналось сначала. Костя кричит, ты соскребаешь себя с кровати, плетешься к ребенку, потом в ванную, моешь его, меняешь памперс, мечтая прилечь еще хотя бы минут на десять.

Свекровь, конечно, выручала. Если Юле надо было к врачу, в магазин или в парикмахерскую, Вера Дмитриевна никогда не отказывала. Но и злоупотреблять ее помощью Юля не хотела. Это ведь не родная мама. Как-то так получилось, что, несмотря на искренние, добрые отношения, Юля все равно немного побаивалась свекрови, не могла с ней сблизиться окончательно. Всему виной, наверное, легкое, но все же уловимое неравенство положений. Вдова прославленного академика, всегда подтянутая, ухоженная, с прямой спиной, Вера Дмитриевна казалась Юле аристократкой. А сама Юля казалась себе по сравнению с ней плебейкой. И ни искреннее расположение, ни радушное гостеприимство свекрови не могли убрать это чувство неравенства, поэтому к помощи Веры Дмитриевны Юля старалась прибегать дозированно, предпочитая сама привозить к ней ребенка, а не приглашать маму мужа к себе. Потому что дома постоянный беспорядок. Что скажет на это Вера Дмитриевна? Как оценит жену своего сына? Что подумает? Особенно когда перед глазами абсолютно другой пример – старший сын и его жена, у которой всегда все в порядке. Которая просто образец вкуса, стиля и грамотного ведения дел. Юле казалось, вот уж если кто и мог вести страницу в соцсети о том, как красиво и правильно жить, так это Лара.

Юля не задавала себе вопроса (а зря!), как изменилась жизнь Лары с появлением дочери. Может, там тоже были постоянные недосыпания, пятна на одежде, усталость и кавардак в квартире? Она не задавала себе этот вопрос, потому что была уверена – в таком доме с самого рождения была няня, которая брала множество вопросов на себя.

Юля ошибалась. Няня, конечно, появилась. Но позже, когда Лара готовилась вернуться к работе. Первые же месяцы они были в абсолютно равном положении. Только об этом Юля не знала и знать не хотела, боясь в глубине души, что заочное соревнование с Ларой в глазах свекрови она все равно проиграла. И не хотела этот проигрыш усугублять.

Костя, наигравшись в беспорядок, дотянулся до планшета.

– Му-у-у! – протянул он.

Что означало «мультфильм». Конечно, про пингвинов. Юля потихоньку выдохнула. Одна серия идет пять минут. Сына хватит примерно на три-четыре. Значит, есть четверть часа на то, чтобы перевести дыхание и отдохнуть.

Да, ребенок очень четко делит жизнь взрослого на «до» и «после». А скоро это не просто узнает – почувствует на себе Алена. Интересно, кто у них с Петей родится: мальчик или девочка? И как подруга будет справляться с новым членом семьи? Кто поможет? Ведь ни у нее, ни у Пети в Москве родных нет. Юле, можно сказать, очень повезло.

«Хватит жалеть себя», – пробормотала она, поправила стягивающую волосы резинку и пошла ставить на место кастрюлю, предварительно вынув из нее носки.

Костя смеялся, глядя в планшет.

Игорь пришел в семь вечера. В субботу. С работы. Минус один семейный выходной. Юля почувствовала, как внутри начинает разгораться обида. Та самая противная обида, за которую потом всегда становится стыдно и после которой она каждый раз обещает себе не повторять ошибки. Потому что у них кредит. Потому что муж старается на благо семьи. И она, погрязшая в стирке, глажке и кормлениях по часам, ни черта своего мужа не видит.

Впрочем, он ее тоже.

Воспользовавшись тем, что Игорь дома и можно, наконец, отойти от Кости, Юля вынула из машинки выстиранное белье.

– Кто это тут у нас? – слушала она голос, стоя в спальне и развешивая мокрую одежду на крошечную сушилку.

Свободного пространства в комнате почти не было.

– Па-а-а-а! – прозвучал счастливый голос Костика, а затем его смех.

Это значит, что сына взяли на руки и, скорее всего, подкидывают вверх, потому что смех стал заливистым и восторженным.

Да, па-а-а-а, а можно было бы провести этот день вместе, и в зоопарк сходить не с Аленой, а всей семьей. Юля забыла, как еще совсем недавно радовалась встрече с подругой и разговору в кафе. Теперь ей было обидно, что день прошел без Игоря.

Юля расправляла на рейке футболку, когда к ней подошел муж с сыном на руках.

– Ужинать будем?

– Ужин еще надо приготовить, – ворчливо ответила Юля, не любя сама себя за эти недовольные интонации, но остановиться не сумела. – Уже восьмой час, между прочим. Ты обещал вернуться максимум в четыре.

Она повернулась. Две пары абсолютно одинаковых глаз смотрели на нее. Да что там глаза, у них и волосы были одинаково кудрявые, и форма губ одна. Костя – абсолютная маленькая копия отца.

Игорь вздохнул:

– Давай не будем ссориться. Я устал.

– Я тоже устала. Костя в ближайший час на тебе, пока я буду заниматься ужином. И что тебя так задержало?

– Клиент.

Кто бы сомневался? Конечно, клиент. У него проекты, клиенты… Одним словом, жизнь.

– Что за клиент? – Юля закончила развешивать белье.

– Известный психолог. Даже книгу подарила.

– Подписала?

– Подписала.

– И где книга?

Все же к книгам Юля была неравнодушна. Она все еще хмурилась, но любопытство начало брать верх над обидой. Проходя мимо мужа с сыном, Юля легко коснулась щеки сначала одного, потом другого своего мужчины.

Купаты, вынутые из морозилки сразу после возвращения из зоопарка, почти разморозились. Можно ставить сковороду. Для Кости осталось немного пюре из картошки с мясом. У них же теперь все отдельно: меню для взрослых и меню для ребенка.

Алену это тоже вскоре ждет.

– Знаешь, я сегодня видела Алену. Она беременна, – сказала Юля, когда Игорь принес на кухню книгу.

– Молодцы.

– Но Петя об этом не знает, Алена ему еще не сказала.

– Скажет. Беременные все немного странные.

– И с многими беременными ты имел дело? – обернулась Юля после того, как положила купаты на сковороду.

– Мне одной хватило, – ухмыльнулся Игорь в ответ и, подойдя, обнял Юлю. – Воспоминание о сале с вареньем до сих пор повергает в ужас.

– Ты знаешь, мне показалось, что Алена боится сказать Пете о ребенке.