Наталья Квасова – Влюбленная в масона (страница 15)

– Ты используешь запрещенный прием, – рассмеялась Кэтрин.

– Давай возьмем с собой бутылку шампанского и будем кататься всю ночь на лодке, только ты и я. Не хочу больше ничего слышать ни о моей работе, ни о твоих статьях. – Он понял, что ему снова удалось добиться своего.

Через несколько дней команда Джорджа начала удаление всех ссылок на материалы Кэтрин и активную пиар-кампанию Кэтрин в качестве супруги канцлера – в основном сюжеты о том, как Кэт посещает детские дома, больницы и участвует в другой благотворительной деятельности.

Глава 12

В начале осени Кэтрин и Джордж были приглашены на очередной, «очень важный», согласно словам Джорджа, благотворительный бал-аукцион.

Для каждого мероприятия Кэтрин заказывала себе новое роскошное платье, ни разу не повторяясь в дизайнах и тканях, и за несколько месяцев брака у нее собралась внушительная коллекция. На этот раз Кэтрин выбрала себе темно-зеленое платье. Джордж подарил ей комплект изумрудов, и в этом наряде она выглядела роскошно и неотразимо.

В здании Музея современного искусства, напоминавшем стеклянную сферу, отражались огни и тени, создавая волшебную атмосферу. Под сводами потолка танцевали блики света, словно звезды на ночном небе. Лица гостей сменяли друг друга, и Кэтрин даже примерно не могла сказать, сколько людей собралось в этот вечер.

Она держалась очень уверенно, легко и непринужденно справляясь с ролью жены канцлера. Всеобщее восхищение еще больше разжигало ее уверенность в себе, и было видно, что Джорджу это очень нравится.

Вскоре мероприятие подошло к благотворительным лотам. В самом начале торгов Джордж приобрел для Кэтрин бриллиантовую диадему одного обедневшего европейского рода, а себе – японский древний меч.

– Джордж, это просто безумные деньги, даже для такого состоятельного человека, как ты, – сказала Кэтрин, пока они танцевали в перерыве между лотами.

– Я подумал, что эта диадема будет тебе к лицу, – сказал Джордж, и его рука скользнула по вырезу на спине Кэтрин, – ты просто обворожительна в этом платье, я постоянно вижу, как другие мужчины не могут оторвать от тебя свои восхищенные взгляды.

– Перестань, ты потратил сейчас целое состояние, даже глазом не моргнув. – Кэт до сих пор не могла осознать происходящее. Она бесконечное количество раз присутствовала на подобных мероприятиях, но такие ставки видела впервые.

– Ты же знаешь, Кэтти, постулат о том, что масон обязан быть милосердным и заниматься благотворительностью, является важной частью манифеста нашей ложи, – улыбнулся Джордж.

Кэтрин не нравилось, когда он общался с ней как с ребенком: к тому же ее не отпускало двоякое чувство от сумм проданных лотов.

После танца они отправились пить шампанское. На террасе дышалось легко и свободно, и Джордж обнял Кэт, поцеловав ее руку.

– Знаю, тебе тяжело. Ты полностью поменяла свою жизнь, и происходящее сейчас порой кажется тебе излишне лицемерным и непонятным, но, Кэтрин, ты даже не представляешь, как я тебе за это благодарен. Спасибо, что осталась со мной.

Кэтрин не успела ничего ответить, так как было объявлено продолжение аукциона. По старой традиции два лота посвящались канцлеру и его паре – пришедшие соревновались за небольшой отрезок времени наедине с каждым из них; первым лотом был танец с Кэтрин.

– О боже, Джордж, неужели кто-то готов за это заплатить? – еще раз удивилась Кэтрин. Когда Джордж рассказал ей об этом в первый раз, она была готова категорично отказаться, но Джордж, как и всегда, нашел подходящие слова, чтобы ее убедить.

– Если бы я мог участвовать в этом лоте, я бы обменял меч самурая на танец с тобой, Кэт. – Он прижал девушку к себе. – Хочу покрепче обнять тебя, пока ты не ушла танцевать с другим.

Танец с Кэтрин достался известному американскому журналисту, приглашенному сюда освещать мероприятие. Девушка слышала о нем раньше, но лично знакома не была.

– Мистер Джордж, не будете ли возражать, если я ненадолго уведу у вас миссис Кэтрин? – уверенным голосом спросил Сэмюэль Джефферсон.

– Прошу вас, мистер Джефферсон, Кэтрин с удовольствием составит вам компанию и почтет за честь танцевать с вами. – Джордж слегла улыбнулся.

Большая часть танца прошла в тишине, что очень удивило Кэтрин – разве гость заплатил не за возможность пообщаться с ней наедине? Она было хотела сама завязать ни к чему не обязывающий разговор, но журналист взволнованно произнес:

– Кэтрин, у меня для вас сообщение от мистера Уортера. Он просил передать вам лично: по личному указу мистера Джорджа был выкуплен контрольный пакет акций медиахолдинга мистера Уортера, и поглощение это было совсем не дружественное.

– Что? О чем вы говорите? – переспросила девушка. По возвращении в Австрию она совсем не общалась ни с Уортером, ни с кем-либо из бывших коллег и совсем не знала о том, что происходит дома. Уортер звонил ей пару раз, но она не взяла трубку, твердо уверенная в том, что их история закончена и говорить им не о чем.

– Это абсолютная правда, миссис Кэтрин. Акционеры уже поставили нужных людей на руководящие должности. И первое их распоряжение – это отказ от всех материалов, выпущенных на тему масонства, в том числе и ваших.

«Что, черт возьми, все это значит?», – подумала Кэтрин, но решила, что не имеет права подставлять Джорджа необдуманными эмоциональными высказываниями, поэтому взяла себя в руки и холодно ответила:

– Я не могу дать вам никаких комментариев, мистер Джефферсон.

Остаток танца прошел в тишине, и, как только прозвучал последний аккорд, Кэтрин быстрым шагом направилась к Джорджу.

– Похоже, твой поклонник не особо впечатлил тебя, Кэт, – усмехнулся Джордж. – Может, шампанское? – И он протянул девушке ледяной бокал.

– Да, Джордж, не откажусь, тем более повод не заставил себя ждать. Мой новый, как ты выразился, поклонник, поведал мне очень интересную информацию. – И Кэтрин пересказала Джорджу их разговор.

– Знаешь, Кэтрин, я не могу, как ты, постоянно находить поводы сомневаться в наших отношениях. Сегодня ты недовольна приобретением акций компании, в которой даже больше не работаешь, завтра придумаешь что-нибудь новенькое. – Джордж говорил достаточно эмоционально. – Я устал тебе что-то доказывать.

Кэтрин ждала какого-то продолжения, что Джордж начнет оправдываться и, как обычно, все объяснит, но он просто молча пил шампанское. Ей было бы гораздо легче, если бы он спорил с ней, пытаясь доказать обратное – эта тишина просто убивала ее.

В это время объявили финальный лот – «ужин с канцлером». Торги разгорелись нешуточные. Несколько крупных представителей бизнес-элиты были не готовы уступать друг другу, и ставка просто неконтролируемо взлетала вверх. В конце концов, один из них, перебил ставку настолько, что остальные сдались. Оливер Стоун, будучи единственным ребенком в семье, привык всегда добиваться своего и ни перед чем не останавливаться. Сейчас, занимая достойное место в обществе, он почивал на лаврах, и его самой главной целью было устроить счастье своей единственной избалованной дочери. Конечно же, он, как и все отцы единственных дочерей, считал, что она как минимум должна стать женой канцлера, если не первой, то хотя бы второй. А поскольку канцлером на данный момент был Джордж, то выбор Стоуна автоматически пал на него.

Оливер Стоун выиграл этот ужин, как он объявил, для своей дочери Мириэм. Та выбежала на сцену абсолютно счастливой, и Джордж пожал ей руку. Девушка, не упуская своего шанса, просто вцепилась в его руку и перед уходом со сцены крепко обняла. На ее лице светилась такая улыбка, как будто в качестве лота она полностью заполучила Джорджа. Кэтрин, еще не успев отойти от истории с журналистом, была вне себя от злости.

Вечер тем временем подошел к концу. Попрощавшись с гостями, Джордж открыл перед Кэтрин дверь машины, а сам сел с другой стороны.

– Кэтрин, я хочу поговорить с тобой, – начал Джордж, – я прошу тебя, научись доверять мне и тому, что я делаю. Я никогда не причиню тебе вред. Я хочу быть с тобой до конца моих дней. Что еще тебе нужно?

Как же Кэтрин хотелось поверить его словам! Она мечтала оставить все в прошлом, закрыть эту книгу и больше к ней не возвращаться: она не могла представить свою жизнь без Джорджа. Но, к сожалению, их совместная жизнь была полна тайн и постоянного напряжения.

– Я хочу тебе верить, – отвечала девушка, – но пойми: каждый раз я чувствую себя так, будто попадаю в новую ловушку.

– Прости, дорогая, быть со мной и правда тяжело. И да, я привык действовать жестко и бескомпромиссно. Это единственный способ чего-то добиться, Кэт, быть кем-то в этой жизни и иметь возможность на что-то влиять. Я думаю, ты бы не была счастлива рядом со слабым мужчиной. – Он представлял все происходящее в таком свете, что доводы Кэтрин просто переставали иметь смысл.

– Поедем домой, Кэтти, у меня припасена бутылка отличного вина. – И Джордж притянул девушку к себе.

Рано утром Кэтрин проснулась от аромата кофе – чашка уже стояла на ее тумбочке. Джордж что-то читал, лежа рядом с ней на кровати. Кэт обняла его, ведя ладонью по его руке, пока внезапно в районе запястья не наткнулась на повязку.

– Что это, Джордж? – удивленно спросила девушка. – Ты поранился? Вчера ночью этого не было.

– Может быть, ты просто не заметила, – безразлично ответил Джордж, не отрываясь от чтения.