Наталья Крынкина – В танце лета (страница 3)
Отлично! И, вдохнув побольше воздуха в грудь, Аня вновь полетела за ним вниз по ближайшей правой лестнице. Тени деревьев укрыли гранитные ступени вечерней прохладой, а от воды потянуло свежестью.
Минута, и под ногами пружинит металл моста.
Ещё минута, и она уже рядом.
Он стоял к ней спиной, и Аня бесцеремонно оттянула задний карман у него на джинсах, опуская в него монеты.
– Эээ, – обернулся Саша и уставился на неё в изумлении.
Аня довольно улыбнулась, и он с облегчением выдохнул:
– Ааа, комиссар… Я уж думал, что кто-то бессмертный решил обчистить мои пустые карманы. А это ты меня лапаешь! Фух! – и добавил: – Если что, я не против…
От такого нахальства у Ани снова перехватило дыхание и захотелось затопать ногами. Ну, почему-почему-почему всем симпатичным парням обязательно надо нести такие глупости и быть придурками, которых руки чешутся поколотить???
– Вообще-то, у меня есть имя! – выдавила она, наконец, придушив дурацкое желание и решив благоразумно не нарываться. – Если ты его, конечно, помнишь…
– Конечно, помню, – кивнул он, и девушка вдруг заметила у него в руках зелёные наушники. Кажется, они были сломаны. – Просто тебя в отряде все так называют, и я думал, что это уже стало чем-то вроде прозвища…
– Вообще-то, – вновь завела свою песню Аня, – комиссар – это заместитель командира студенческого отряда. Меня им назначили только весной, и я отвечаю за то, чтоб мы все были дружные и в хорошем настроении!
– Класс! – отозвался Саша, сверкая карими глазами с оранжевым блеском. В свете вечернего солнца они почему-то напомнили ей золотистые бархатные абрикосы. – А кто отвечает за то, чтоб хорошее настроение было у комиссара отряда?
Что? Неужели она сейчас похожа на рассерженного монстра?!
Аня смутилась и, стараясь быстренько придумать, что же ему на это ответить, снова остановила взгляд на наушниках.
– А у моей сестры такие же. Только целые, – почему-то вырвалось у неё, и руки сами потянулись к зелёному гаджету. Она ловко нащупала кнопку «play» и спустя мгновение услышала шорох знакомой мелодии про лето и жаркие дни. Этот кринжовый кринж может слушать только Яна! – Где ты их взял?! – и посмотрела на него с недоумением.
Саша тоже застыл в замешательстве. А потом, словно сложив 2+2, улыбнулся и коротко выдал:
– Так, значит, ты – Аня Лукьянова?..
3 глава. Как влюбиться в это лето
– Чем больше масса тел и чем ближе они друг к другу…
Экзамен по физике неумолимо приближался, но Саша был уверен, что сдаст его без проблем. Физика была у него любимым школьным предметом, который давным-давно определил его будущее и стал пропускным билетом на электроэнергетический факультет оренбургского госуниверситета.
Прошлой осенью он даже хотел вступить в студенческий энергетический отряд, но его карьера в энергетике окончилась, так и не успев начаться.
– Чем больше масса тел и чем ближе они друг к другу…
По дороге на учёбу Саша часто встречал одну симпатичную девушку с русой косой и солнечно-зелёными глазами. Впервые он заметил её в сентябре на автобусной остановке, когда они вместе сели в один автобус и доехали до университета. С тех пор такие встречи стали случаться несколько раз в неделю, и он уже подумывал, чтобы начать с ней здороваться.
Но шустрая, быстрая и неуловимая, как летний ветер, она от него всё время ускользала, словно куда-то спешила или её кто-то ждал. Дороги их расходились и не пересекались, потому что они, вероятно, учились в разных корпусах и на разных факультетах.
Он не знал, как её зовут, вплоть до того момента, пока однажды не столкнулся с ней в штабе РСО4[1] и не увязался следом, делая вид, что ему нужно в ту же дверь, куда и ей.
Так он попал в отряд проводников и, наконец, познакомился с Аней. Но до сих пор понятия не имел, кто она такая и на сколько близко они знакомы. Лишь в тот момент, когда она узнала в его руках наушники сестры, он вспомнил, что до девятого класса Аня училась вместе с Пашкой. Но тогда ему дела не было до девчонок. Потому что в четырнадцать лет взрывать петарды в школьном туалете и пробовать сигареты под лестницей вместе с братом в сто раз интереснее!
– Чем больше масса тел и чем ближе они друг к другу… – пробормотал Саша в третий раз подряд, пытаясь сосредоточиться на законе всемирного тяготения.
– Ну??? – не выдержал Макс, свесившись со второго яруса двухэтажной кровати вниз головой, и брату пришлось сфокусировать взгляд на его любопытной мордахе, усыпанной такими же рыжими конопушками, как у него. – Сань, у тебя там заело???
– …тем сильнее притяжение, – наконец, закончил Саша и закрыл тетрадкой веснушчатый нос и карие глаза.
– Ура! Ты его победил! – съехидничал Макс и, спрыгнув на пол, выглянул в окно. – Что-то Лису неслышно… Куда она делась?
– Я думал, вы вместе с улицы пришли, – парень захлопнул тетрадку и тоже бросил взгляд за окно, где уже сгустилась плотная ночная тьма.
– Да нет, – пожал плечами тот. – Я её на улице не видел. Юрка сказал, у них сегодня с Лукьяновой девчачий день, и они у Яны вдвоём когти красят…
– Какие когти? Кошачьи? – не понял Саша, всё ещё витая в облаках.
– Девчачьи! – хихикнул брат, и оба рассмеялись. – Потеряеву тоже предлагали, но он согласился только на маску из огурцов, а потом от них сбежал… – и быстро переключился: – Значит, не пришла ещё?.. Ща я ей позвоню, пусть домой чешет, – и добавил уже совсем ворчливо, набирая в смартфоне номер сестры: – Ещё и встречать её придётся теперь в темноте!
Саша выдохнул и поднялся, собираясь сложить в рюкзак учебники и тетрадку. Вроде всё повторил и уверен в том, что знает ответы на каждый вопрос. Завтра перед экзаменом снова ещё раз прокрутит знания в голове, освежая память, засунет пятак под пятку и не будет бриться с утра, а пока – достаточно. Можно выдохнуть и спокойно ложиться спать, как только Лиза вернётся домой от подружки.
– Макс, ты не видел мою зачётку? – взгляд его нервно блуждал по столу в поисках синей прямоугольной книжицы. – Ааа, фух! Вот она! – выдернул он свою находку из-под вороха разноцветных тетрадок по другим предметам.
– Не забудь позвать Халяву! – напомнил Макс и обратился в трубку уже к сестре: – Эй, Лиса, ты там не засиделась в гостях? Ааа, идёшь уже? Ну, давай, а то уже почти двенадцать…
Саша задумчиво почесал рыжую макушку и посмотрел на часы. Следуя старому студенческому суеверию, звать Халяву полагается ровно в полночь, настежь распахнув окно и размахивая открытой зачёткой. Он ещё успевает.
Конечно, ни во что такое он не верил, но сейчас это здорово отвлекло бы его от мыслей о зеленоглазой Ане.
Вчера почему-то никто из ребят к ним так и не присоединился, хотя в отрядном чате желающих было много. И на мосту они с ней стояли вдвоём, словно два истукана.
Вокруг танцевал жизнерадостный бойкий июнь, шумел под мостом мелководный Урал, а они краснели, слушая в зелёных наушниках песню о том, как легко влюбиться в это лето и что иначе с ними быть просто не может.
Потом они прошли по Советской обратно до остановки, вместе сели в автобус на заднем сиденье и, доехав до дома, расстались на перекрёстке улицы Дружбы и Брестской. Предложить проводить её до подъезда он постеснялся.
Если бы Пашка и Макс узнали о том, что он такой стеснительный, они бы долго его подкалывали.
Жить с двумя братьями 24/7 – это, вообще-то, то ещё удовольствие! Всю жизнь ему приходилось соревноваться со старшим, чтоб не упасть в глазах младшего. И только теперь, когда Пашки нет рядом, он немного расслабился. Хотя его присутствия, конечно же, немного не хватало, а Макс уже почуял, что может общаться с ним на равных…
– Давай-давай-давай! – подогнал его брат. – Я недавно свою Халяву звал, когда ты меня заставил! И ты зови!
– Да ладно! Ладно! – не стал сопротивляться Саша и неторопливо побрёл на балкон. – Так-то ночь уже, соседи спят, неудобно…
– Мне тоже неудобно было полиции объяснять, почему я тут шумел! – широко улыбнулся Макс и выпихнул его из квартиры на свежий воздух. – Давай погромче! Чтоб с первого раза прилипла!
Саша открыл зачётку и высунул её в окно, набрал побольше воздуха в грудь, а потом выкрикнул в тёплую летнюю ночь так, что, кажется, зазвенели стёкла:
– ХА-ЛЯ-ВА!!! ПРИДИ!!!
Звонкий юношеский голос разрезал тьму, прокатился по маленькому двору, отскакивая от стен, и потерялся в шуршащей листве деревьев. Саша вжал голову в плечи и зажмурил один глаз, ожидая, что вот сейчас какой-нибудь сосед рявкнет что-нибудь неприличное ему в ответ и попросит заткнуться, но вокруг было тихо.
– Ещё давай! – разошёлся Макс, расталкивая створки в стороны и устраиваясь рядом.
– Да иди ты! – фыркнул старший брат.
– Ладно, вместе давай! Я с тобой! Ещё разок! Последний!
– Ну, ладно, – неохотно сдался Саша.
– Три-четыре! – скомандовал младший.
И оба гаркнули хором:
– ХА-ЛЯ-ВА!!! ПРИДИ!!!
Где-то внизу сработала автомобильная сигнализация. Макс покатился от смеха, а Саша захлопнул зачётку. Всё! Теперь её полагается не открывать, пока на экзамене это не сделает сам преподаватель. Иначе Халява выскочит, и всё происходящее сейчас окажется напрасным.
Он ждал, что вот теперь-то точно в дверь забарабанит соседская вредная бабка, сверху заматерится уже успевший уснуть и проснуться мужик, а из дома напротив заверещит молодая мать с младенцем на руках. Но такого точно не ждал.