Наталья Крынкина – Посмотреть с тобой на звёзды (страница 8)

– М-да, я бы тоже не радовался…

Брат набрал в лёгкие побольше воздуха и грозно сверкнул глазами:

– Давай без выкрутасов! – и добавил спокойнее: – Ну, как?

Прикидывая, как лучше поступить, Дима почувствовал прикосновение бабушкиного локтя и перевёл на неё взгляд. Она, да и дед тоже вели себя как-то странно, переглядывались и всё больше молчали, не вмешиваясь в их беседу. И вот сейчас бабулька так же, как и Гоша, ждёт от него ответа. Конечно, положительного.

– Ну, ладно, – сбитый с толку, Дима кивает и обнимает старушку за плечи. – Договорились.

– Отлично! – в первый раз улыбнулся брат и подкрепил уговор крепким рукопожатием. – Тогда я поехал! В пятницу утром поедем с тобой украшать машину, и я ещё заеду как-нибудь на днях.

Дима не стал его задерживать и молча отступил с дороги. Гоша взмахнул рукой на прощанье и вышел за калитку. Старики двинулись за ним и долго наблюдали за тем, как он сначала садится в машину, выруливает на проезжую часть и, наконец, скрывается за поворотом.

– А пироги-то… – спохватилась бабушка. – Пироги-то забыл! – покачала головой.

– Да-а, ребята, я смотрю, он вас нечасто визитами балует…

– Ему некогда, он работает, – вздохнула. – Да и ты тоже сколько лет к нам нос не показывал! – посмотрела на него с укором.

– Да-да, я знаю! И мне очень стыдно, ба! – завёл руки за спину и опустил голову, словно и впрямь почувствовал себя перед ними виноватым. – Только я живу за тридевять земель, а он-то под боком у вас… Вот вы мне лучше признавайтесь, почему сразу не сказали, что у него свадьба?! И почему я об этом от Женьки узнаю?!

Дед покосился на бабушку. Понятно, кто в их семье главный! И та, засопев недовольно, пошла по дорожке в дом. Её кругленькая фигурка в цветочном платье покачивалась из стороны в сторону, словно маятник, и Дима, проводив её взглядом, обратился к деду:

– Что у вас тут происходит?

Тот громко вздохнул и отмахнулся. Он выглядел немного расстроенным, но не горел желанием делиться с внуком тяжёлыми мыслями. Парень приблизился и аккуратно пихнул его под локоть:

– Дед! Ну, не молчи…

– Мы и сами про эту свадьбу от Женьки узнали, – хмыкнул старик, двигаясь по дорожке до крыльца и опускаясь на ступеньку. – А он – от Нади. А Надя дружит с Алисой… И, как ты понимаешь, нас туда тоже никто не приглашал…

Дима поставил руки на пояс и удивлённо хлопнул глазами. Ну, ни хрена себе!

– Мы тут вообще живём сами по себе, – вынул из кармана пачку сигарет. – Вон, видишь, всё валится, – кивнул в сторону забора. – Женька весной столбики поправил, да мусор наш вывез. Яблоню спилить предлагал, а мы всё ждём, когда свои приедут.

Дима стиснул челюсти и заскрипел зубами. Значит, вот оно как! Блеснул глазами недобро. Вот Гоша! Вот чучело огородное! Он с ним ещё поговорит, а пока…

– Эй! – шагнул к деду и опустился рядом, прислонившись плечом к его плечу. – Помнишь, с тобой на рыбалку ездили?

Дед улыбнулся грустно, прикуривая сигарету дрожащими руками. Он разволновался не на шутку. И вдруг рассмеялся:

– И как ты свалился с багажника, помню…

Дима хихикнул. Ему было лет пять, и он хвостом ходил за дедом. А уж если тот садился на велосипед, мальчишка забирался к нему на багажник и ехал, качая ногами и разглядывая улицы и дома. И эти моменты тогда казались самыми лучшими, потому что дед уделял внимание только ему и не отвлекался на Гошку.

– Давай съездим завтра, – предложил Дима.

– Да у меня уж и удочек не осталось, – вздыхает. – Да и старый я совсем…

– Старый он! – фыркнул. – Я тебя отвезу и привезу! А ты сиди только с удочкой, да смотри на поплавок! Поехали, – улыбнулся.

– Уговорил!.. – воодушевился дед. – А удочки?

– Спрошу у Женьки, – пожал плечом и бросил взгляд на калитку, с обратной стороны которой как раз нарисовались товарищ и его подруга.

– Иди, погуляй, – выпустил дым изо рта.

– Ну, мы с тобой договорились? – хитро прищурился.

– Договорились!..

За то время, пока Дима не виделся с Женькой, друг детства заметно повзрослел и остепенился. И в этом, прежде всего, была заслуга Нади. С ней он познакомился несколько лет назад, когда она вместе с родителями переехала на соседнюю улицу. Поначалу просто здоровались и виделись редко, потому что она училась в другом городе. А потом она вернулась к родным, устроилась на работу, и Тихонов стал подбивать к ней клинья.

Они встречались уже год, и в последнее время часто предпочитали прогулкам оставаться дома. Вот и сегодня Женька свистнул Диме, зазывая его во двор пить пиво с раками.

Они сидели под навесом за круглым столиком и болтали о жизни. Ненадолго к ним присоединились Женькины родители, а потом ушли обратно в дом каждый по своим делам. Вспоминали детство, армейские будни, обсуждали автомобили и кино. Надя слушала их и иногда вступала в беседу, с интересом разглядывая Диму и прижимаясь головой к Женькиному плечу. И не уставала напоминать ему о том, что они ещё не репетировали сегодня вальс.

Сумерки уже сгустились настолько, что почти превратились в темноту, и Дима понял, что пора закругляться. Он слегка захмелел и решил воспользоваться для отступления путём через калитку. Хрупкий заборчик наверняка не выдержит его нетрезвых эквилибров, да и велика вероятность в таком состоянии зацепиться за изгородь и завалиться в какую-нибудь грядку.

Он тепло распрощался с товарищем и вышел из двора, направляясь в сторону дома бабушки и деда, когда увидел, что на улицу заворачивает автомобиль. Он не очень приглядывался и спокойно продолжил путь домой, когда большая машина быстро нагнала его и свернула к дому Соколовых. «Скорая помощь».

Ёкнуло сердце, и Дима бросил взгляд во двор, где по дорожке спешил встретить фельдшера обеспокоенный дед.

– Что случилось?! – бросил Дима, хватаясь за калитку и снимая крючок с петли.

– Давление у Насти, – поморщился, останавливаясь на полпути. – Не снижается…

Парень кивнул понятливо и, распахнув калитку, повернулся к старенькому УАЗику, с лязгом затормозившему у ворот. Из пассажирской двери выбралась тоненькая женская фигурка в белом халате и с прямоугольным чемоданчиком в руках. Хлопнув дверью, медработница обернулась и на секунду застыла.

Дима открыл рот, чтобы поздороваться, но от удивления не смог выдавить ни слова. Так вот она кем работает!

Хм… А этот халатик очень ей идёт!..

– Здравствуйте, дед Мить! – игнорируя Диму, Алиса вошла в гостеприимно раскрытую калитку и приблизилась к старику. – Опять бабулька ваша заболела?..

– Да вот, разволновалась давеча, – рассеянно посетовал дед, жестом приглашая её пройти в дом, – давление подскочило.

– Лекарства, небось, не пьёте, – догадалась, поднимаясь на крылечко и сбрасывая со ступней маленькие белые шлёпанцы. – Полегчало, и бросила…

Виновато улыбаясь, словно нашкодивший школьник, дед развёл руками и отворил входную дверь, впуская девушку в дом.

Дима шёл в двух шагах позади, слушая эту беседу, и, заступив на крыльцо, аккуратно поставил на ступеньке раскиданные шлёпанцы. Затем вошёл в прихожую и увидел на кухне свет. Приблизился, прислоняясь плечом к косяку, и увидел сидящую на стуле бабушку. Алиса поставила чемоданчик на стол и теперь надевала ей на руку манжету тонометра. Дед крутился тут же, переживая, и никак не мог успокоиться и присесть на одном месте.

– 180 на 120, – покачала головой девушка. – Давайте сделаем укол… Дед Мить, ну, что вы так разволновались?!

– Да что-то сердце… – вздохнул тот, потирая левую сторону груди большой морщинистой ладонью.

– Солидарность! – заметила она, разрывая упаковку с перчатками и принимаясь копошиться в чемоданчике. Неожиданно обернулась и бросила Диме: – Выйди, пожалуйста!.. Дед Мить, и вы тоже…

– Да-да, – закивал тот, поспешно удаляясь из кухни.

– Сейчас я вас тоже посмотрю, – пообещала она, надламывая носик ампулы и набирая её содержимое в шприц.

Дед вышел в прихожую и переглянулся с внуком. Дима прислонился спиной к стене и сунул руки в карманы:

– Эй! Это что, из-за того, что меня дома не было?

Тот отрицательно качнул головой, и парень понял, что он не признается. Хотя не нужно большого ума, чтобы догадаться, отчего они распереживались.

– Ну вот, – послышалось из кухни. – Идите, ложитесь отдыхать… Дим! Проводи бабушку!

Дима встрепенулся и снова заглянул к ним. Старушка, кряхтя, потирала место укола, и он кивнул ей, призывая идти за ним. Бабушка послушно засеменила сначала в прихожую, а затем в большой уютный зал. Парень включил свет и, приблизившись к окну, задёрнул шторы, потом помог бабульке лечь и подоткнуть подушку под спину.

– Ба! Тебе что-нибудь нужно? А то давай воды принесу или чай? Хочешь?

– Ой, нет, Митенька! Не надо, – улыбнулась она, погладив его по предплечью. – Выключи телевизор, голова болит…

Дима развернулся к журнальному столику, стоящему в углу между двух старых продавленных кресел, и среди книг и газет увидел пульт в потёртой плёночке. Выполнив просьбу бабушки, он взъерошил волосы и покосился на выход.

– Сынок, проводи Алису!

– Угу, – кивнул, выдвигаясь обратно в прихожую.

Алиса уже закрыла свой медицинский чемоданчик и, держа его в руке, стояла в дверях кухни, давая деду последние указания:

– И если будет хуже, не терпите, звоните сразу, мы приедем и заберём вас, если что!..

– Всё так серьёзно? – нахмурился парень, обращая на себя внимание.