Наталья Крынкина – 2.0. Крылья (страница 8)
Но папа считал, что сыну туда пока рано и он всё успеет. Поэтому ещё до восемнадцатилетия Даньки отец связал его контрактными обязательствами с «Энергией» на два года. И до окончания срока, указанного в контракте, Даня не мог покинуть расположение команды, иначе ему грозили штрафы и неустойка.
Наверное, при желании папа мог бы уладить вопросы с руководством клуба и отпустить сына на свободу. Но он ему был нужен здесь.
Даньке осталось потерпеть полгода, и он смог бы сам выбирать себе команду. Но он хотел прямо сейчас. Поэтому рвал и метал у себя в комнате, швыряя предметы об стены и с треском ломая клюшки. Похоже, это у них семейное!
Музыка сначала зазвучала сбивчиво, а потом и вовсе стихла. Саша высунулась в коридор и увидела перепуганную Женьку с большими круглыми глазами, которая торопливо надевала в прихожей мембранное сиреневое пальто. Мама стояла с ней рядом, недовольно скрестив руки на груди и высоко подняв подбородок. Её очень сложно вывести из себя. Но сейчас любимый Данечка самым бесцеремонным образом сорвал ей урок. И, проводив ученицу, она пошла устраивать ему взбучку. Такое в их семье бывало редко, но, как полагается, сотрясался весь дом!
Саша юркнула в свою комнату, чтобы спрятаться от шума, и открыла переписку с Денисом. Он уже давно не выходил на связь. Но вот сейчас рядом с его фотографией высвечивался значок мобильного телефона. И, немного помявшись, она решилась написать ему сама.
«Как у тебя дела, девяносто первый? Ты совсем пропал».
Спустя несколько секунд телефон оживился входящим звонком.
– Привет, – улыбнулась Саша, обнимая подушку покрепче. Захотелось забраться в самый укромный угол и спрятаться от всего мира.
– Ты меня ждёшь там? – послышался его голос.
– Угу! – выдохнула она и почуяла, как защипало в носу и глазам стало влажно.
– Я приеду, – впервые пообещал Денис.
С ресницы сорвалась крупная капля и побежала по щеке, оставляя за собой влажную дорожку. Саша вытерла лицо подушкой и неаккуратно шмыгнула носом.
– Ты чего? – насторожился парень. – Я сказал же – приеду!
Она размазала ладошкой по коже очередную слезинку и попыталась удержаться, чтобы не шмыгнуть снова. Но нос подвёл и предательски выдал её. Саша быстро отключилась и, засунув телефон под подушку, наконец, отпустила слёзы.
Девочка не понимала, откуда вдруг и почему они взялись. Ещё полчаса назад она бежала домой со школьной репетиции, предвкушая скорый праздник. А теперь настроение резко сменилось. Всё не так!
С тем, что в жизни у неё больше нет хоккея, она почти смирилась, но… Олька не разговаривает с ней и делает вид, что они никогда не дружили. Ромка весь в тренировках и учебных долгах, и они почти не общаются вне школы. А Денис… Он одновременно как будто есть и как будто нет.
Дверь в комнату неожиданно распахнулась, и в проёме, загораживая падающий из прихожей свет, выросла высокая папина фигура:
– Саш, ты же в курсе, наверно: к нам на Новый год «Красные волки» приедут. Говорят, они привезут с собой того мальчишку, который весной играл у них на воротах в финале.
Саша затаила дыхание. Зачем он ей это говорит?
– Правда, у него там под ногами путается какой-то дублёр, – продолжил отец. – Я вызвал Мельникова в основу, чтоб они точно сюда Ковалёва привезли. Ещё я разговаривал с их тренером сегодня, и этот хитрый пень мне выдвинул условие.
Он выдержал театральную паузу и добил:
– Показать, как играешь ты!
Саша громко шмыгнула носом и, утеревшись рукавом, уставилась на отца огромными золотисто-карими глазами:
– Я же больше не играю! Даже если бы и хотела, я сейчас совсем не в форме.
– Да, и поэтому я приглашаю тебя на тренировку к «волкам»!
Саша от удивления на секунду отвесила челюсть, а потом проговорила:
– Я себя прям сейчас суперзвездой почувствовала, пап! Каким-нибудь Овечкиным! Или Кросби[2]!
Папа хохотнул и снова спросил:
– Ну, как тебе моё предложение? Я выпускаю тебя на лёд в тренировочном свитере, а «волки» точно привозят мне Ковалёва. Все довольны! А?
Она счастливо заулыбалась. Конечно, она не против!
– Пап, только я девять месяцев не стояла на коньках и не держала в руках клюшку!
Отец самодовольно фыркнул:
– Мастерство, Саня, не забывается! Пара хороших тренировок, и мы утрём носы этим «волкам»! – И заявил, ткнув себя в грудь: – Не забывай, кто будет твоим тренером!
– Сергеич! А ты ещё мельче не нашёл пацана у себя в юниорах?!
Дмитрий Сергеевич Анисимов только что шагнул в открытый борт вслед за игроками «Энергии» и уверенно заскользил на коньках в сторону скамеек запасных, откуда его уже приветствовали коллеги. За спиной его маячил миниатюрный хоккеист в оранжевом тренировочном свитере без опознавательных знаков и в юниорской маске, за которой почти не было видно лица.
Тренер «Энергии» с хитрым видом приветственно поднял руку вверх. Поджидая своего бойца, он проследил за тем, как тот, замешкавшись у края площадки, хорошенько разогнался от самого борта и резко затормозил рядом с ним. Из-под коньков взметнулась снежная стружка, а через плечо вперёд упал густой аккуратный хвост тёмных волос.
– Подбери челюсть, Иваныч! – захохотал Дмитрий Сергеевич, довольный произведённым эффектом, и переглянулся с дочерью.
Саша натянуто улыбнулась. Она пока не увидела на поле хоккеистов в красных свитерах. На площадку вышли только игроки «Энергии», а главный тренер «Красных волков» удивлённо на неё глазел.
– Я своё обещание выполнил! Где твой кип?
Иваныч прищурился и неожиданно выдал:
– Он заболел!
Девочка заметила, как вытянулось у папы лицо, и почувствовала, что всё внутри похолодело. Это было какое-то секундное оцепенение, которое она тут же стряхнула с себя и тронула отца за локоть:
– Он здесь, пап!
Папа устремил взгляд на открытый борт, к которому приближались хохочущие парни в красных свитерах. Но вратаря среди них не было.
– Он всегда выходит на лёд последним, – улыбнулась девочка. – Денис прислал мне с утра эсэмэску, – и указала перчаткой за спины тренеров: – А вон там стоит его папа!
Дмитрий Сергеевич удивлённо вскинул брови и непонятливо хлопнул ресницами:
– Эсэмэску прислал?
– Да, – улыбнулась дочь и, сделав шаг назад, показала ему язык. А потом развернулась, выписала на льду восьмёрку и легко помчалась в сторону ворот, где уже разминался её одноклассник Мельников.
Андрей был единственным юниором от «Энергии» на этой необычной тренировке. Он очень удивился, когда пару недель назад тренер Анисимов лично позвонил ему и пригласил на индивидуальное занятие. Да не где-нибудь, а на открытой хоккейной коробке в одном из дворов неподалёку от школы. Ещё больше он удивился, когда вместе с Дмитрием Сергеевичем на это занятие пришла Сашка, которую он за последние декабрьские дни уже привык видеть в костюме Снегурочки, а никак не в хоккейной форме.
Они катались на корявом самодельном льду с расплывчатой разметкой. На воротах, сваренных из старых труб, не было сетки. Сквозь щели в бортах в коробку пробирались облезлые коты и заглядывали лохматые бродячие псы. А сверху им светил единственный фонарь да подмигивали нарядные окна многоэтажек, украшенные гирляндами.
Правда, перед Новым годом Саша сильно простудилась и жутко кашляла. Её лечили всеми традиционными медицинскими и народными методами. Поили лекарствами, настойками и мёдом, заставляли дышать над картошкой, лепили горчичники и поставили-таки её на ноги!
Тем временем до сегодняшнего утра никто из игроков взрослой команды ни о чём даже не подозревал. И когда Анисимов привёл Андрея и Сашу в раздевалку, парни, мягко говоря, удивились. Даже Данька отвесил челюсть, а от него-то уж точно ежедневные исчезновения сестры и папы было скрыть сложнее, чем от остальных.
И вот они на льду.
– Волнуешься? – бросил Мельников, добродушно улыбаясь из-под маски.
– Есть такое. Не думала, что мне ещё придётся когда-нибудь выйти на лёд.
Игроки «Энергии» лениво катались по зоне, здороваясь с соперниками. Саша кашлянула и, набирая скорость, покатилась вдоль борта к одноклубникам. Кто-то из них как раз вывалил на лёд целое ведро свежемороженых шайб, прямо из холодильника, а Данька раскидывал их клюшкой по площадке.
Заметив сестру, он отдал ей пас, и Саша проворно развернулась к воротам Андрея.
Увидев, что она летит на него, Мельников принял основную стойку и слегка выкатился из вратарской зоны. Саша не стала замахиваться, ловко обманув его и заставив опустить щитки на лёд, а потом вильнула в сторону и аккуратно заложила шайбу в сетку.
– Держи пять! – Даня подставил сестре перчатку.
Широко улыбнувшись, Саша хлопнула его по руке и вскинула взгляд на открытый борт, в который только что вошли несколько хоккеистов в красных свитерах. Среди них был и вратарь. Он шёл, держа под мышкой маску, и вовсе не думал увидеть Сашу прямо сейчас. Поэтому улыбнулся Мельникову, с которым они поздоровались за руку и даже обнялись. А потом к Денису подъехал Даня и тоже пожал ему ладонь. Только Нестеренко фыркнул, прокатившись мимо и высоко задрав нос. В другой бы раз Денис, наверно, огорчился. Но сейчас только проследил за братом и заметил, как тот низко склонился над мелким хоккеистом в оранжевом свитере и что-то шепнул ему.
Масочник пристально смотрел на Дениса, и его сердце неожиданно ухнуло куда-то в желудок, а потом подскочило и бешено заколотилось.