Наталья Крынкина – 2.0. Крылья (страница 39)

– Ты с ним не поехала! Да с самого начала же было понятно, что у него ничего не выгорит!

Она вскинула голову, собираясь его осадить. Кажется, он снова злорадствовал, потешаясь над младшим братом и радуясь, что всё сложилось для Дениса таким образом.

– Почему ты ему даже сейчас завидуешь?! – где-то внутри неё вспыхнула искорка злости.

– Кто завидует? Я завидую? – фыркнул Иван. – А чему? Да он же без тебя просто ноль без палочки! Это же ты его сделала! И потом сама же сломала! Просто крылья ему подрезала. И всё! – развёл он руками.

Крылья…

Саша вновь почувствовала слёзы в глазах. Денис ведь её так и называл: мои крылья.

Он хотел двигаться вперёд, а она кружилась на месте. Но только вдвоём они могли взлететь высоко. А в одиночку у него ничего не выходит.

Она шмыгнула носом, поставила локти на стол и, утирая глаза, неожиданно закивала:

– Всё правильно ты говоришь.

Иван довольно качнул головой, и Саша обняла себя за плечи.

– Только сейчас уже, наверно, поздно что-то менять, – пробормотала она.

В ответ Нестеренко вздохнул и снова её процитировал:

– Ну, не знаю, Санёк! Всё зависит от того, как к этому относишься именно ты, – и улыбнулся: – Помнишь?

Новый сезон для Дениса начался в дубле питерской команды. Но даже здесь ему отвели роль второго вратаря, и это угнетало. На тренировках он ещё бодрился, пытаясь работать и, как всегда, достигать результата за счёт упорства и силы воли. А вот когда он оставался один в четырёх стенах, его настроение уходило в минус. Хотелось просто лежать, смотреть в одну точку на потолке и бросить к чертям всё, к чему он стремился.

В последний год он растерял свои амбиции. Суровый хоккейный менеджмент команды из Профессионалки как будто поправил корону у него на голове. В основную команду брали лучших. Но как только лучшие переставали быть стабильными и не показывали максимум своих возможностей, этот конвейер выплёвывал их, подминая под свою систему, и вернуться обратно было практически невозможно. Но самым горьким было то, что из-за проблем со спортом он потерял Сашу.

Она казалась спокойной и равнодушной, когда он уехал, и больше не обещала ждать. Денис обижался и ревновал её. К родителям. К детям на катке. К брату и Шайбе. У неё находилось время, чтобы быть со всеми, а к нему она больше ни разу не приехала. Обиды приводили к ссорам. Она не собиралась их терпеть и в какой-то момент просто перестала брать трубку.

Боль острыми когтями царапала его нутро, пробиралась в каждую клеточку организма, заставляя выть и чесать кулаки об стены. Она не давала покоя, выворачивала наизнанку, изматывала и доводила до отчаяния. Хотелось верить, что время вылечит. Но даже больше года спустя ему казалось, что с этой болью ничего нельзя поделать.

Неожиданный звонок застал Дениса в раздевалке, когда он упаковывал амуницию перед отбытием на выездные матчи. Одноклубники гудели, смеялись и подкалывали друг друга, наполняя помещение привычным шумом, а на экране смартфона ярким белым цветом светились фамилия и инициалы: «Анисимов Д. С.».

Парень долго смотрел на оживший гаджет, попеременно холодея от мурашек и чувствуя жжение на щеках: «Что такое могло случиться?».

– Здоро во, кип! – привычным басом прозвучала трубка, когда он всё же принял вызов и приложил телефон к уху. – Не сильно занят?

– Да нет, – растерянно произнёс Денис, застёгивая молнию на большом бауле. – Уже не занят. Здрасте! – И, поднявшись на ноги, направился к выходу в коридор, где должно было быть потише.

– Сидишь в запасе? – надавил он на больное.

– В общем, так, – взъерошил волосы Денис и прислонился спиной к стене, – вы были правы. Только я теперь даже не в основе сижу, а в дубле!

– Ковалёв, мне кажется, ты уже насиделся. Давай ко мне в «Энергию»? – Анисимов не стал откладывать дело в долгий ящик.

Денис на секунду перестал дышать и потерял способность говорить.

– Я понимаю, что тут тебе не столица, и не обещаю заоблачных зарплат. Но иногда, чтоб хорошенько встряхнуться, надо сделать шаг назад. Мне нужен хороший вратарь!

– Я уже начал сомневаться в том, что я хороший вратарь, – шмыгнул он носом.

– Сомневается он! У меня в этом сезоне знаешь какая команда собирается?! – фыркнул Дмитрий Сергеевич. – У меня в нападении Данька выходит, а в защиту я получил Рыбакова с Леоновым! Покажем всем НАСТОЯЩИЙ хоккей!

– К-кого? – заикнулся от удивления Денис. – Вот олени! Хоть бы один сказал! Вы как их вообще уломали?!

Анисимов рассмеялся где-то в другом городе и, не отвечая, продолжил:

– Короче! В этот раз я с тобой сюсюкаться не буду! Мы только что запросили тебя у «коней»! Собирай свои манатки, прыгай в поезд, самолёт или куда там… и поехали!

Денис не знал, как ему реагировать на такое заявление, и просто рассмеялся.

– Давай, девяносто первый! У меня на воротах некому играть!

В эти выходные «Энергия» проводила домашние встречи, и уже третьи сутки папа и брат ходили какие-то странные и загадочные. Они о чём-то шушукались на кухне, на балконе и в комнатах, а потом сразу замолкали, когда Саша появлялась в их поле зрения.

Данька в этом сезоне уже выходил на лёд, и в первых играх показал неплохие результаты, ассистируя партнёрам. Пока не забивал, но Саша радовалась, что он не лезет вон из шкуры, чтобы показать себя. Он делал то, что ему нравилось, и просто играл в своё удовольствие, не ожидая похвалы и комплиментов взамен. Он стал простым обаятельным парнем, который соскучился по игре и всему, что было с ней связано, и потому подолгу общался с болельщиками и прессой и уходил из раздевалки последним, когда на стадионе обычно уже гасили свет.

В тот день она вернулась из универа, отметив, что мама громко чем-то гремит в её комнате, и это ей показалось странным.

Едва заметно прихрамывая, из кухни первым появился Даня.

– Ты как? На игру планируешь приходить? А то давай, не тупи! Ты нам нужна сегодня!

Саша улыбнулась и поправила волосы, перекинув их через плечо вперёд. Хотела пошутить, что команда ей должна приплачивать за присутствие на матчах, но мама не позволила озвучить эту мысль и появилась из комнаты, гордо неся перед собой синий свитер «Энергии».

– Нашёлся! – встряхнула она его хорошенько и повертела, разглаживая на спине двухзначный номер и фамилию. – Я уж думала, не найду! Странно, что ты его не выкинула во время своего психоза!

Саша удивлённо хлопнула ресницами, глядя на старый свитер с номером 91, в котором когда-то сама выходила на лёд в своём последнем матче. С тех пор он хранился в тёмном ящике под кроватью и не видел света уже примерно четыре года. Она ведь больше не болела за «Энергию».

– Сейчас отпарю его, и можно надевать!

Саша хмыкнула, снова удивляясь:

– Я не собираюсь его надевать! И я вообще к вам на игру не собиралась!

– У нас сегодня новичок стартует! – Данька прошёл мимо и остановился у дверей своей комнаты.

– А мне-то что?!

– Он на воротах играет. И ты играть будешь вместе с ним!

Саша перевела взгляд на маму, а потом на отца. Открыла рот, но слова застряли, и вместо них из груди вырвался прерывистый вздох.

– Правда? – только и выдавила она.

Отец деловито взглянул на часы и кивнул:

– Правда!

Она ещё раз обвела их взглядом и закрыла лицо ладошками. Почувствовала, как по щекам текут непрошеные слёзы, и хлюпнула носом. А потом, улыбнувшись, вскочила и бросилась в объятия к папе. От неожиданности тот едва устоял на ногах и, тихонько смеясь, крепко прижал её к себе и погладил по щекам, утирая мокрые следы этой внезапной радости.

Он тронул её за нос и шепнул, чтоб услышала только дочь:

– Ну вот, теперь я за вас обоих спокоен, – и добавил чуть громче, вызывая у неё лёгкий смех: – А за свои ворота – не очень!

Саша обняла его за пояс и спрятала влажный нос в складочках футболки на широкой тёплой груди.

– И потом, – папа встряхнул её, заглядывая в блестящие медовые глаза, и выдал: – Как мне ещё было заставить тебя снова болеть за «Энергию», а?

Ледовый дворец гудел голосами сотен болельщиков. В этом сезоне знаменитые имена привлекали внимание к хоккейной команде города, интриговали и вызывали большой интерес у болельщиков и прессы.

Ведя на поводке непослушного Шайбу, который то и дело норовил куда-нибудь удрать, Саша в своём тёмно-синем свитере с оранжевой молнией двинулась в сторону выхода к площадке. Игроки обеих команд только-только начали появляться на льду, и, поручив ретривера маме, девушка приблизилась к открытому борту и нервно скрестила руки на груди.

Мимо прошествовал Данька, который подмигнул ей и, выскочив на лёд, заскользил, с каким-то нескрываемым кайфом выписывая на поверхности витиеватые фигуры. И, подхватив бесхозную шайбу, он так искусно заработал руками, что Саша невольно заулыбалась. На это можно смотреть вечно!

– Санёк, привет! – мимо проскочил Рыбаков, и она, не успев отреагировать на приветствие, узнала его только по номеру и фамилии на спине.

Вслед за Вовкой ей молча помахал довольный Леонов, и, улыбнувшись, она ответила ему коротким взмахом руки. А потом рядом с ней остановился тот, кто всегда выходит на лёд последним, и, не здороваясь, коротко бросил:

– Где Платов?

Она пожала плечами, разглядывая покрытую защитным панцирем широкую грудь под новым свитером синего цвета, и искренне улыбнулась:

– Уехал. Играть в Казань!