Наталья Крынкина – 2.0. Крылья (страница 25)

– Он от себя убегает. Ему сложно находиться дома, поэтому он вырвался и полетел в Омск. Но с таким же успехом он мог бы в любом другом городе оказаться.

Ковалёв втиснул машину в свободное пространство на парковке у Ледового дворца, заглушил мотор и хмыкнул:

– Ничего не понял, но очень интересно! Приехали!

Они выбрались на улицу, и Саша поправила на Денисе белую рубашку, выбившуюся из тёмно-синих брюк, – у него теперь дресскод!

– Давай, чтоб я не совсем бесполезная была, хоть клюшки твои понесу?

Денис открыл дверь багажного отделения, вынул из него большой баул на колёсиках и две вратарские клюшки:

– Держи. Обычно я свой инвентарь только отцу доверяю!

– О! Тогда это большая честь для меня, девяносто первый! – встала она на цыпочки, прижимая клюшки к груди, как самое дорогое сокровище, и улыбаясь до ушей.

Их глаза оказались почти на одном уровне, и Денис вдруг отвёл взгляд. Огляделся, опустил на место дверь багажника и чмокнул подругу в лоб:

– Всё, Сашка, не обижайся, я на работе!

Она почувствовала странный укол в груди, от которого стало неприятно, и понимающе кивнула. У него сегодня очень важный день, он должен быть сосредоточен и собран, а её задача – не мешать ему и максимально поддерживать.

Глазея по сторонам, Саша немного отстала от Дениса и нагнала его у самого крыльца, где он уже бросал на неё нетерпеливые взгляды, одновременно здороваясь за руку и о чём-то переговариваясь с одним из ребят.

Когда она приблизилась, собеседник Дениса стоял, сунув руки в карманы классических брюк и склонив голову набок. Он внимательно посмотрел на Сашу, а потом внезапно выдал:

– Эй! Малый, это та самая девчонка, которая у тебя за воротами дежурила в позапрошлом сезоне?! Я её по толстовке узнал!

– Всё правильно понял, – кивнул Денис и приобнял её за плечи. – Это Саша. Саш, это Вовка Рыбаков. Вернулся в команду в этом сезоне и снова с нами играет. Может, помнишь его?

Она неуверенно кивнула, пожимая протянутую руку с обручальным кольцом на безымянном пальце. В лицо она не помнила этого богатыря, а вот фамилия и то, что он играл в паре с Леоновым, не забылось. Краснощёкий Рыбаков живо оценил жест вратаря, подмигнул ему и одобрительно присвистнул.

Саша открыла дверь, пропуская Дениса вперёд с его баулом, и благодарно кивнула Вовке, когда тот придержал створку ногой и указал ей подбородком на вход. А в фойе их уже встречал главный тренер команды со стаканчиком кофе в руке. Он выглядел бодрячком и был слегка взволнован. Но это и неудивительно, ведь его команда сегодня начинает новый долгий путь, и их задача-минимум – в конце сезона не вылететь обратно в Младшую лигу.

– Доброе утро, Сергей Иваныч, – Денис на секунду оставил сумку и протянул ему ладонь для приветствия.

– Доброе утро, – высунулась Саша из-за его плеча.

– О-па, – он вскинул удивлённый взгляд на девчонку и сверкнул на Ковалёва глазами, отвечая ему крепким рукопожатием, – вот это я и не мечтал о такой удаче! Вот это правильно! Такой игрок на трибуне нам сегодня не помешает!

Саша переглянулась с Денисом и, махнув ему рукой, побрела к предполагаемому выходу на лёд, ориентируясь на знакомые звуки щелчков.

Зал у «Красных волков» был действительно меньше, зато с утра его наполнял великолепный естественный свет. А над гладкой плоскостью льда поднимался туман, обволакивая пространство холодной влажностью. Лёгкие наполнились привычным прохладным воздухом, а нос защекотали знакомые запахи вулканической резины и спортивного пота.

И Саша снова почувствовала, как на глаза навернулись слёзы. Когда-то она мечтала играть в настоящий хоккей. Но даже такому лёгкому скоростному хоккеисту с хорошими руками, как она, в мужском профессиональном спорте места быть просто не могло.

И вот теперь, когда у неё есть Денис, она снова может мечтать о настоящем хоккее вместе с ним. Стоять у него за плечами, заряжать его верой в себя, быть его батарейкой, его вдохновением, его движущей силой. Старая мечта обрела новый смысл и имела все шансы сбыться. Потому что сегодня всё только начиналось. Здесь. И для них обоих.

Это было странное ощущение, которое он ещё не испытывал раньше. Будто его теперь стало в два раза больше, и он целиком закрывает собой ворота. Рыбаков на тренировке специально посчитал, сколько бросков отразил Денис. Из почти шести десятков он не справился только с двумя.

Саша скромно сидела на трибуне, наблюдая за его работой, и он постарался не думать о её присутствии. Почему-то сейчас мысли о ней вызывали лёгкую тревогу, волнение и дрожь в руках. Казалось, что теперь она смотрит на него по-другому и по-новому оценивает его игру.

В межсезонье команда сильно обновилась, и от старого чемпионского состава осталась ровно половина игроков. Из тех, кто играл с Денисом в юниорской команде, здесь не было никого. Часть ребят разъехались пытать счастье в больших хоккейных городах, остальные, как его знакомый вратарь Мельников из «Энергии», приняли решение оставить спорт.

Денис никогда не мечтал стать хоккейной звездой. Ими становятся единицы – только самые целеустремлённые и упёртые. Но когда они движутся к цели, они лишь хотят заниматься любимым делом и каждый день доказывать себе, что могут больше и лучше. Что они просто могут.

Когда летом Вовка вернулся в состав «волков», Денис одновременно обрадовался и был удивлён. Рыбаков отыграл сезон в Профессионалке – не очень удачно, правда, но у него была возможность остаться в лучшей лиге страны и попробовать силы в других клубах. На взгляд Ковалёва, он сделал шаг назад, принимая это странное решение. Он не понимал, зачем. И что может заставить человека развернуться на сто восемьдесят градусов и добровольно оказаться в отправной точке и начинать всё сначала? Вовка лишь загадочно улыбался и молча крутил на безымянном пальце кольцо из белого золота.

Под конец тренировки Денис отметил, что Саша на трибуне уже не одна. Рядом с ней появились Ириска и отец, и все они о чём-то вполне дружелюбно и оживлённо болтали. Покидая лёд, он поднял на лоб свой новый шлем и подождал, пока эта компания спустится к нему поближе.

– Мы ехали из школы, мать высадила нас на кольце и велела без вас не возвращаться, – предваряя все вопросы, быстро выдал отец, словно оправдываясь.

– Пф-ф-ф! – Денис надул щёки и переглянулся с Сашей. – Возражать же бесполезно? Они тебя уже уговорили?

– Всё правильно, – хмыкнула сестра, одетая в неизменный леоновский свитер, который стал ей чуть короче, но всё равно ещё был огромный. – Переодевайся – и погнали! – А потом схватила Сашу за руку и потащила к выходу из зала, не дав ей открыть рот.

Денис недовольно посмотрел на отца и бросил, стиснув зубы:

– Пап, это нечестно! Она вообще-то ко мне приехала!

Папа сделал шаг вслед за девчонками, повернулся и, двигаясь задом наперёд, широко улыбнулся и молча развёл руками. За спиной кто-то хихикнул, и Денис оглянулся на Рыбакова. Тот стоял в калитке позади него и ждал, когда Ковалёв двинется вперёд или уступит ему дорогу.

– Расслабься, – хлопнул он его по плечу и подтолкнул в направлении раздевалки. – Наоборот, было бы хуже!

Денис набрал побольше воздуха в лёгкие и, шагая с ним рядом, медленно выдохнул: «Вот тут не поспоришь!»

Когда воздух разрезал финальный гудок, Саша вскинула руки вверх вместе с Денисом. Он подпрыгнул и, опустившись на лёд, повернулся к ней лицом, на котором за маской сияла широченная улыбка.

4:0.

Он смог не только помочь команде выиграть, но и оставил свои ворота в неприкосновенности. А ещё организовал четвёртый гол, когда сделал мощную дальнюю передачу от вратарской линии и начал ответную атаку «волков».

Команда уже спешила его поздравить, и он на несколько секунд исчез в толпе за спинами ребят в красных свитерах. Воспользовавшись моментом, Саша скользнула вдоль борта и побежала к скамейке запасных, чтобы встретить его и поздравить с первой победой в Старшей лиге.

Вынырнув из объятий одноклубников, Ковалёв немного растерялся, когда не увидел её на привычном месте. Но спустя мгновение кто-то из ребят уже показывал ему пальцем, где искать пропажу. Она счастливо улыбалась, прилипнув носом к заградительному стеклу недалеко от скамейки, и Денис махнул ей рукой, подзывая к себе. За её спиной он увидел родителей и довольную сестру. Они многозначительно переглядывались, но она их не замечала. Юркнула в бокс, аккуратно вильнула между двумя здоровенными фигурами хоккеистов и перекинула ноги через борт, опускаясь кроссовками на скользкую поверхность площадки.

Он сдвинул маску на лоб, выронил клюшку и сбросил перчатки с ловушкой и «блином». Подкатил к ней на скорости и резко затормозил, поднимая коньками снежную стружку. Она взвизгнула и, смеясь, посмотрела в сверкающие оливковые глаза:

– Молодец, кип! Ты это сделал!

– Мы с тобой сделали, – крепко прижал он её к груди.

– Жалко, что я не смогу быть на каждой твоей игре, – она подняла на него лицо. – Но я постараюсь приезжать хотя бы на домашние матчи!

– Всё будет так, как мы с тобой задумали, – отпустил он её и снял шлем со вспотевшей головы. А потом повернул его к ней затылочной частью и пальцем указал на рисунок рядом с номером. – И не переживай, девяносто первый, ты всегда со мной будешь рядом!

На первое занятие в университете Саша опоздала. Поезд прибыл в город рано утром, и она едва успела заскочить домой, чтобы переодеться в свежую одежду и схватить тетрадки.