Наталья Кремнёва – Несвятая троица (СИ) (страница 8)

Радмир развернул Вольдемара поперек тропы и со скептической гримасой смотрел на нас.

— Наконец-то! Вы где летаете?! А кто за дорогой следить будет?! — возмущенно начал брюнет, заметив, что на него соизволили обратить внимание.

— А ты на что? — в два голоса искренне удивились мы. Рад задохнулся от возмущения. Несколько раз он пытался заговорить, но видно не находил слов, дабы подобающе описать нашу наглость.

— Тамирас! Ты чем думаешь?! Да на тебя отряд кочевников нападет, ты и не почешешься! Когда ж ты разгильдяйничать прекратишь, балбес!!!

— Хватит истерить, Рад! Ты не хуже меня знаешь, что в этих местах при всем желании кочевников не встретишь. Да что кочевников, тут вообще никого нет крупнее суслика, — лениво прервал брата ничуть не впечатленный столь пламенной речью Там. И, зевая, уточнил, — Ты нас по делу остановил или просто поорать захотелось?

Радмир молча протянул мне радостно чирикающего Шурика, развернулся и пришпорил коня. Вольдемар, обиженно заржав, сорвался с места.

— Чего это он так взъярился? — поинтересовалась я, попутно решая важный вопрос: как одновременно суметь удержать зверька и удержаться самой?

— А я знаю? Завидует, наверное, — философски пожал плечами собеседник, забирая у меня Шурика и устраивая его перед седлом. — То слова не вытянешь, а тут разорался. Но гнаться за ним не собираюсь. Джарра и так двойную ношу тащит. Сам вернется, вот увидишь.

— Да куда он денется, — хмыкнула я в ответ, облокачиваясь на него. — Слушай, давно хотела спросить: а вас как на курган занесло?

— Шурик завел, — ухмыльнулся Там. — Он нам с самого своего появления места для ночлега выбирает, сама вскоре убедишься. Только отдохнуть собрались, а тут ты!

— Сюрприз! А куда вы…

В этот момент непоседливый зверек громко заверещал, всеми силами пытаясь привлечь наше внимание к рощице, в которую уходила тропа. Взяв на руки пушистика и пытаясь его успокоить, я встревожено покосилась на слегка напрягшегося Тамираса:

— Что-то мне это не нравится. Там, а ты раньше был в той рощице?

— Да приходилось проезжать как-то. Роща как роща, ничего особенного.

— А вот Шурик похоже так не считает. Блин, Рад же туда один поперся! А вдруг…

— Да умолкни ты! Знаю я все! Тише!

Даже не подумав обидеться, я послушно замолчала. Он прав, сейчас больше внимания стоит уделить окружающей местности, а не обмену и без того понятной информацией.

В рощу мы въехали напряженные, внимательно оглядываясь вокруг. Шурик тоже притих. Подняв мордочку и поводя ей из стороны в сторону, зверек сосредоточенно нюхал воздух, будто пытался что-то найти.

Первой нашей находкой оказался Вольдемар. Конь щипал траву и изредка обиженно фыркал в сторону Рада, обнаружившегося неподалеку в тени большой березы. Ох, чую, долго он еще ему это беспричинное пришпоривание вспоминать будет! Судя по мрачному виду Радмира, он тоже это прекрасно понимал. Завидев нас, парень поднялся:

— Прошу простить мне мою непозволительную резкость. Я разозлился на столь откровенное пренебрежение вопросами безопасности, поэтому не смог сдержаться. Но очень прошу вас впредь уделять больше внимания этому, — отчеканив извинение абсолютно безэмоциональным голосом, он развернулся и направился к вороному. Мы молча наблюдали, как брюнет забирается на своего обиженного коня. Вольдемар Раду, конечно, подчинился, но как! Эх, будь моя воля, я б ему лично Оскар вручила! Так искренне и, не побоюсь этого слова, проникновенно изобразить оскорбленное достоинство! Это ж какой талант пропадает всуе! Голливуд в полном составе нервно курит далеко в стороне. Да что там Голливуд, тут и все гении мировых театральных подмостков отдохнут.

Сосредоточив внимание на копытном артисте, я напрочь отвлеклась от происходящего вокруг. В этот момент Шурик, дико заверещав, вцепился в Джарру. А поскольку он успел удрать назад, то получилось, что все остренькие коготочки вонзились несчастной лошадке прямо в основание хвоста. Джарра, истерически заржав, встала на дыбы. Я, завизжав не менее истерично, мертвой хваткой вцепилась в неё. Тамирас помедлил всего секунду, соображая, за что хвататься (удержаться за седло ему помешала я, а вцепится в меня он не смог — так крепко я прильнула к лошадиной шее). Но этой задержки ему хватило, чтобы слететь с кобылы, добавив в общую какофонию звуков громкий виртуозный мат (кстати, парочка выражений была весьма оригинальна, надо бы запомнить).

Мигом подскочивший к нам Рад первым делом успокоил Джарру, отцепив от неё негодника, и отвел подальше от лежащего Тама. После этого брюнет занялся собственно самим братом.

— Там, ты как? Где болит? Ничего не сломал? Сколько пальцев видишь?

— ….!..…!!..…………….!..…………………..

— Значит в порядке, — облегченно улыбнулся Радмир, помогая отчаянно матерящемуся блондину подняться.

Наконец оба парня обратили внимание на меня и тут же дружно заржали: Тамирас как всегда в открытую, Раду хватило такта хотя бы отвернуться. Я сидела в той же позе, распластавшись по лошади и крепко зажмурившись. Во время сделанной Джаррой «свечки» я успела мысленно попрощаться с жизнью. Душа не просто удрала в пятки, а забилась вообще непонятно куда и вылезать отказывалась наотрез; сердце бешено колотилось в груди.

— Таша! Все в порядке! Ты уже можешь разжать руки, да и вообще слезть, — усовестился в конце концов брюнет.

Ого, какая свежая мысль! И как же я, блин, это сделаю, если меня от ужаса намертво заклинило?!

— Лошадь задушишь, пришелица! — сквозь хохот прорыдал Там. Скотина! Нет бы помочь, а он ржет стоит аки мерин сивый!

Вскоре до кого-то из парней дошло, что самостоятельно расстаться с лошадью я не в состоянии. Мои судорожно сцепленные руки попытались деликатно разжать. Наивный! Кстати, а кто именно? Глаза, так же как и остальной организм, приказам мозга подчиняться отказывались, поэтому о личности помогающего я могла только догадываться. Но, судя по аккуратности прикосновений, — явно Радмир, Тамирас не стал бы со мной церемониться. Приложив больше усилий, парень все же расцепил мои руки и, аккуратно стащив с Джарры, поставил на ноги. Они держать отказались сразу и, как только самоназначенный помощник убрал руки, я начала плавно оседать на землю. Меня вовремя подхватили и осторожно усадили, прислонив к дереву. Почувствовав под собой твердую землю, я мигом свернулась в комочек, обхватив колени руками и уткнув в них голову. Настойчивые попытки извне обнять мое дрожащее тело упорно отклонялись по мере поступления. Душа осторожно высунулась из своего потаённого местечка и медленно и недоверчиво стала занимать положенное ей пространство. Шок потихоньку начал отпускать, позволяя осознать произошедшее и окружающее и даже открыть глаза. Тамирас всхлипывал от хохота, катаясь по траве под ближайшим деревом. Не на шутку обеспокоенный моим состоянием Рад сидел рядом со мной. Хм, угадала!

— …….. ши! Эй! Ну, приди в себя! Все хорошо! Хо-ро-шо!! Правда!!! Ну очнись! — наконец дошли до меня взывания уже изрядно встревоженного Радмира.

— Где?… — еле слышно прошелестела я пересохшим горлом

— …Что? — до Рада не сразу дошло, что я заговорила, поэтому предварительно еще с полминуты пришлось слушать его причитания.

— Где… эта… паскуда… мелкая?… Щас… шашлык… из нее… сделаю! — хрипло озвучился мной тезис, извлеченный из хаотично скачущих мыслей.

— Хвала Хранителям! Ты пришла в себя!! — на радостях Радмир стиснул меня с такой силой, что я чуть было не попрощалась с только вернувшейся жизнью.

Где-то спустя минут пятнадцать наша странная компания пришла в более-менее нормальное состояние. Я постепенно перестала трястись и даже сумела почти самостоятельно (перебирая руками по стволу дерева) встать на дрожащие ноги. О пережитом напоминали только слабость во всем теле (последствие шока) и ужасное настроение (а с чего ему хорошим-то быть?). Истерика Тама была успешно прервана парой затрещин (ради такого лично до него докондыляла), и теперь он, прихрамывая и потирая спину, помогал мухой летающему Раду в восстановлении порядка. Я в процессе участвовала чисто номинально: стояла, опираясь на дерево и скрестив руки на груди, и провожала парней взглядами исподлобья. Оказывается, хороший катализатор! По крайней мере, ребятам он придавал неслабое такое ускорение.

Упавшие вещи были собраны и вновь запакованы, лошади приведены в рабочий порядок и выстроены передо мной вместе с хозяевами. Окинув всех равнодушным взглядом, я сразу заметила недочет. Не хватало одного мелкого, но весьма интересующего меня сейчас субъекта. Не обнаружилось его и на поляне. Парни беспокойно завозились под моим взглядом и, на всякий случай, тоже начали оглядываться. Похоже, они не понимали, что мне надо, но решили не связываться. Надо же, послушные какие, вот всегда бы так!

Тут из-за дерева на противоположном конце поляны показалась остренькая белая мордочка. Быстро оценив ситуацию, зверек хотел было снова спрятаться, но понял, что опоздал. Сузив глаза, я поманила его пальцем. Распушившись, Шурик посеменил к нам, виновато опустив голову. Выглядел он настолько несчастным, что мне стало жалко мелкого. Вообще-то я его уже практически простила, но хотелось бы узнать причину столь оригинального поступка. Раньше за ним диверсий не наблюдалось, относился к нам зверек тоже вроде положительно, а тут вдруг такой номер. Что-то здесь не так.