Наталья Косухина – Влюбиться в главного героя (ЛП) (страница 24)

Рыдания сотрясали мое тело.

За все нам приходится платить, и эта цена оказалась мне не по силам.

Ильзур Варнар

Сжимая и разжимая кулаки, я шагал по улице куда глаза глядят. Как она могла? Что я за дурак?

Сам того не осознавая, пришел в парк и бездумно опустился на первую попавшуюся скамейку. Солнце уже зашло, и на город опустились сумерки.

Я не понял, что она сменила внешность. Какое там, я ежедневно видел схожие черты, жесты, движения, даже отдельные знакомые нотки в голосе слышал — но был слеп и глух. Крот и тетерев!

Я испытываю к этой девушке какое-то непонятное чувство: то ли просто жалость вкупе с сочувствием, то ли симпатия вперемешку с интересом, то ли… Нет, про нечто большее даже думать не хочу. Мне бы сейчас связаться с Анраром и сообщить, что я не подхожу для этого задания, что меня нужно заменить другим охотником…

Но при мысли о таком исходе внутри рождались дикая, необузданная ярость и жажда убийства. И разобраться в себе необходимо. Или настала пора уходить со службы, или нужно призвать к порядку эмоции и включить логику.

Радамира Ипри, которую мне поручили найти. И тут появляется первая странность. Почему храмовники не предупредили меня о том, что она сказочница? А ведь я должен был знать по статусу.

И тем не менее я ее выследил.

Поначалу отнесся к ней очень поверхностно, был уверен в своем преимуществе. Оно и на самом деле имелось, но Рада обладала чистой душой, это и выводило меня из себя при ее побегах. Я, с детства приучаемый поступать правильно, чувствовал, что все делаю неверно.

А она боится применять дар, и правильно боится. Это может закончиться гибелью людей и ее самой. Однако в прошлый раз Рада спасла нам жизнь, и это был очень смелый поступок.

Я снова ее нашел после побега, и она воспользовалась мной, заставив, как телохранителя, сопровождать себя, водила за нос, обманывала и недоговаривала. Наверное, если бы не обида, боль и разочарование, я смог бы понять ее мотивы, а может, и нет.

Что предпринять теперь, я не знал, и мне требовался совет. Вызвав Анрара по сфере, я смотрел на усталое лицо друга, и тот, едва увидев меня, напрягся:

— Что случилось?

Я коротко пересказал свои выводы. Храмовники действуют преступно. Не сказали всей правды, подтасовывают факты, и не только о себе, но и о нашем ведомстве. Беспрецедентно!

— Мы так же выявили некоторую связь их с пиратами, — подтвердил друг мои догадки. — Но зачем храмовникам настолько срочно потребовалась Ипри, что они идут на такие огромные риски?

— Мы должны начать расследование.

— Уже начали, но твои обвинения и факты тоже приплюсуем, — сообщил Анрар. — Я так понимаю, Радамира найдена?

Кивнув, я рассказал подробности нашего путешествия и про то, что она была парнем.

— И ты ее не распознал? — расхохотался Анрар.

— С ней поработал хороший мастер, — процедил я сквозь зубы.

— Ты к ней неравнодушен. С самого начала остро реагируешь. И теперь… Да, досадная ошибка, но не привела к фатальным последствиям, а ты сидишь, будто кого похоронил.

— Глупости, — отмахнулся я. — Мое самолюбие задето.

— Да-да. Так что ты собираешься делать?

— Я не отдам ее храмовникам. Проведу свое расследование, выясню все до последней тайны и лишь потом позволю им пообщаться с ней.

— Совет охотников не одобрит. Вот если бы она была твоей женой или родственницей…

— Анрар!

— Но я сделаю все, что в моих силах, и постараюсь уладить этот вопрос, — и, помолчав, спросил: — Ты ведь ей не скажешь о своем решении?

— Нет. Я очень на нее злюсь и не знаю, перестану ли когда-нибудь.

Друг фыркнул, у него по этому вопросу было свое мнение. Я спрашивать не стал, знал — мне не понравится.

— Я тебя понял, все, что требуется для дальнейшего пути, сообщи, обеспечим. И помягче с ней. При виде твоей хмурой физиономии даже мне страшно.

Вместо ответа я свернул сферу и, откинувшись на спинку лавочки, еще долго сидел в сгущающейся тьме. Только хорошенько все обдумав, решил вернуться обратно.

Она спала, свернувшись калачиком. У стены зависал ее нервно-тревожный хрюндик. Не удержавшись, я накрыл девушку одеялом. Заметил осколки стакана на полу. Вздохнув, скинул куртку и лег рядом.

Завтра новый день и новый раунд наших непростых отношений. Выспаться надо.

Мне снова снился странный сон: я сидела на палубе летучего корабля и никого вокруг… кроме моего рыжего кота.

— Ну что ты такой несчастный? — задала привычный вопрос Буку.

И он меня удивил.

— И ты еще спрашиваешь? Как будто не знаешь, что со мной за ближайшее время произошло! — заходил взад-вперед котик.

А я в полном шоке таращилась на него, не в состоянии вымолвить ни слова.

— Мною били пиратов, меня чуть не утопили в озере, я натерпелся от твоего нитха, меня раздуло, я покрылся иголками и не могу передвигаться по земле. А как я волновался за тебя в приюте для бездомных! Неудивительно, что от стресса я начал линять!

— Но, Бук…

— Вот только не надо мне сейчас рассказывать, что это была необходимость.

— Да мне, между прочим, храмовники грозят! И вообще, друзья познаются в беде.

— Да какая беда? Не отдаст тебя твой охотник этим душегубам. Это же и слепому видно.

— Много ты понимаешь в охотниках.

— Побольше некоторых, судя по всему. Хватит бегать, найди какое-нибудь надежное место, затаись и обдумай, что делать дальше.

— Маниакально-депрессивный психоз — мой кот меня не ценит, — вздохнула я.

— Зато любит, — подмигнул мне Бук, убеждая меня в собственной невменяемости…

Утром мы с нитхом ни слова друг другу не сказали, молча оделись, молча собрались и отправились к порталам. Моя апатия достигла апогея, и было уже все равно, куда меня ведут и зачем. Но внутри, вопреки всему, клокотала ужасная ярость.

Почему все так получилось? Проклятые, ненавистные храмовники, они ломают мои планы раз за разом. Упертый нитх, который не желает признавать, что его идеалы не так однозначны.

В этот раз Варнар не стал пользоваться своим положением и лезть к порталу без очереди, да и народу перед нами было совсем немного, все-таки только рассвело. Мой котик, притихший, сидит в сумке и, кажется, тоже подозревает, что наше путешествие скоро закончится.

Вот мы встаем на платформу, Варнар забивает координаты, и его отвлекает работник, забирая плату за перемещение. Мне этого достаточно. Словно неведомая сила толкает мою руку, и я ввожу еще две произвольные цифры, шагая при этом вперед.

Сила перемещения охватывает меня, но нитх не зря считается лучшим, вместе с этими силами хватает меня и он. А потом мы падаем лицом в горячий песок.

Варнар поднялся быстрее меня, раскрасневшийся и очень злой.

— Дура!

— Сам такой, — буркнула я, вставая на ноги.

— И чего только решила добиться? Да ты понимаешь, что если бы нам хоть немного не повезло, то расщепило бы при перемещении?

— А ты что, не понимаешь, что я лучше на тот свет отправлюсь, чем к храмовникам?! Ты же видел ту сказочницу и все понял! Не отрицай!

— Ты не понимаешь…

— Что же ты за зверь такой, — толкнула я Ильзура и, подхватив сумку с Буком, отправилась прочь. — Даже жалости человеческой в тебе нет.

— Вернись сейчас же! — раздался сзади рык.

— Ага, уже бегу.

Охотник подскочил сзади, вероломно схватил меня и, перекинув через плечо, зашагал в одном ему известном направлении.

— Отчасти я понимаю твое нежелание попасть к храмовникам. Но ты перешла все границы, и надеюсь, хоть наказание вправит тебе мозги. Ты перекрасила волосы… — И тяжелая рука нитха хлопнула меня по пятой точке. — Рисковала жизнью, пытаясь сбежать… — И снова хлопок.