Наталья Косухина – Служить нельзя любить! 3. Поцелуй смерти (страница 25)
— Сейчас ты должна пообещать мне быть осторожной. Для меня будет страшным ударом потерять дочь. Понимаешь?
— Конечно. Сделаю все возможное, чтобы быть в безопасности.
— Вот и хорошо. Надеюсь, его величество образумится, отбор скоро закончится и ты вернешься домой.
Развернувшись, папа направился прочь, в то время как император приближался ко мне. Что вообще происходит?
Не в силах отвести взгляд от Валенсии, разговаривающей со своим отцом, я вполуха слушал министра. Что Тартар там ей говорит? Настраивает против меня? С другой стороны, я же не могу запретить им общаться. Как бы сделать так, чтобы они меньше пересекались?
— Ваше величество, прошу вас, обратите на меня внимание.
Я нехотя повернул голову и посмотрел на полноватого мужчину в парадном костюме. Тот заметил, куда я смотрел, и последовал закономерный вопрос:
— Могу поздравить вас с выбором?
— Можете, — охотно кивнул я, не став ничего скрывать.
— Тогда должен напомнить, что время первого танца приближается.
Осмотрев гостей, я и вправду увидел, что все готовятся. Значит, нужно пригласить девушку и мне. Первый танец очень важен, особенно на таком мероприятии. Для послов будет знак посмотреть на мою невесту, которую я обещал им представить позже. Для придворных — увидеть мой выбор, хотя и не услышать его. Пока рано. Но они должны понимать, что отбор подходит к концу.
Спустившись с возвышения, на котором стоит трон, я направился в гущу присутствующих, ощущая на себе взгляд многих девушек, а Валенсия что-то взволнованно говорила отцу. Тартар увидел меня, скривился и, попрощавшись с дочерью, ушел.
Я приблизился к девушке, кивком ответил на поклон и протянул ей руку.
— Вы окажете мне честь потанцевать со мной?
— Я? — неподдельно удивилась она, а потом спохватилась. — Конечно.
Снова поклон, я беру ее руку в свою, и мы выходим на площадку, открывать бал. Повернувшись, я встречаю насмешливый взгляд друга. Он пригласил Анну и сейчас ожидает наших первых движений. Вот заиграла музыка, мы начали танец, и множество других пар постепенно присоединялись к нам.
— Как вам вечер?
— Превосходный, как и всегда.
— Вы любите приемы?
— Часто — да, хотя много событий за один вечер утомляет меня.
— Я запомню, — кивнул и принял к сведенью.
Моя партнерша танцевала безукоризненно, и мне не нужно быть начеку, чтобы подстраховать ее. Можно расслабиться и получать удовольствие.
— Ваше величество, что происходит? — понизив голос, спросила Валенсия.
— Мы танцуем, — ответил я, немного поддразнивая.
— Так и должно быть?
— Ну, вы же обещали помощь?
— В чем? — растерялась девушка.
— В поимке злодея. Уверен, сейчас убийца очень злится и хочет избавиться от вас. Мы еще усилим охрану.
— О-о-о… Поняла вас. Благодарю за меры безопасности, я только недавно пообещала папе беречь себя.
— Мы сбережем, не сомневайтесь. И не верьте всему, что обо мне говорит ваш отец.
— Что? — удивилась Валенсия. — Папа никогда не говорил о вас плохо.
— Конечно, как я мог забыть, он же стратег, — пробормотал я.
Пируэт танца на некоторое время развел меня с партнершей, а когда мы снова сблизились, я услышал:
— Вы очень злитесь на него?
— На своего главнокомандующего? А! Вы слышали о нашей ссоре? Не переживайте, мы ругались и сильнее. У обоих прямой характер и довольно упрямый. В отношении армии я часто ему уступаю при решении вопросов.
— А сейчас?
— Сейчас придется уступить ему, — тихо ответил я, смотря в глаза Валенсии. Они, как омут, меня затягивали. — Не переживайте, все будет хорошо. Я позабочусь об этом.
— Спасибо, — тихо ответила девушка, и наш танец завершился.
С сожалением я должен был оставить ее одну, но придет время, совсем скоро, когда мне не придется этого делать.
Вечер оказался очень насыщенным на события и беседы, и сейчас я чувствовала себя усталой и выжатой. Из всех леди, приехавших в гости к его величеству, я первая покинула прием, едва это стало возможным. Хотелось тишины и покоя.
Войдя в комнаты, отведенные мне во дворце, я замерла, смотря на мужчину, сидящего на подоконнике в моей гостиной.
— Ваше величество? — удивленно выдохнула я.
Сейчас на нем были личина и другой костюм, но по наклону головы, манере держаться… Это был он.
— Вы рано ушли с бала, — заметил он, поглядывая на меня.
— Немного утомилась, — пробормотала я. — Вы пришли ко мне, потому что вам что-то нужно?
— Да. Покормите меня.
— Что? — растерялась я.
— Закажите ужин в свои комнаты. И побольше мяса. Мои советники и все эти высокопоставленные гости забывают, что императорам тоже нужно есть.
Мне стало его жаль. Несмотря на его положение, он тоже человек. Многие забывают об этом. К своему стыду, часто забываю и я. Выполнив просьбу мужчины, я присела на диван.
— А как вы справлялись раньше?
— Обычно я сбегал к Эдварду, но сейчас это стало затруднительно. Он много времени проводит с Анной.
— Они… любят друг друга?
— Да, но отношения сложные. Друг медлит с признанием своих чувств и все чего-то ждет. Уже давно мог быть счастливо женат.
— При дворе ходит столько слухов вокруг их отношений, и о мисс Аркури в частности, — как бы между прочим заметила я.
Повезет удовлетворить свое любопытство или нет?
— Хотите спросить, маньяк она или нет? — хитро посмотрел на меня император.
— Анна не убийца, — покачала я головой. — Полагаю, врач, которого повесили, и был истинно виновным.
— Да, — твердо ответил монарх.
Тут нас прервали: принесли еду. Выйдя из комнат, я осторожно приняла поднос, не пуская служанку внутрь. Император набросился на ужин, словно вечность не ел. Мне даже стало неудобно прерывать его и расспрашивать дальше. Но император, жуя и немного комкая слова, сам рассказал ту печальную историю. Детали меня потрясли.
— Тогда я не до конца понимал друга, когда он опасался за жизнь Анны, а сейчас воспринимаю все события иначе. У судьбы специфическое чувство юмора, но мне грех жаловаться. Насчет Анны и Эдварда скажу так: у змейса серьезные намерения.
Никогда бы не подумала, что буду так запросто разговаривать с императором. Просто, буднично, за вечерней трапезой. Необычное ощущение, которое мне очень нравилось. Нельзя мне увлекаться — потом будет больно.
Неожиданно нашу беседу прервал стук в дверь, в коридоре послышались голоса. Кто-то переругивался с охранником. Я в ужасе посмотрела на императора.
— Вас нужно спрятать, — первая мысль, что пришла мне в голову.