Наталья Косухина – Синий вирус любви (СИ) (страница 39)
— Мотался по системе в командировках и проводил рейды. Недавно вернулся на планету, теперь буду работать здесь.
Танец завершился, и к моему невероятному изумлению Стоун склонился к моей руке, касаясь ее губами. Жест джентльмена, восхищенного дамой, он в моде и сейчас. Но у нас не те отношения, чтобы Алек так касался моей руки. И ему совершенно не свойственны такие порывы. Тем более взгляд… пытливый и жаркий.
Прикоснувшись к ладони, ощутила покалывание. Словно метку на мне поставил.
Вечер продолжал свое неспешное течение. Больше мы с драгом не танцевали, лишь периодически переглядывались. И что самое странное, в отличие от начала мероприятия, сейчас мне было гораздо спокойнее, хотя я и не могла ни на чем сосредоточиться. На лицо сама собой наползала глупая улыбка.
Забавно, но самая знаменательная часть званого вечера — благотворительная игра. Все, что здесь выигрывают или проигрывают, идет на улучшение социальных условий в нашей цивилизации. Деньги не такие уж большие, но и задачи решаются не фундаментальные.
Для этого предоставляется отдельный зал, и знаменитые деятели и ученые в праздничных нарядах азартно играют в карты в игры древнего мира. В этом году — в преферанс. Не все разбираются в нем, и мне пришлось присоединиться к игрокам за столом. Каким-то чудесным образом мы с Алеком оказались напротив друг друга.
Откуда выходец с астероида знает древнюю игру? И где практиковался? Плокстор? Или нет? По манере игроков заметно, с кем те оттачивают мастерство. Значит, скоро увидим.
Игра за столом оказалась на удивление увлекательной, все азартно вскрикивали и спорили, обсуждая итоги или ходы. Фишек, как в древности, на столе не было, очки записывались на общий компьютер, а выигранное перекидывалось каждому на плокстор.
Как ни странно, но именно я и Стоун стали победителями. Пока другие игроки готовились нас сменить, мы собирались перевести выигрыш на благотворительность.
— Это уже третье пожертвование за месяц, — улыбнулся Стоун. — Кажется, дарить заработанное становится у моей семьи привычкой.
— А я думала, ваша семейная черта — возвращать человеку то, что вы от него получили, — хмыкнула и, встретив взгляд драга, похолодела.
Что я несу? Я же слышала это во сне от своего воображаемого любовника. Вот сейчас полковник удивится странной информации о его семье и начнет задавать вопросы. Что отвечать? Нужно что-то срочно придумать!
— Откуда вы знаете? — Вопрос драга поверг меня в шок.
Так это правда? Под пронизывающим взглядом я не могла вымолвить ни слова, только краснела. В голове мелькали картинки, я старалась вспомнить, в которую из ночей он мне это говорил. Вернее, он же не говорил мне этого!
— Слышала от кого-то, — промямлила, отведя взгляд.
Стоун молчал, но я кожей чувствовала, как он меня рассматривает. Быстро завершив операцию перевода денег, откланялась.
— Извините, мне надо переговорить с руководителем Центра.
От игрального стола я не шла — летела. С одной стороны, обычная ситуация, такое может быть с каждым. Но реакции у обоих очень странные. Для меня это воспоминания о долгих интимных ночах, которые я видела во сне и которые были почти реальностью. Но почему так отреагировал Алек Стоун? Почему для него так важно то, что я сказала? Ведь вполне можно допустить, что я действительно где-то это слышала.
С другой стороны, чего я убиваюсь? Надо просто забыть, что произошло несколько минут назад, и жить дальше…
— Виктория, с вами все в порядке? — Ко мне подошел Сергей Форс.
— Да, конечно! — воскликнула, улыбаясь. — Кстати, я хотела с вами поговорить…
Думаю, Стоун уже забыл о маленьком происшествии.
Как она могла узнать? Девиз моей семьи, который она небрежно сообщила мне за столом, никому не известен. И сестра его бы не сказала. Даже если бы Виктория где-нибудь его услышала, то не должна была соотнести девиз фамилии Уотерстоун и никому не известного Алека Стоуна.
Было лишь одно объяснение — она услышала фразу от меня в одном из странных, невообразимых снов, мучивших меня каждую ночь. Неужели это правда? Неужели сны были не грезой, а мы встречались будто наяву? Неужели она, настоящая, принимала мои ласки и дарила наслаждение в ответ?
Возможно ли такое? Когда я задал вопрос по ее оговорке, Виктория сильно занервничала. Странное поведение для человека, который случайно ошибся. И она очень быстро ретировалась. Почему?
Нужно выяснить наверняка, и есть прекрасный способ это сделать. Раз она знает то, что я ей говорил, значит, и я могу использовать информацию, которой обладаю.
Выждав некоторое время, я незаметно подкрался к своей «жертве». Виктория, ни о чем не подозревавшая, спокойно беседовала с незнакомой мне женщиной, я же использовал для своих целей Сергея Форса. Выловив начальника Центра, осторожно подвел его как можно ближе к Эргер и завязал ничего не значащий разговор, постепенно подбираясь к интересующей теме.
— Стоун, честно говоря, не ожидал от вас такого интереса к инновациям в сфере пластических усовершенствований, — с удивлением заметил Форс. — Этому есть причина?
— Пожалуй. У одной моей знакомой родимое пятно на левой ягодице. Вот и хотел узнать, можно ли его убрать? — спросил словно невзначай.
Ответить Сергей не успел — стоявшая неподалеку Виктория выронила бокал, и он разбился, привлекая его внимание. Испуганные глаза девушки сказали больше любых слов. Попалась!
Озадаченный произошедшим, Форс удивленно взглянул на меня, но я лишь пожал плечами. Все, что мне требовалось, я узнал. Чтобы отвлечь внимание начальника Центра от инцидента, спросил о его проекте по новым двигателям. Разговор плавно перетек в другую плоскость.
Чинно кивая рассказу ученого, смотрел, как дочь генерала спасается бегством. Быстрое и ничем не прикрытое отступление говорит о многом, и вывод сделать несложно — все, что случилось во снах, в них и происходило, но каким-то образом мы разделили эротические грезы на двоих.
Узнать причину любопытного явления было невероятно интересно, но более насущным стало не выпускать Викторию из поля зрения. Я не просто так пригласил ее на танец и поцеловал руку. Сейчас на ней стоит метка, знаменующая начало брачного периода, и если раньше я сомневался в положительном результате, то сейчас был в нем уверен почти на сто процентов.
При одной мысли, что она видела, пережила и испытала в наших снах наравне со мной, заставляло кровь кипеть. Она будет удивительной любовницей и прекрасной женой. Нужно лишь немного подождать…
— Полковник, вы так довольно улыбаетесь… Вас радуют наши успехи в разработке двигателей?
— Я невероятно счастлив!
Глава 9
Я нашла самый верный способ не спать всю ночь. Любовные муки не позволят и глаз сомкнуть. Как мог Стоун узнать о родимом пятне? Есть ли вероятность, что похожая примета имеется у какой-то другой его знакомой, находящейся с полковником в таких отношениях, что тот ее видел? Все-таки пятая точка довольно интимное место. Хотя на пляжах и не такое можно встретить…
Но ведь я угадала девиз его семьи, а он говорил его во сне во время наших ласк. Еще одно совпадение? Нужно гнать от себя мысли. Когда я думаю, что сны были на двоих, жар прокатывается по всему телу и желание воспламеняет кровь.
Неужели синий вирус любви сотворил с нами подобное? Если предположить, что все правда, допустить, что Алек помнит то же, что и я, — наши встречи, ласки и желания, — сразу возникает несколько интересных вопросов.
Догадался ли он, что сны видели мы оба? Догадывается ли о причине странного явления? И что будет делать, если все понял?
Вскочив с кровати, я заходила взад-вперед. В голове был абсолютный беспорядок и множество вариантов развития событий, сводящих с ума и лишающих покоя. Надо что-то сделать.
Выпить? В прошлый раз немного алкоголя помогло уснуть.
Выйдя в гостиную, увидела Арлу, которая вынимала из пищевого терминала стакан.
— Ты что не спишь?
— Поругалась с женихом. В который раз… И хочу выпить.
— Это алкоголь? Прекрасно! — обрадовалась я и, выхватив стакан, сделала несколько глотков. А потом, подумав, опустошила его до дна.
— Да-а… Смотрю и понимаю — тебе нужнее. Ты со своим поругалась, что ли? — удивленно спросила коллега.
— Думаешь, буду тебе душу изливать? — Я направилась к себе.
— Как мое вино пить, так она первая, а как…
Договорить Арла не успела — я вернулась и внимательно на нее посмотрела.
— Хорошо, слушай. Женщина испытывает к мужчине чувства, она, возможно, проговорилась ему. А может, и нет. А он смотрит и молчит, молчит и смотрит. И женщина не уверена, что желает, чтобы это менялось. Но и оставить все так, как есть, не может. Что делать?
— Надо еще выпить. Ничего не поняла в ваших запутанных отношениях, но алкоголь поможет расслабиться и уснуть.
Помня, чем закончилась прошлое возлияние, я решила ограничиться одним бокалом. И — спать!
Голова болела адски! Каждый звук отдавался в ней набатом. А ведь не хотела много пить. Как только мысль о свершенном дошла до моего измученного сознания, я начала проверять плокстор и хаотически вспоминать: что вчера было?! Но, как ни пыталась, никаких ужасов не вспомнила и, смирившись, со стоном поплелась в ванную. Личная жизнь не повод прогуливать работу. Правда, спустя час, пока кралась к своему Центру и боялась наткнуться на полковника, я уже так не думала.