реклама
Бургер менюБургер меню

Наталья Корнева – За что убивают Учителей (страница 71)

18

– Возвращайтесь назад… этого не может быть, это не конец.

Он знал этого человека семнадцать лет и будто впервые разглядел только что, уже после смерти. Как все это неправильно, как больно, больно.

Так многое нужно сказать, но Учитель более не преклонит слуха к словам Второго ученика. Многое так и останется невысказанным. Он может говорить все, что угодно, но Учитель навсегда останется нем. Во всем мире теперь не найти его душу. А в его собственной душе не будет отныне ни мира, ни войны.

По лицу, оставив влажные дорожки, скатились и тут же высохли две одинокие слезы.

– Простите меня, Учитель.

Но Учитель уже ушел, унося с собою красное солнце. Душу его забрала разыгравшаяся снаружи метель. А Красному Волку осталась только маета будущих бесснежных зим Бенну, последнего города, доставшегося в наследство от наставника.

Та ночь навсегда развела их пути. Если бы она была хоть чуть-чуть длиннее. Как несправедливо – уже завтра наступит весна, наступит день рождения Красного Феникса Лианора, до которого тот не дожил каких-то несколько часов. После кончины Учителя нежный аромат красного лотоса несколько недель будет стоять в адитуме.

«Прощайте, Учитель».

Вот и все. Наконец отомщены все унижения; но отчего же такое чувство, будто на сей раз он принес в жертву свое одинокое сердце?

Вдруг, в редкий момент прояснения сознания Элиар припомнил кое-что безмерно важное. Способности Видящего вновь выручили его, выудив из омута памяти то единственное, что имело значение сейчас. Давным-давно, из случайно подслушанного разговора Учителя с Ишерхэ он узнал, что тайно совершенным ритуалом душа Красного Феникса навек привязана к его лотосной крови. В драгоценной крови Учителя таится не только сила солнца, но и тонкая ниточка, ведущая к ушедшей в небытие душе.

Это знание дорого стоило.

Шумно выдохнув, Элиар дернул из поясных ножен стилет, чтобы вонзить хищный четырехгранный клинок точно в артерию – так глубоко, как возможно.

Как глубока была его ненависть – и его преданность.