Наталья Колмогорова – Чужие мои дети. 16+ (страница 9)
Я молча кивнула, думая в этот момент о том, как объясниться с Ваней и какие подобрать слова и веские доводы?
– Может быть, NN испугался, ведь Ваня – далеко не подарок.
– Допускаю и такой вариант. Впрочем, вряд ли! Я неплохо разбираюсь в людях и, судя по всему, у человека действительно форс-мажорные обстоятельства… Вы сможете сами обо всём рассказать мальчику? Или это лучше сделать мне?
И вновь, как в прошлый раз, там, на лестнице, сильный спазм схватил меня за горло…
Светлана Ибрагимовна выждала паузу:
– Давайте сделаем так: я всё объясню Ване сама, а вы, как педагог, поддержите ребёнка в трудной ситуации, насколько это возможно; чем-то его отвлечёте, мотивируете…
– Хорошо, постараюсь… А вторая новость?
– Ах, да, забыла… Завтра в вашу группу определяем новенькую, Лену Степанову. Все документы я уже подписала.
– Новенькую?… Но, учебный год давно в разгаре, как же она будет учиться вместе со всеми?
– К сожалению, так получилось. Вместо шестого класса девочке придётся посещать пятый. В школе Лену не видели несколько месяцев.
– А откуда привезут девочку?
– Из посёлка Приволжский, это недалеко от нашего города.
– Мне приходилось там бывать… Скажите, а почему Лена не училась, она жила с родителями?
– В семье – ещё трое детей, один из них – инвалид. У матери хватает денег только на личные расходы, ну, вы понимаете, на какие…
– Ужас! Прошлый век какой-то.
– Ознакомьтесь, пожалуйста, с документами, а после обеда верните мне.
И я приняла от Светланы Ибрагимовны историю ещё одного ребёнка, ещё одного ангела с подрезанными крыльями – Лены Степановой.
…
На всех парах лечу на автобусную остановку и в последнюю секунду взлетаю на подножку уходящего транспорта – успела! Мой маршрутный микроавтобус, как обычно, битком набит пассажирами, яблоку негде упасть.
– Передай, говорю, на билет!.. Оглохла?
Длинноволосый отрок лет восемнадцати тычет в лицо пригоршню мелочи. От взгляда его колючих и наглых глаз я отшатнулась так, словно получила пощёчину. Возможно, в другой ситуации я бы приструнила наглеца, но сейчас не было ни сил, ни желания.
Я передала парню билет, и вдруг отчётливо представила на его месте Ваню… Митьку… Мишу.
Что будет с этими мальчишками, когда они покинут стены Детского дома, кем станут? Не превратятся ли в такого же юнца, у которого явно трансформированы нормы морали и человеческие принципы? Повстречайся такому юнцу ночью, где-нибудь в подворотне – пожалуй, несдобровать…
– Стой, гадёныш!
Я обернулась на крик: пожилой мужчина, подорвавшись с места, рванул было к выходу, но оказалось, поздно – двери захлопнулись. Прыщавый, за секунду до того, как сомкнётся «гармошка» дверей, сорвал с мужика норковую шапку и на ходу выпрыгнул из автобуса.
Водитель ударил по тормозам; пассажиры возмущённо загалдели.
Пострадавший обречённо махнул рукой – «чего уж теперь, не догнать!»
Я взглянула в заиндевевшее окно: петляя, словно заяц в лесу, расталкивая прохожих, долговязый добежал до ближайшего здания и скрылся за углом.
Господи, когда же закончится этот день?!
…
Родной подъезд встретил меня запахом жареной картошки – явно Пашка старается! За дверью Зои Ивановны слышится дружелюбное повизгивание – это Артемон почуял моё присутствие.
– Юлька, раздевайся быстрее, проголодался, как слон!
Я не спешу к столу: дважды или трижды машинально намыливаю руки, топчусь перед зеркалом в ванной, разглядывая кислое выражение лица, горькие складки возле губ.
– Ау-уу! – Пашка теряет терпение. – Юль, ты что – издеваешься?
– Да иду я, иду.
– Ты чего такая смурная?
– День тяжёлый.
– У тебя каждый день – тяжёлый. Может, уйдёшь, наконец, из этого дурдома?
– Точно, дурдом.
– Так увольняйся!
Пашка откусывает большой кус хлеба и начинает жевать с таким остервенением, что желваки ходят ходуном.
В такие моменты Пашку лучше не трогать – пусть остынет…
Стратегия и тактика в семейной жизни вырабатываются годами. Как бы ни были вы счастливы со своей второй половинкой, как бы сильно не любили друг друга, склоки, разногласия и недопонимание – неизбежны!
Несовпадение настроений, характеров, мировоззрений и мнений, воспитания и прочих факторов могут послужить серьёзным препятствием на пути к семейному счастью, разрушить идиллию и поставить крест на самой горячей любви…
Я спешила домой за пониманием и поддержкой, в надежде, что муж, увидев моё огорчённое лицо, сразу пожалеет, поможет раздеться, поцелует, обнимет, а он – про еду, «есть хочу, как слон»… Нет, всё-таки мужчины устроены иначе!
Я взглянула на Пашку, уплетающего картошку и вдруг устыдилась своих мыслей: «Голодный муж приготовил ужин, накрыл на стол, а я?.. Свинья неблагодарная!»
– Паш, извини.
– Да ладно, ешь, а то всё остыло.
– У тебя как дела, на твоём ВАЗе?
Пашка как-то замялся, перестал жевать, отложил вилку в сторону и засучил рукава: по самые локти руки его покрывала мелкая сыпь, как будто после ожога крапивой.
– Что это?
– Сказали, аллергия, на краску.
– Ты что, работал без перчаток?
– Ну, было пару раз – забыл надеть.
– Ты вообще – соображаешь?
– Не переживай, я больше так не буду! Честно.
– Ладно, куплю завтра что-нибудь в аптеке противоаллергенное.
– Юль, я ж сегодня зарплату получил. Так что закрывай глаза – обещанный сюрприз!
…
Под торжественное «та-да-да-дам!» Пашка поставил на стол большую коробку.
– Не может быть!
– Можем себе позволить, Юлия Ивановна! – Хвастливо сказал Пашка и заулыбался.
– Ну, открывай.
– Нет, ты открывай!
Кухонным ножом Пашка умело вскрыл упаковку…