Наталья Кох – Замкнутая система (страница 11)
И продолжила наблюдать, как Тайлер, проследив взгляд парня, нахмурилась, сердито качнула головой и, резко развернувшись на каблуках, потопала следом за компанией боевиков к жилому студенческому городку. Дембовский рванул за ней, схватил за руку и что-то спросил. Тайлер, изогнув бровь, покрутила у виска пальчиком. Он рассмеялся, и вновь вся четвёрка в обнимку свернула в парк.
– О! Укрощение строптивого! Или ревнивого?.. Разберёмся. – хихикнула Юлия и задумалась, – А завтра посмотрим, чем закончилась их сегодняшняя эскапада. И, кстати, выясню, для чего же им понадобился постер с сектором Кита?
Юлия загрузила, наконец, в собственную базу результаты тренинга, запустила программу систематизации и решила, пока идёт обработка данных, просмотреть компромат: закладки с камер наблюдения, слитые на свой сервер.
– Гадский бит!!! – аспирантка начисто забыла и о проекте, и обо всём на свете, летая пальцами по сенсорной клавиатуре. – Это он, сидя на подоконнике в холле, намотал вирусную защиту на своё видео-художество прямо у меня перед носом?!
Покончила с вирусом и восстановлением спасённых файлов Юлия уже далеко за полночь и, основательно пошипев, когда не удалось с наскока взломать «Вселенское Зло», поплелась спать. День выдался на редкость эмоционально насыщенным!
Утром, едва открыв глаза, она просмотрела вечерние записи с камер и поняла, что академию ждёт скандал, когда увидела Данилу Тищенко, бешено разбивающего в кровь кулаки о стену симуляторного зала, и посмеивающихся однокурсников на фоне розового заката с ним рядом. Мгновенно проснувшись, Юлия вломилась в последние ведомости, и…
– ТРИ из СОТНИ? Да это же отчисление!.. Дембооовский!!! – простонала она, и, плеснув воды в заспанное лицо, понеслась к ректору в кабинет.
Председатель комиссии воспротивился её вмешательству. Ей пришлось предъявить данные об особом допуске, выданном в «Галактических Системах Защиты», о котором не знал вообще никто кроме ректора Ли, и даже поклясться выйти замуж за заместителя начальника УКР Илью Каминского, если она не докажет, что произошёл непредвиденный сбой в программе.
Её уровня программистов в комиссии не было однозначно, но всё же пришлось выкручиваться и кое-что подтасовать. Напоследок она предложила высоким гостям присутствовать при пересдаче экзамена несчастливым студентом прямо сейчас! Обошлось. Составили пространный акт с её слов и отправились на построение факультета.
– Отвечай, ученица моя, что ты об этом знаешь? – пророкотал Юлии на ухо профессор Ли, жёстко ухватив её за локоток. – Подозрительно вовремя ты появилась у меня в кабинете!
Она отговорилась итогами тренинга, ловко переведя тему на возможные перемещения в командах своего проекта, и настояла на том, что ей нет необходимости торчать на чужом плацу, улыбаясь Каминскому, когда до сих пор не закончена систематизация.
– Уфф… – выдохнула Юлия, торопливо залезая в систему и, открыв базу наблюдения, снова напряглась.
Высокая комиссия как раз пожимала руки пятерым лучшим курсантам БСП, среди которых рядом с Диего Гарсией и Чиому Ннамани стоял сияющий Йон Свенсон с радужным синяком на припухшей скуле и бровью, стянутой медицинской скобкой.
– Доржались, горячие боевые парни… – пробормотала аспирантка, – А Тищенко где?
Данилу она обнаружила на развилке в парке, где он, высоко закатав рукава слегка заляпанной белоснежной рубашки и злобно ругаясь сквозь зубы, пытался разбитыми руками отдраить что-то с парадного кителя прямо в чаше фонтана. Юлия, задумчиво хмыкнув, собралась переключиться, но тут вирт показал, как за спиной у парня появились три те самые «стихийные» девицы, которые вынырнули откуда-то с боковой аллеи и остановились чуть поодаль. Застывшие в холодном безразличии лица второкурсниц Юлию не обманули: глаза их светились торжеством! Девицы переглянулись, достали планшеты и т
Картинка сложилась!
– А ведь всё с точностью до наоборот… Это девицы затеяли страшную месть, потому что Тищенко где-то зацепил Вселенское Зло. Хакер ни за что бы им не пожаловался: не тот психотип. Значит, узнали сами и мстить за него решили сами. Ему не оставили выбора. – вслух рассуждала психолог. – Уверена, Дембовский ограничился бы оценкой по Теории суб-пространства, это-то явно его идея. А вот девчонки, оказывается, жаждали крови за своего любимчика! Полагаю, Дан этот стресс заслужил, но… Свенсон?
Пересдачу для Тищенко она решила непременно организовать. На следующий день.
А когда довольный ректор Ли уже провожал к челноку высоких гостей, в студсети появилась большая серия фотографий Звезды второго курса БСП с предложением «л
Неизвестные организаторы фотоконкурса победу шедевру не зачли, пояснив, что не был указан автор, и приз присудили портрету, представленному одной из близняшек Лао, но репутация…
Глава 5
«Ррррр!!! Надо срочно их дробить и разгонять по разным командам. Иначе мне конец!» – аспирантка поймала себя на том, что в очередной раз открывает файлы службы наблюдения и листает последние записи в поисках стихийных, и тихонько рассмеялась. – «Паранойя прогрессирует, однако!».
Уже несколько месяцев они внезапно не исчезали с камер и не появлялись на административном этаже, а ей казалось, что паразиты знают о её «маленьком хобби». Вне лекций и практикумов, когда четверо собирались вместе, они мало разговаривали, но у великого психолога Юлии Кэт всё чаще проскальзывала мистическая мысль о телепатии. От этого по коже пробегали противные мураши, и она клялась себе, что ей за глаза хватает стихийной четвёрки на проекте.
А ещё недалеко от них в объективах камер наблюдения теперь постоянно маячил задумчивый и угрюмый Йон Свенсон, часто появлялся рядом нервный Данила Тищенко. И с того самого сумасшедшего дня внимательно наблюдал издалека однокурсник Дембовского, длинноволосый Эть
Но при виде многозначительно переглядывающейся четвёрки в Юлии снова и снова просыпался охотничий азарт: очень хотелось подловить их хоть на чём-нибудь и устроить громкое воспитательное шоу. Она мониторила всё: посещаемость, успеваемость, д
А все пять факультетов Центральной Резиденции ГАИК до сих пор хихикали, обсуждая фото одной зазнавшейся звезды, и пытались угадать автора. Угадал Данила. Его носом ткнули в авторство встречей у фонтана в парке, но он молчал, а больше никто ничего так и не узнал.
Время шло. Проект развивался.
Дан Тищенко, сцепив зубы, рвался к стихийным в команду, но после истории с академическим срезом и нашумевшими зайчиками эти четверо его просто игнорировали, хоть парень очень старался.
Задания на взаимодействие становились всё сложнее, составы команд постоянно тасовались, участников в каждой постепенно становилось всё меньше, а команд, соответственно, всё больше. За полгода уже двое вылетели из проекта совсем: Юлия была неумолима, споры и возражения с обаятельнейшей улыбкой пресекала на корню, свои решения не поясняя.
Но особенно сложно было «первым». Она целенаправленно пыталась их развести, специально вставляя задания, решение которых невозможно без конфликтов.
Четвёрка стояла насмерть.
* * *
И вот на прошлом занятии расслабился и нарвался-таки Штефан. Девчонки бросились на его защиту, и красотка-аспирантка с коварной улыбочкой указала хакеру на дверь и предложила им уйти следом, если её решение кого-то не устраивает.
И они ушли. Втроём.
Вслед за Дембовским.
Демонстративно печатая шаг в полной тишине и гордо задрав дрожащие подбородки. Вслед получили приказ через неделю явиться на разбор полётов от «драк
За их столом, молчаливо склонив головы, остались сидеть трое: Любима Боева, однокурсница Райнич, попавшая за «первый» лишь сегодня, угрюмо сложивший руки на груди техник-связист Этьен Соланж, – тот самый длинноволосый медовый блондин с глазами цвета грозового неба, ненавязчиво включившийся в работу команды, продержавшийся с ними последний месяц и тенью следующий за четвёркой вне проекта, но их внимания не привлёкший. И Дан Тищенко, который вернулся в команду уже в третий раз. Здоровенный Свенсон вскочил из-за своего «седьмого», где капитаном обретался уже восьмое занятие подряд, и провожал их растерянным взглядом до выхода, сжав кулаки до белых костяшек.