Наталья Князева – Дороги (страница 6)
Спасти его любой ценой.
А как спасти? Да всё едино:
Любить своих, да вот и всё…
Любить, чтоб больше не вернулось,
Любить, прощать и принимать,
И лет как пять уж всё тянулось,
Гиены ждали, ждали час…
Ослабший тигр забыл про гордость,
Забыл про силу и про власть.
Он верил им, своим, и больше
Безумно не хотел страдать…
Но что же сделали гиены?
Они же в тот же час свои,
Они воспользовались темой,
Пусть любит, дура, мы ж умны…
Ослабший тигр от страданий
Хотел уйти через любовь.
Нутром он чуял, предававшим,
Он говорил: моё вы всё…
Но что гиены? То в их сути —
Убить того, кто не у сил,
Не оценили жизни мудрой
И вечных каяний души.
Гиенам нет теперь покоя,
Его не будет никогда,
Ведь в глубине – душа. Живою,
Теперь ей маяться. Всегда.
Успех и пена – всё остынет,
Иллюзий опустится пыль,
А тигр – стоит перед глазами
И раны солью ворошит…
А что же дальше стало с тигром?
Его душа в согласии с ним.
Он не предал себя и мигом
Себе он силу возвратил.
Идёт он твёрдыми шагами,
Добра желая всем вокруг,
И всех гиен своих – прощает,
Его дела большие ждут…
Мне мама давеча сказала
– Ну как ты можешь всё прощать? Какая сила помогает?
Какой цены твоей душа?
А что скажу я своей маме, ведь её сердце у меня,
Но что-то мудрое от папы, пришло в меня и навсегда…
Я маме вновь – о милосердии,
О том, что сила не во зле,
О том, что так в сто раз вернее
Пройти по матушке-земле.
И это вовсе не про слабость,
Не про бессилие – давно
Про путь души она всё знает,
Всё то, что чтили испокон…
Мне мама давеча сказала:
– Другая ты, ты лучше всех. Я б не смогла так.
Ты – прощаешь. За нас: за всех, за всех, за всех…
Ну что ответить моей маме? Да, мама, я ж твоё дитя.
Ты всё прощаешь, я-то знаю. Я жизнь живу, как ты – любя.
Проводник между мирами
В этом времени иду —
Где-то сглажу, где-то раню.
Надо так, я не ропщу,
Я иду, прошу все силы
Мне помочь пройти судьбу,
Даже если в этом мире
Кто-то слеп, а кто-то глух…