Наталья Кириллова – Темная тайна инкуба (страница 25)

Что происходит дальше?

Дальше внимание полностью переключается на ведьму. Ведьму выманивают на странную встречу на галерею, пытаются подставить с лишённым питания големом и крадут у ведьмы улики.

И что, согласно злодейскому плану, шло следующим пунктом? Заточение ведьмы в покои куда менее комфортабельные, нежели гостевые спальни у Олли? Допрос Стражем, подозревающим ведьму во лжи, в извлечении источника питания у голема и боги знают в чём ещё? Или путешествие Стража и ведьмы на Светлую сторону и есть следующий пункт?

Я так и не нашла, к чему приложить непонятный рассказ анонима. Сумрачная ведьма, проклятия, Стражи с каким-то неясными превращениями в невесть кого. Аноним настойчиво пытался донести мысль о повышенной безэмоциональности Стражей, но на деле я не видела никаких тому подтверждений. Не знаю, что собой представляют те двое других, однако и Олли, и Эйден производили впечатление вполне себе обычных людей, не чуждых человеческим чувствам. Безусловно, Эйден более сдержан и менее открыт, чем Олли, но так он и старше, опытнее, и характеры у Стражей не могут быть одинаковыми.

А ещё сделка Бастиана и Ризанта — имеет ли она какое-то особое значение в этой истории или это просто удобный, удачный повод обстряпать дельце с транспортировкой ведьмы в цитадель?

Анониму известно многое, даже слишком многое.

У него не только куча свободного времени, но и в достатке средств на подобного рода развлечения. Подставные лица, аренда дома в течении полугода и наверняка ещё приличная куча трат не рассчитаны на простого человека с небольшим доходом.

Он хорошо ориентируется и на Светлой, и на Тёмной сторонах, что уже позволяет изрядно сократить список подозреваемых. И пускай у меня нет этого списка, но, кажется, пора начинать составлять.

Он может аккуратно извлечь источник питания голема — или у него есть тот, кто может.

Он может отдать приказ голему из цитадели и тот его исполнит — что сокращает мой не составленный список до…

Стук в дверь отвлёк от мучительных попыток просчитать ход чужих мыслей.

— Инарин, это Эйден. Вы будете ужинать?

Торопливо соскочив с кровати, я бросилась к двери, открыла.

— Ужинать? Да, конечно, было бы неплохо.

— Тогда пойдёмте.

Я накинула жакет, и мы спустились на первый этаж, в ресторан. Нашли свободный столик у стены, сделали заказ. Меню не шибко разнообразное, впрочем, от гостиниц такого уровня изысков ждать не приходится. Зал небольшой, освещённый свечами на столах и люстрой под потолком, посетителей мало. То ли время неподходящее, то ли в гостинице в принципе постояльцев немного. Дождавшись заказанных блюд, мы приступили к трапезе. Поначалу ели молча, я поглядывала исподлобья на сидящего напротив мужчину, гадая, стоит ли озвучивать ему мои измышления. Не думаю, чтобы он не пришёл к схожим выводам самостоятельно, без моей помощи, но две головы всегда лучше одной…

Если только не возвращаться к теме его возможного участия в происходящем.

Ну а что? Как Страж Эйден идеально подходил почти под все перечисленные мной пункты.

Как, впрочем, и другие Стражи.

Но зачем всё это затевать Эйдену или любому из его коллег?

Предположения касательно мотива пока отчаянно хромали на обе ноги.

— Следует признать, что эта поездка ничего нам не дала, — решила я нарушить повисшее над столом молчание.

— Почему же? — Эйден отрезал от бифштекса кусок. — Теперь мы знаем, что тёмная ведьма Моргана в происходящем не замешана, более того, персонаж она исключительно вымышленный.

— По возвращению в цитадель можно расспросить Колина, пусть опишет поподробнее эту вымышленную Моргану… а лучше портрет составить по его описанию. Вы умеете рисовать?

— Нет, — Эйден удостоил меня быстрым взглядом и вернулся к кромсанию мяса.

— И я нет. А Олли умеет?

— Не думаю.

— Жаль, — приуныла было я, но затем вспомнила. — Радана умеет.

— Она рисует акварелью пейзажи и натюрморты… довольно простенькие.

— Вы их видели?

— Да, леди Ризант показывала альбом со своими рисунками.

— Она так много рисует? — удивилась я.

— Она быстро рисует, — поправил Эйден. Помолчал немного и спросил вдруг: — Вы хорошо помните то время, что провели на Тёмной стороне восемь лет назад?

— Если была трезвой, то помню, — усмехнулась я и поймала новый взгляд Эйдена, неодобрительный какой-то, укоризненный.

— Хотите сказать, вы не всегда были… трезвой? — и так покосился на мой бокал с вином, словно я могла захмелеть и пойти вразнос с одной порции. И это при том, что бокалы в ресторанах не наполняют под завязку.

— Хотите сказать, вы никогда не были молодым, пьяным и совершающим глупости? — парировала я нарочито лёгким, весёлым тоном.

— Был, — признался Эйден неохотно.

— Тогда откуда столько осуждения?

— Я не осуждаю…

— То есть это не осуждение? — я потянулась к своему бокалу, сделала глоток терпкого красного. — Странно. Подозрительно похоже именно на осуждение.

— Инарин, все мы были молодыми, хотя и необязательны пьяными и тем более пьяными настолько, чтобы не помнить каких-то событий, — предельно терпеливо начал объяснять Эйден. — И многие из нас совершали в юные годы глупости. Но глупости бывают разные. Некоторые остаются безобидными шалостями, некоторые превращаются в проблемы, а некоторые оборачиваются последствиями, что будут с тобой даже многие годы спустя.

— Поэтому вы по молодости лет алкогольных напитков не пили и глупости не совершали.

Прямо не человек… или к какой там расе относятся Стражи… а ходячая добродетель.

— Пил. И совершал. И последствия некогда совершённой глупости остались со мной навсегда.

— Что за глупость? — немедля заинтересовалась я.

— Глупость, — повторил Эйден мягко, но с ясно читающимся намёком, что подробностей ожидать не стоит. — Не волнуйтесь, от неё никто не пострадал, кроме меня. А теперь давайте всё же вернёмся к вашим… глупостям. Что вас привело на Тёмную сторону?

— Ничего в частности, — настал мой черёд с повышенным вниманием изучать содержимое тарелки. — Мир хотела посмотреть да себя показать. Смотреть на мир с этой стороны мне быстро наскучило, и я замахнулась на ту. Думала, там всё иначе… нет магов и простых людей, многие из которых бывают слишком нервными, поэтому можно не скрываться, колдовать не таясь и вести себя как настоящая тёмная ведьма. Ну, как я тогда представляла себе тёмных ведьм. Мама отговаривала, а бабушка, наоборот, советовала мне рискнуть и ничего не бояться, дать себе волю, понять и прочувствовать границы своих возможностей. На Светлой-то стороне так не разгуляешься, будь ты хоть какая ведьма. В общем, махнула я на Тёмную сторону. Пару недель бесцельно моталась по тамошним городам и весям, а потом встретила в одном городе… компанию, к которой и примкнула на ближайшие несколько месяцев.

— Что за компания? — дотошно уточнил Эйден.

— Просто… компания, — передёрнула я плечами. — Очень разномастная, под два десятка представителей едва ли не всех известных рас и видов этой стороны. Людей, ясен день, не было. Ничем особенным они не занимались, так, глупости всякие…

— Глупости бывают…

— Разные, я помню. В основном, дурью маялись. Эксперименты какие-то безумные ставили, гонки устраивали, ввязывались в споры, дуэли и игры, развлекались в клубах до утра. Город был большой, было где развернуться…

— Что за город?

— Нодкрад.

— Нодкрад один из крупнейших городов Тёмной стороны со смешанным населением, — кивнул Эйден. — Крупные происшествия с серьёзными последствиями случались?

— Нет.

— Уверены?

— Ничего такого я не припоминаю, — я заметила, как Эйден вопросительно поднял брови, и добавила: — Крупные происшествия с серьёзными последствиями за одну ночь не рассеиваются, так что они не прошли бы мимо даже самого запойного члена этой компании.

— Вы помните кого-то из той компании? — продолжил допрос мужчина. — Сможете назвать имена?

— Имена назвать я могу, но абсолютно всех не помню. Это раз. Периодически кто-то приходил, кто-то уходил. Это два. И три — у кого-то было крайне заковыристое имя, кто-то не хотел афишировать настоящее, а кто-то предпочитал не распространяться о своём происхождении, поэтому угадайте, что мы делали?

— Использовали псевдонимы и прозвища.

— Правильно.

— У вас тоже?

— Разумеется.

— Какое же?

— Ведьма. Я с самого начала называла себя ведьмой, вот оно за мной и закрепилось. Настоящее имя я мало кому говорила, несмотря, что у меня как раз не было причин его скрывать. И никто не говорил, если только случайно не всплывало или сам не проболтается по пья… случайно.