Наталья Кириллова – Ива. Учиться - не напасть (страница 2)

Элида погасила верхний свет, оставив ночник на моей тумбочке, и опустилась на кровать рядом со мной.

— А что у нас с серенадами под окном? — понизив голос, с волнующим придыханием полюбопытствовала девушка.

Я шутливо пихнула её локтём под ребро и тут же задумалась, глядя на две яркие картинки с правого края.

— Грядут изменения, — медленно произнесла я, — но мы сами решим, принимать их или нет. А может, просто всё в наших руках.

— Да-а, короче, парни к нам сами не придут, придётся силком тащить и привязывать к дереву, чтобы не разбежались, — хихикнула подруга.

Я усмехнулась. Вот уж действительно: если не дали боги возможности родиться красивой, то культивируй чувство юмора и наглость в качестве второго богатства. Настоящей блондинки из меня не получилось, несмотря на светлые от природы волосы, сейчас собранные в лохматый пучок на макушке. Роста я вполне себе среднего, глаза серо-голубые, не самое привлекательное лицо без особых примет. Однако по поводу своей не шибко выдающейся внешности я не комплексовала, справедливо полагая, что не в смазливой мордашке счастье.

— Ещё не спите?

Мы синхронно вздрогнули и обернулись на негромкий женский голос. Высокая, тоненькая преподавательница столь нелюбимого нами травоведения стояла на пороге комнаты, скрестив руки на груди. В этой молоденькой девушке с каштановыми волосами чуть ниже плеч, миловидным лицом и карими, немного печальными глазами едва ли кто-то мог заподозрить оборотня. Сама Эрика своего происхождения не скрывала, свободно разгуливая по территории пансиона в зверином обличье. Под настроение она даже выходила к гостям и, старательно виляя хвостом, начинала ластиться к слегка опешившему визитёру. Людей незнающих поджарый серый волк заметно смущал, они пятились, пытались обойти зверюгу по большому кругу и сбивчиво бормотали что-то о «хорошей собачке».

— Нет, — не стала отрицать Элида очевидное. — Ив сделала расклад на следующую неделю.

— И как, сдадите зачёт или нет? — понимающе уточнила Эрика.

— Сдадим, — уверенно подтвердила Элида.

— Я запомню. Не засиживайтесь допоздна. Спокойной ночи, — добавила Эрика и бесшумно удалилась, прикрыв за собой дверь.

— Спокойной ночи, — хором отозвались мы.

Элида выждала минуту и перевела взгляд на верхний ряд карт.

— А что это за большой бум в конце?

Я посмотрела на заключительную картинку, пожала плечами.

— Потрясение. Может, случится что-то.

— Зачёт провалим?

— Не думаю. Не настолько этот зачёт важен, чтобы мы из-за него так переживали.

— Тогда поживём — увидим, — с напускным легкомыслием отмахнулась подруга и соскочила с моей кровати.

Щёлкнула выключателем ночника, скользнула в наполнивших спальню сумерках к окну, расположенному напротив двери.

— Эли, ты что? — удивилась я. Карты и мои идеи, касающиеся их значения, солидарно утонули в потемках.

Девушка обернулась, поманила меня пальцем. Я со вздохом сползла с одеяла и тоже подошла к окну.

— Что там интересного?

— Тс-с. Смотри, — шёпотом велела Элида.

Я послушно высунулась в проём. Из этого окна, выходившего на торец здания, открывался вид на окружающий пансион палисадник. За низким фигурным заборчиком тянулась мощённая плиткой дорожка, ведущая вокруг здания к ристалищу, освещённая одиноким фонарём. Минуты две ничего не происходило, у меня начали мёрзнуть обнажённые руки и плечи, прикрытые лишь бретельками майки. Наконец дорожку пересекла стремительная серая тень. Мелькнула призраком и тут же растворилась в черноте за пределами светового круга, отбрасываемого фонарём.

— На прогулку пошла, — со знанием дела заметила подруга.

Я выпрямилась. Волки-оборотни жили общинами, маленькими закрытыми группами, куда редко допускались посторонние. Да и сами оборотни не распространялись о деталях своей жизни, предпочитая, как и прочие малочисленные расы, держаться исключительно собратьев. Но Эрика выбрала преподавание в пансионе — не самая типичная деятельность для представителей её расы, — и путь одиночки.

— Может, она встречается с кем-то? — задумчиво предположила Элида.

— С кем? — я одарила её скептическим взглядом. — С волком из леса?

— Ну должна же хоть у кого-то быть личная жизнь.

— У Ниссы есть, — со смехом напомнила я. — Или ты не рада за подругу?

— Рада, — Элида зевнула и потянулась. — Только была бы не против, чтобы таковая водилась и у нас.

Я покачала головой и закрыла распахнутые оконные створки.

Аккуратно закрепив скрученные в жгут волосы на макушке, я глубоко вздохнула и, подбодрив себя радостным визгом, сорвалась с места. Промчалась по дощатому причалу, оттолкнулась и прыгнула в освежающие воды Ювенты. Озеро с готовностью приняло моё бренное тело, позволяя в своё удовольствие воображать себя русалкой. Я проплыла немного среди трепещущих зелёных водорослей, распугивая серебристые стайки мальков, вынырнула, перевернулась на спину, любуясь бледно-голубым утренним небом. Оно казалось бескрайним и бездонным, только-только тронутое лучами восходящего солнца, похожее на чистый лист бумаги, ожидающий, когда его заполнят. Я вытянула одну руку, представляя, что могу коснуться лазурной глади. Наверное, на ощупь она может быть гладкой, прохладной, словно шёлк. И если долго всматриваться в небесную высь, начинает сладко кружиться голова.

Улыбнувшись сумбурным мыслям, я перевернулась на живот и погребла к отмели — маленькой каменной плите в нескольких десятках метров от берега. Взгромоздилась на скользкую поверхность, приняла позу лотоса и закрыла глаза, погружаясь в ежеутреннюю медитацию. Вода тихо плескалась на моих скрещенных ногах, на отмели доходя мне лишь до талии и то в сидячем положении. Озеро расстилалось вокруг безмятежной гладью, покой окутывал невидимым плащом. Дыша ровно и глубоко, я слушала, как просыпается лес на другом берегу, как с пронзительным свистом стрижи рассекают прозрачный воздух, как оживает городок Тэннон, находящийся в стороне от пансиона. Солнце поднималось из-за зубчатой зелёной стены деревьев за моей спиной. Его лучи золотили крыши пятиэтажных домов и нашего двухэтажного пансиона, разгоняли укрывшуюся в уединенных бухтах дымку. С дальнего берега, слева от меня, где расположилось небольшое поселение, доносился рокот моторной лодки. Город шелестел неразборчивым гомоном и урчанием автомобилей, пансион наполнялся голосами, встряхивался, готовясь к новому дню.

Я мысленно поблагодарила богиню за её дары и открыла глаза. Тёмно-вишнёвое, с белыми полосками оконных рам, здание устроилось ровнёхонько на том месте, где береговая линия резко уходила вперёд, образуя крутой изгиб. Дом и окружающие его деревья скрывали от меня остальную часть озера. С отмели можно разглядеть только выплывающий из-за них дальний берег, сейчас ещё тонущий в тумане. Город — домики, кажущиеся с отмели игрушечными, закованная в камень набережная, пристань поодаль — раскинулся справа от пансиона. С третьей стороны, позади меня, зеленел огромный массив — гордость Лесного края. Здешние леса, давшие имя этой местности, охранялись Священным Кругом, вырубка и охота строго контролировались.

По сравнению с Верой, столицей Веритаса, Лесной край считался провинцией и мне, выросшей в большом шумном городе, поначалу всё тут казалось диким и чересчур тихим. Однако за два года обучения в «Дионе» я привыкла и к свежему воздуху, и к звукам ночного леса, и к размеренной жизни Тэннона. Ещё год, и я смогу покинуть пансион, вернуться к родителям в Веру и задуматься о будущем… но кто бы знал, как не хотелось уезжать отсюда! Всей душой я успела привязаться к Ювенте и её изумрудным берегам.

Хм-м, может, пойти в пансион работать на полставки?

Я осторожно пошевелила онемевшими плечами, покрутила головой, разминая шею. На причале возникла стройная чёрная фигурка, помахала мне рукой.

— Иво-он! — позвала она, подпрыгивая на месте.

Я махнула в ответ, вытянула ноги и слезла с плиты. Вода обожгла успевшую высохнуть верхнюю половину тела: по утрам, да ещё в последние дни весны Ювента теплом не радовала, прогреваясь в лучшем случае после полудня. Однако я бесстрашно начинала купальный сезон раньше всех, в хорошую погоду с удовольствием доплывая до отмели и обратно. Вот Ниссу точно не заставишь зайти в озеро даже по пояс, пока не наступит летнее солнцестояние. Да и то при условии, что лето выдастся жарким.

Поднявшись на причал по уходящей в воду деревянной лесенке, я с благодарностью приняла протянутое полотенце и закуталась в синюю махровую ткань.

— Как водичка? — участливо поинтересовалась Нисса.

— Замечательная, — отозвалась я, сдерживая зубовное клацанье. Всё-таки прохладно ещё с утра. — Не желаешь ли искупаться?

— Спасибо, душ я уже приняла, — с достоинством парировала Нисса.

Оставляя мокрые следы на дощатом настиле, я пошлёпала к заднему крыльцу пансиона. Не то чтобы в «Дионе» часто бывали гости, перед которыми не следовало бы мельтешить в купальнике, однако я на всякий случай и во избежание некрасивых прецедентов пользовалась чёрным входом. Пару лет назад Брин, тогда ещё новичок в пансионе, заявил, будто магесса, не будучи существом нечеловеческого происхождения, сможет уложить его на обе лопатки исключительно посредством заклинания, а не врукопашную. Элида вызвать доказать заносчивому катессу обратное, предварительно предложив, что в случае проигрыша он устроит во дворе бесплатный стриптиз на радость нашему сугубо женскому коллективу. Понятия не имея, с кем связывается, Брин согласился, со своей стороны обязав Элиду сделать то же самое, однако в его комнате и приватно. Надо признать, дрался Брин хорошо, бой получился зрелищный, совсем как в кино, но в конечном итоге победила Элида. На следующий день, после занятий, пока наставники совещались в кабинете директора, мы тайком собрались в одной из классных комнат, взымать с катесса должок. Первые несколько минут всё шло весьма неплохо, Брин оказался не лишён некоторой склонности к эксгибиционизму, как вдруг у его выступления обнаружились новые зрители в лице комиссии из Священного Круга. Как выяснилось чуть позже, оная должна была прибыть с проверкой через неделю. Потому-то наставники и уединились в директорском кабинете: решали, как за столь короткий срок придать нашему учебному заведению хотя бы подобие респектабельного вида. Однако проверяющие приехали в Тэннон заранее и решили нагрянуть без предупреждения. Причём заметили мы свидетелей не сразу, и штаны Брин снимал уже под изумленные взгляды почтенных магов…