Наталья Кириллова – Ива. Учиться - не напасть (страница 16)
— Нет.
— Что-то ты, подруга, сегодня на редкость неразговорчива, — пытливо прищурилась Элида. — Колись, в чём дело?
— Ни в чём, — передёрнула я плечами.
— Ив обиделась, — просветил друзей катесс. — Сама потребовала правды и обиделась, когда я сказал, что она не подготовлена для такого рода прогулок.
Я оторвалась от тарелки и одарила этого выскочку уничижающим взглядом. Ну каков хам, а? Строит тут из себя опытного всезнайку, я, дескать, нюхал порох, а ты так, наивная девочка-припевочка из теплицы. Кому как, а лично мне верится с трудом. Что стоило нашему красавчику с хорошо подвешенным языком наплести мне с три короба да мордашку изобразить подостоверней? Проникновенные, предельно честные глаза, негромкий, неожиданно ласковый голос немолодого, немало повидавшего человека и я, привыкшая к Брину-хвастуну, запросто купилась. Любопытно, его последняя реплика удачный экспромт или он её загодя подготовил?
— Ба, первая умная мысль со вчерашнего вечера, — внезапно поддержала возлюбленного Нисса.
Второй взгляд достался сидящей рядом «доброй» подруге.
— Я серьёзно, — не смутилась та. — Ивон, тебе-то зачем было туда тащиться?
На третий взгляд сил не нашлось.
— Злые вы, — буркнула я и, прихватив тарелку, встала. — Уйду я от вас.
— И куда ты пойдёшь? — риторически вопросила Элида.
Идти и впрямь было некуда, не дальше столовой, однако я демонстративно двинулась к пустующему соседнему столу. Как раз в эту минуту на пороге помещения появилась Динайра с охапкой роз. И цвет их был весьма примечателен — чёрный, словно обсидиан.
Динайра удивлённо покосилась на меня и направилась к нашей компании.
— Элида, — секретарша Александра протянула девушке цветы. — Это тебе. Только что курьер принёс.
— Мне? — изумилась Элида, принимая букет.
Динайра кивнула.
— Там карточка, — пояснила она.
Элида выудила белый картонный прямоугольник с какой-то виньеткой, перевернула, ознакомляясь с надписью на задней стороне.
Любопытство пересилило обиду, и я вернулась к столу, нахально заглянула через плечо подруги.
— Ну что там? — нетерпеливо заёрзала Нисса.
Не отличавшийся тактом в отношении кого бы то ни было Брин последовал моему примеру и дальше — зачитал содержание записки вслух.
— О-о! — только и смогла выдать катесса.
Динайра, тоже явно не собиравшаяся уходить, многозначительно улыбнулась.
— И кто этот загадочный «А»? — вкрадчиво поинтересовалась секретарша.
— Понятия не имею, — честно ответила Элида.
— Меня другое волнует, — хмуро заметил Брин. — Где он достал чёрные розы?
— Мои любимые, — добавила Элида, растерянно понюхав цветы.
— Ты любишь чёрные розы? — ахнула я.
— Обожаю, — призналась подруга. — Но здесь их почти не найти, да и стоят они… много.
— Ну а упомянутый вечер когда был? — не отставала Динайра.
Элида пожала плечами.
— Он что, невидимка?
— Родом из склепа, — зловеще поддакнул катесс. — Потому что лишь мертвец мог прислать розы траурного цвета.
— Кое-кто мне даже одуванчика не подарил, — едко обронила Нисса.
— А тебе нужны одуванчики? — искренне удивился недогадливый кавалер. — Ну если хочешь, я их тебе надёргаю.
Катесса возвела очи горе, но объяснять незадачливому ухажеру, что важен не подарок, а внимание, не стала.
Забыв о недоеденном втором, Элида встала из-за стола и двинулась к выходу, с нежной улыбкой рассматривая букет.
— Только не говорите, что за последний месяц она ни разу не выбиралась на свидания, — вздохнула Динайра.
— В этом году — ни разу, — уточнила я.
— Я в вашем возрасте, девочки, со свиданок не вылезала, — нравоучительно заявила секретарша, выглядевшая в лучшем случае чуть старше Элиды.
На пороге замечтавшаяся девушка столкнулась с Эрикой, неторопливо входящей в столовую. Впрочем, молниеносная реакция оборотня позволила преподавательнице в последнее мгновение ловко увернуться и вплыть в помещение спиной вперёд. Однако, заметив необычные цветы, волчица замерла.
— Чёрные розы? Откуда они здесь?
Погружённая в свои думы, вопроса Элида не расслышала и преспокойно скрылась в коридоре, так что Эрике пришлось довольствоваться нами.
— Воздыхатель тайный прислал, — с оттенком лёгкой зависти пояснила Динайра.
Выражение учительского лица повергло нас в состояние некоторого изумления и тихой паники. Наверное, примерно с такой гримасой реагируют на отступника, заявившегося прямиком на Эсмеральду, остров в Тёплом море, где располагалась главная штаб-квартира Священного Круга, и как ни в чем не бывало попросившего поделиться последними разработками в области маскирующих заклинаний.
— Он приходил сюда⁈ — сквозь удлинившиеся клыки процедила волчица.
Будучи привычной ко всему эоской, секретарь директора не смутилась при виде зрелища не для слабонервных и отрицательно качнула головой.
— Букет принёс курьер, сказал, что для мэйли Элиды. Я расписалась, он отдал цветы и ушёл.
Глаза Эрики как-то нехорошо сузились.
— А как выглядел курьер?
— Обычно. Довольно высокий, на голове бейсболка, не слишком симпатичный. Я бы даже сказала, неприятный.
— Неприятный? — повторила учительница таким продирающим тоном, словно Динайра оскорбила её единственное и обожаемое чадо. Однако в следующую секунду лицо разгладилось, и укоротившиеся клыки больше не привлекали нашего напряжённого внимания. — Ладно, — уже спокойно, не обращаясь ни к кому конкретно, добавила волчица и тоже ушла, точно приходила лишь за тем, чтобы посмотреть на букет.
Весть о неожиданном подарке разлетелась по пансиону менее чем за полчаса и оставшиеся полдня в нашу комнату под различными предлогами заходили желающие взглянуть на поставленные в вазу цветы. Правда, лично у нас вазы не обнаружилось, и Элида нахально одолжила оную из директорской приёмной. Присутствовавшая при этом Динайра не возражала, заметив, что ставить такой букет в обрезанную пластиковую бутылку — верх кощунства.
Преподаватели изображали вежливый интерес к выполнению нами домашнего задания. Младшие пытались подсмотреть сквозь дверь. В конце концов, нам это надоело, и мы попросту оставили створку открытой — пусть из коридора любуются, а то одна из девочек промахнулась с заклинанием и чуть не сделала в двери глазок. Обслуживающий персонал не церемонился и сразу спрашивал, а правда ли, что присланные розы чёрные? Мы кивали и предлагали убедиться в таком чуде лично. Народ убеждался и уходил, дабы через какое-то время вернуться с наводящими вопросами вроде: знает ли счастливая получательница, кто этот загадочный даритель, когда она успела с ним познакомиться и не собираются ли они пожениться? Учителей, разумеется, подобные вещи не волновали. Куда больше их заботило происхождение цветов. Старательно принюхиваясь к нежным бутонам, преподаватели по очереди пассировали ауру букета, силясь выявить постороннее магическое вмешательство. Естественно, ничего не выявляли и откланивались восвояси. До вечера к нам успели зайти все обитающие и работающие в «Дионе», за исключением уже ознакомленной с розами Эрики, Ситары, избегающей любого общества, и Ниссы с Брином. Появлялся и Александр. Долго хмурился, разглядывая цветы, но водить вокруг них руками, подобно коллегам, и задавать дурацкие вопросы не стал, ограничившись пространным намёком на лучшего друга девушки. Согласно крылатой фразе одной легендарной магессы, оным, вопреки распространённому мнению, должен быть отнюдь не бриллиант во много карат, а банальная осторожность.
Под занавес нашу обитель навестила Ольвин. Немолодая катесса с коротким каре тёмно-каштановых волос и холодными, точно озерная вода зимой, светло-голубыми глазами ещё дольше, чем директор, рассматривала водружённую на комод вазу с букетом. Пробиться сквозь вуаль отстранённости, вечно витающую в ледяных очах, было невозможно, а уж пытаться понять по лишенному человеческой мимики лицу катесса, о чём он думает, и вовсе занятие бесполезное. Помогала только телепатия.
— Редкий цвет, — наконец отметила очевидный факт Ольвин, когда мы уже заподозрили, что помимо роз в нашей комнате объявилась ещё и скульптура в натуральную величину. — Но красиво.
Элида из чистой вежливости глубокомысленно покивала.
Катесса склонилась к бутонам, глубоко вдохнула исходящий от них слабый аромат.
— Когда-то давно мне дарили розы такого же цвета, — негромко и задумчиво добавила Ольвин.
Элида снова кивнула, но уточнять детали сего неординарного события не стала. Целительница отличалась немногословностью и о прошлом катессы даже Нисса знала лишь общеизвестные крохи. Тем не менее присутствовать при внезапном приступе откровенности нам совсем не хотелось.
— Что ж, — Ольвин повернулась к сидящей на своей кровати девушке, улыбнулась, — можно тебя поздравить. Поклонник, безошибочно угадавший твои любимые цветы и сумевший достать их, несмотря на редкость и дороговизну, дорогого стоит. Извини за тавтологию.
Подруга вымученно улыбнулась в ответ. Целительница степенно выплыла из помещения.
— Боги! — застонала Элида и накрыла лицо книжкой. — Как же они достали со своим нездоровым интересом!
— Зато Ольвин сказала меньше всех, — нашла положительную сторону я. — И ни одного дурацкого вопроса не задала.