Наталья Кириллова – Асфоделия. Суженая смерти (страница 95)
Внезапно грянула музыка, поглощая истошные вопли.
– Колдунья! Она в золотом и что-то держит в руке!
Я зачем-то опустила глаза на лиф собственного платья и запоздало сообразила, что оно красное.
Жизель в зелёном.
А в золотом…
Элиас среагировал первым, метнувшись к Диане, притулившейся где-то сбоку от меня, схватил её за руку, вынуждая поднять выше и разжать пальцы. Тисон бросился к сестре, а Кили, наконец перестав вопить, вихрем налетела на меня, оттолкнула в сторону, ближе к нечаянным зрителям.
– Ох, фрайнэ, берегитесь! Никому не ведомо, на что истинно способны эти порождения демонов! – Кили едва ли не повисла на мне, заслоняя обзор и отпихивая глубже в кружок свидетелей.
Что-то царапнуло тыльную сторону ладони, я глянула вниз и заметила стиснутый в руке служанки нож, короткий, похожий на те, что для бумаг. Зарезать таким просто так не зарежешь, но…
– Не извольте беспокоиться, фрайнэ, – зашипела Кили мне в лицо. – Пара капель вашей крови и столько же моей силы и все в этой зале убедятся, что и вы колдовка богопротивная. А заодно и суженый ваш, и сестрица его. Фрайн Шевери-то всяко придумает, каких сказок наплести, чтобы подозрения от себя отвести, и императора в заступники призовёт… да только это не сразу и вам уж после вовек не отмыться, сколько ложных проверок ни проводи. Но коли сейчас со мной пойдёте, то ничего дурного не случится, ни с суженым вашим, ни с его сестрой. Скажу, что ошиблась, повинюсь, о прощении молить стану… Кто я такая? Всего-то глупая низкая арайна.
Я дёрнулась, однако хватка Кили оказалась крепче, как можно предположить, глядя на субтильную молоденькую девицу. Весовая категория у нас одна, но нижние юбки и пышное платье существенно ограничивали свободу движения, в то время как униформа горничной была куда легче и менее отягощённой лишними слоями ткани. Привлечённые криками, люди вокруг теснились и толкались, разрываясь между желанием не стоять чересчур близко к опасному субъекту и жадным любопытством. Человеческое кольцо втянуло нас в себя и продолжило отпихивать всё дальше и дальше от столов.
– Кили! – чёрт с ней, сначала надо выбраться из этой толкучки и уже затем прикидывать, что делать. – Что ты творишь? Где Эветьен?
– Беседует с другими фрайнами, – Кили извернулась и, вцепившись в мою руку выше локтя, потащила меня за собой. – Не тревожьтесь, он на той стороне залы, даже не услыхал, поди, ничего.
Зал большой, музыканты играли как ни в чём не бывало. Вероятно, половина присутствующих и впрямь не успела расслышать крики, а если и услышала, то не поняла, что происходит и где конкретно. Потом музыка, танец императора с Астрой… и пока информация разойдётся по всему залу…
– Значит, это ты нас подслушивала, – я не спрашивала – утверждала.
– Франнов и подслушивать почти не надо, – огрызнулась Кили.
Потому что господа не обращают внимания на слуг.
Особенно во дворце, временами больше похожем на огромную общагу повышенной комфортности, где штат обслуживающего персонала порой чересчур велик: слуги дворцовые, императорские, личные, относящиеся к разным ступеням иерархии. Стражники, музыканты и фрайны из младших ветвей, состоящие в услужении у старших, пажи и фрейлины.
– Я при этом дворце с малых лет, всё здесь знаю лучше собственного отражения, – Кили рывком выдернула меня из плотного полукруга зевак.
Я запнулась, чуть не полетела на пол, однако кое-как удержала себя в вертикальном положении, выпрямилась. Оглянулась, но из-за частокола чужих голов рассмотреть ничего не удалось.
– Даже прошлой супруге императора служила, хоть она меня и не замечала. Она никого не замечала, бедняжка. Её первой стали звать суженой смерти, когда император избрал её. И про вашу четвёрку то же говорили: кого из этих несчастных государь сделает своею суженой? Суженой смерти, потому что нет у его жены иного пути, кроме как в объятия Айгина Благодатного прежде срока сойти.
К собравшимся продолжали подтягиваться жаждущие последних новостей и зрелищ. Проскакивали мимо нас, переговаривались возбуждённо и меня с Кили вниманием удостаивали не большим, чем если бы я тоже была служанкой, практически невидимкой. На другой стороне зала сходились и расходились в фигурах церемонного танца пары, окружённые нечастой грядой тех, для кого Стефанио и Астра пока оставались в приоритете.
– Стены эти немало повидали: и что раньше здесь творилось, и смерти жён императорских, и силы, от ока Заката сокрытые. Думаете, только суженый ваш да вы дар свой прячете? А тут таких испокон веков хватало. Где ж ещё скрываться, если не перед носом самих закатников?
– Тисон! – позвала я и в ответ Кили впилась ноготками в мою руку, приставила нож к запястью.
– Не вопи! – сквозь зубы процедила девушка, вынуждая меня остановиться. – Иначе сама знаешь что будет! Твоему рыцарю нынче не до тебя, сестру спасает. А как спасёт, так ему самому помощь потребуется.
Следовало признать, не такой уж плохой отвлекающий маневр получился.
– А если я тебя колдуньей назову? – попробовала пригрозить я. – Ща-ас как заору…
– Тогда и я заору. Ты тут колдовка, не я, – возразила Кили. – Не обо мне слуха ходят, не я молнию на Сонне призвала, не мне подложную проверку устроили. Не я суженая колдуна.
– Откуда тебе известно, что Ас… что я молнию призвала? – ладно, Эветьена она вычислила, благодаря нашим урокам не так уж это и трудно было, но подробности случившегося на Сонне вроде не разглашались. Сколь помню по обсуждениям женщин в замке Делени, версии произошедшего сильно различались, чтобы вот так ткнуть пальцем в небо и попасть в яблочко.
– Так братец мой троюродный в письмеце написал, – Кили смотрела мне в глаза, прямо, нагло, с вызывающей самоуверенностью человека, полагающего себя хозяином положения. – Он среди охраны на той стреле был…
Твою ж дивизию!
– Он забрал жезл Асфоделии?!
– Да, – заявила девушка с потрясающей откровенностью, не заметив оговорки. – На континент переправил, у Делени спрятал в надёжном месте и письмо для меня в замке оставил. Знал, что я лечу туда же и что письмо мне передадут. Отчего бы не передать весточку от брата к сестре?
– А ты, в свою очередь, перевезла жезл в столицу.
Кто смотрел, что там в сумке у назначенной служанки избранной девы?
Правильно, никто.
Может, женские мелочи какие для госпожи или ещё что-то подобное.
– Но зачем тебе жезл? – спросила я в лоб, желая услышать именно ответ Кили.
– Алек как увидел, какой артефакт есть у тебя, так и решил, что от благородной фрайнэ не убудет, если взять один. Ты обречена на откуп или императору, или закатникам… они-то мимо не пройдут… а если и нет, то когда ещё на остров вернёшься, да когда спохватишься… будешь искать и не сыщешь.
– Хорошо, – стараясь не отводить взгляда, свободной рукой я нащупала среди алых складок юбки сумочку, попыталась как можно незаметнее, вслепую развязать узелок шнурка. – Раз всё так замечательно сложилось – и родственник твой удачно артефакт халявный отхватил, и ты без проблем его во дворец доставила, – то на кой преследовать меня, эти якобы несчастные случаи подстраивать? Дождалась бы, когда меня или в расход пустят, или на Сонну вернут, и радовалась бы жизни в компании новой игрушки.
В синих глазах мелькнуло мрачное выражение, смесь злости и страха, гладкий лоб пересекли хмурые линии.
– Ты – не она. Не ведаю, что сделала фрайнэ на Сонне… но ты не фрайнэ…
Надо же, какие здесь все догадливые.
– Я-то поначалу думала, что ты… она умом повредилась после удара или память потеряла… уж больно странно себя вела и говорила, не по-нашему… и проверка показала, что силы в ней нет. А потом сообразила, что ты – вовсе не фрайнэ Асфоделия. И фрайн Шевери подстроил подложную проверку, чтоб никто не догадался об истинной твоей сущности.
– Сущности? – на ощупь да одной рукой узелок развязывался на редкость паршиво, почти как пуговицы на спине самой расстёгивать.
– Должно быть, фрайнэ духа какого вместе с молнией призвала… или сущность демоническую с Хар-Асана. Ты и есть эта сущность.
– Как быстро до тебя дошло, – я добавила в голос побольше сарказма. – Я и суток в столице не провела, а ты уже меня вычислила. Хвалю.
Шнурок наконец поддался, и я сунула руку в сумочку, нашла и сжала шарик. Медленно, осторожно вынула его из сумочки.
Как Эветьен говорил?
Капля силы.
Сжать до хруста.
Бросить под ноги противнику.
Всё просто и понятно.
– Вовсе нет, – личико Кили внезапно сморщилось, посмурнело. – Я позже поняла, когда уж двор из-за города вернулся. А как прознала, что суженый твой тебя из дворца к себе увозит…
– Так и пошла в атаку, пока я совсем с твоего горизонта не исчезла, – подхватила я. – В дверь постучала и энергетической сферой по лбу залимонила.
Возможности сесть, успокоиться и сконцентрироваться, как на уроках, нет. А полевую практику я не проходила.
Ладно.
Вдох-выдох.
Направить каплю силы в шар.
– А тебе хоть бы что! – взвизгнула Кили. – Упала и лежишь как неживая, а у жезла нижняя сфера возьми и тресни! Прямо в покоях раскололась, остаточной силой меня по руке ударила.
– И твой крик услышали Брендетта и Нарцисса, находившиеся в соседних комнатах, – пробормотала я.
– Пришлось ноги поскорее уносить. И часу не минуло, как мне велят в покои вернуться, а там ты, жива-здоровёхонька, точно заговорённая. Разве после такого удара простой смертный, даже одарённый, смог бы выжить? Нет! Ещё и осколок показываешь как ни в чём не бывало, расспрашиваешь. Что оставалось делать? Только уверять, что знать ничего не знаю об осколке, да Благодатных молить, чтоб по следу меня не нашли. Хотела, пока не поздно, ночью довершить начатое, но ты со своим демоническим чутьём меня опередила. Заманила к себе своего рыцаря, а меня прочь отослала.