Наталья Касарина – Вся правда о сексе. Что хотели знать и о чем стеснялись спросить (страница 25)
Приведу пример того, как конкретно работает гипноз. Приходит, например, девушка и говорит, что у нее проблемы с оргазмом. Точнее, оргазма у нее просто-напросто нет. Мы начинаем с ней работать, и я понимаю, что беда у нее не с оргазмом, а с доверием. Она боится расслабиться и довериться своим ощущениям: ей страшно войти в оргазм. Поэтому, как только у нее наступает предоргазменное состояние — она сама себя обламывает. Осознав проблему, я ввожу девушку в трансовое состояние с помощью гипноза и, пока она там, — с помощью метафор объясняю ей, что довериться можно, что это безопасно, это хорошо, что она почувствует удовольствие, облегчение, кайф. Я ей рассказываю про розу, которая распускается, раскрывает лепестки. И бессознательно вкладываю ей идею о том, что раскрыться, расслабиться, распуститься — это хорошо и красиво. Потом вывожу ее из транса и отправляю домой, заниматься сексом с мужем. Находясь после гипноза в очень хорошем ресурсном состоянии, она легко и просто получает оргазм. И таким образом мы добиваемся нужного результата без каких-то сверхусилий, без тренировок, без долгих разговоров о том, что надо и что не надо. Просто снимаем блок. Я делаю так, что ее бессознательная часть перестает сопротивляться, и весь организм решает: «А что, если попробовать?» И все получается. И в мозг идет сигнал: «Смотри, ты смогла! Ты молодец». Происходит положительное закрепление. Метод работает.
Используя гипноз, можно решить проблемы не только в сексе. Можно, например, научить человека получать удовольствие от спорта, или помочь ему закрепить привычку правильно питаться, или снять страх публичных выступлений, или превратить из законченной «совы» в жизнерадостного «жаворонка». Гипноз дает очень широкий спектр возможностей, за что я его и уважаю
Телесно-ориентированная терапия
Особое место в моей практике занимает телесно-ориентированная терапия. Этот метод основал Вильгельм Райх, ученик Фрейда, который первым обратил внимание на то, что в процессе терапии участвует не только мозг клиента, но и его тело. Это его открытие произвело революцию в психоанализе. Раньше клиент ложился на кушетку, терапевт от него отворачивался и даже не смотрел, а только слушал, и с его телом у врача не было вообще никаких контактов. А после того как Райх доказал свою теорию, специалисты поняли: если внимательно следить за телом, анализировать его действия и его состояние, — терапия даст двойной эффект. Работа пойдет значительно быстрее; психолог сможет не только услышать о проблеме, но и увидеть, откуда именно она идет.
Простой пример. Приходит на терапию женщина. Ей 40 лет, у нее семья: муж, который не работает; двое детей, которые не учатся ни фига и не помогают ей по дому; есть еще мама, сидящая на пенсии и выносящая ей мозг; есть еще работа, бытовые вопросы и масса всяких проблем. И у этой женщины болит спина. Просто бешено болит, в районе лопаток и шеи. Она ходит на массажи, к остеопатам, к докторам — ей ничего не помогает, спина болит все сильнее. В процессе телесно-ориентированной терапии специалист разбирается с ее проблемой и показывает ей очень четко, почему болит и почему именно спина. Потому что на своей многострадальной спине она тащит всех и вся. Все вышеперечисленные граждане сели ей на шею и свесили ножки. И ей очень тяжело, она морально устала тащить этот груз, а в физическом плане эта усталость и выражается болями в спине. Это не такой уж и редкий случай. И с такими пациентами отлично работает одно упражнение. Психолог спрашивает: «Как вы думаете, сколько человек вы способны унести на себе?» И проводит эксперимент. Женщина ложится на пол на живот, и на нее начинают класть людей. Одного, сверху второго, потом третьего. И все время спрашивают: «Как вы думаете, выдержите еще?» И женщина терпит. Есть такие мощные люди, на которых можно сверху уложить 6–7 человек, прежде чем они начинают орать «хватит!» И это очень показательно: клиент лежит, абсолютно раздавленный непосильным весом, но терпит зачем-то. А после этого эксперимента, наглядно показывающего, сколько человек он на себе тащит, — он наконец-то осознает, что же творит с собственной жизнью и собственным телом. Он перестает отвечать за всех и вся, отдает домочадцам в руки ответственность за самих себя. И тут же спина перестает болеть. Или есть практика, во время которой с пациента снимают ошейник, надетый на него любящей мамой. Мамой, которая однажды сказала: «Я дала тебе жизнь — теперь ты мне должна по гроб жизни. И ты будешь вечно со мной: присматривать, опекать, выполнять все мои требования, потому что ты мне обязана!» И вот женщине 45, а у нее до сих пор на шее мамин ошейник. Терапевт его снимает. Прямо вот физически берет и снимает. Также эта терапия может помочь человеку тверже встать на ноги. В фигуральном и в прямом смысле. Потому что люди, нетвердо стоящие на земле в метафорическом плане, — они часто и физически не очень уверенно чувствуют себя в пространстве: постоянно спотыкаются и падают, вечно ходят в синяках и ссадинах. Терапевт в состоянии поменять это, научить человека заземляться: в прямом и переносном смысле.
Эксперименты — это прекрасно, но принуждение в сексе — табу. Никогда не занимайтесь сексом, которым вы заниматься не хотите.
Если говорить о хорошем сексе, то и тут телесная терапия бывает очень даже востребована. В течение жизни человек обрастает тучей самых разных комплексов. Он приходит в этот мир полным энергии, любознательным и непосредственным, но по мере роста и взросления весь покрывается разного рода блоками. В том числе и сексуальными. Ему объясняют, что нельзя мастурбировать; что не надо вилять попой, потому что это некрасиво; что сексом заниматься — это плохо: накажет Бог или в крайнем случае мама. А если к этим психологическим блокам присоединяются телесные наказания — тут пиши пропало. Человек начинает воспринимать свое тело только как источник бесконечной боли, унижения и каких-то нескончаемых проблем. И понимает, что нельзя шевелиться, иначе будет больно и тяжело. Лучше лечь на диван и что-то съесть — и вот тогда наступят радость и счастье. Энергия в таком теле отсутствует напрочь: она перекрывается всеми этими блоками, они не дают ей свободно течь. В результате человек начинает стремительно стареть: взгляд тускнеет, ему ничего не хочется — только бы поскорее дожить до пенсии, когда можно ничего не хотеть уже с полным на то правом. Когда уже можно, наконец, позволить себе просто медленно умирать.
Для наших с вами соотечественников такие проявления очень характерны. В телесной терапии есть даже такое понятие «русское тело». Это про то, что верхняя часть тела не в курсе, что там делает нижняя, а нижняя находится без движения, потому что туда не доходят импульсы сверху. Все каналы напрочь перекрыты. Низ живота — а значит, и тема секса — у нас забит полностью. И это связано в том числе и с нашими вековыми традициями. Во-первых, благодаря религиозным запретам, довлеющим над нами веками. Во-вторых, благодаря Советскому Союзу, когда мы были не мужчинами и женщинами, а товарищами. И все это время тема секса фигурировала только в контексте размножения, а никак не удовольствия. Немало поспособствовала возникновению «русского тела» и жуткая карательная медицина. Все, что касалось гинекологии и женского здоровья, представляло собой одну большую пыточную камеру. Все эти аборты без обезболивания, большей частью подпольные; отсутствие предохранения; постоянное унижение, через которое проходила любая роженица в роддоме, где чувствовала себя в лучшем случае куском мяса, на которое все орали: «Трахаться, значит, тебе было не больно, а рожать, видите ли, больно?!» Что можно было сделать, чтобы не сойти с ума? Собственное тело покинуть нельзя. Умереть на этом гинекологическом кресле усилием воли тоже нельзя. Значит, надо сделать так, чтобы ничего не чувствовать. И вот женщины нашей страны постепенно умерщвляли себя, убивали чувство собственного тела, ставили запреты на импульсы, проводимые оттуда, снизу — в мозг. Переставали чувствовать боль физическую и душевную, но и тепло, удовольствие, положительные импульсы от тела тоже не воспринимали. В результате получалась идеальная ничего не чувствующая машина. Наше тело куда-то там шло; как-то там, неизвестно как, занималось сексом; как-то размножалось — главное было; не чувствовать как. Тогда был шанс, что не будет так больно. Чувства из наших тел вытравливались поколениями. У одних женщин с выключенным из жизни тазом — рождались другие, а те, вырастая, рожали себе подобных. И повторяли как мантру: «Только не виляй задницей! Только не занимайся сексом. Там боль. Там травма. Там тебя не ждет ничего хорошего». И последующие поколения перенимали опыт предыдущих. А заодно перенимали их блоки, их женские болезни: потому что невозможно сознательно отнимать у самих себя бо́льшую половину своего тела и не получить вследствие этого целые букеты постоянных недомоганий в той области.
И только сейчас, в нынешнем поколении, у нас появился шанс начать постепенно менять эту ситуацию. Это страшно, потому что ломает все шаблоны, которые были в нас зашиты веками. Это неудобно, потому что до нас никто об этом не говорил. Это очень большой внутренний шаг. Гигантский рывок. Далеко не все готовы решиться. Но этот шаг надо делать: для того, чтобы нашим девочкам, нашим дочкам, было легче, веселее жить; чтобы они избавились от той боли, которую несли в себе поколения наших женщин до нас.