Наталья Карпова – Острова. Храм Тысячи слёз (страница 4)
Ирида шла немного впереди, не обращая внимания на мокрую траву и деревья. Она слышала торопливые шаги девчонки, но не собиралась снижать темп. Единственная служанка Рохо, молчаливая женщина средних лет, аккуратно и быстро привела в порядок одежду, пострадавшую после вчерашнего купания. Ирида была ей благодарна. Сейчас дом стоял пустым. Служанка, выполнив свои обязанности, посчитала необходимым незаметно исчезнуть с глаз, и гостьи оказались предоставлены сами себе.
Женщина быстро пересекла выложенную камнем дорожку и заметила небольшой летний салон в пушистых зарослях сирени.
– Прекрасное место для душевных бесед, – Ирида, подхватив пышные юбки, свернула к воздушной постройке.
Люция покорно следовала за ней. Летний салон оказался на удивление весьма уютным местом. Ирида по-хозяйски осмотрела резной потолок с фигурками птиц на искусно вырезанных ветвях, стены, словно сплетённые из коры гибких молодых деревьев. Пол устилал тёмно-зелёный ковёр. И здесь было абсолютно сухо! Ураган обошёл кукольный домик стороной.
Ирида поправила узорную шаль на голове и перешагнула порог, поманила за собой девушку. Женщина расположилась на диванчик у стены и жестом велела своей визави сесть напротив. Люция прекратила озираться, устроилась в низком кресле и с улыбкой взглянула на Ириду.
– Здесь легче дышится, – пояснила супруга Хава. – Я жду твою повесть, – женщина сейчас почувствовала себя королевой, распекающей провинившуюся служанку.
Люция перестала улыбаться, и свет на её лице померк, словно лампу с тонкой свечой внутри вдруг задул резкий ветер.
– Вы думаете, я нахалка, которой всего мало?
Ирида не ответила, молча ожидая продолжения. Люция глубоко вздохнула, набираясь решимости.
– Никогда никому не рассказывала. Это горько и стыдно. Я, дочь могущественного мэра одного из крупнейших Островов, но на самом деле жила как проклятая. Мать меня не замечала, считая неудачной дурнушкой, а сама блистала на балах и вечеринках. Отец меня просто презирал. Особенно после того, как я умудрилась влюбиться в своего домашнего учителя. Вы не думайте. Я не распущенная девчонка. Просто в 14 лет встретила «сказочного принца». Бегала за ним, мечтала получать одобрение за выученные уроки, дальше – больше. Хотела прикоснуться к нему, чтоб он поцеловал, обнял, – девчонка хмыкнула.
– Когда всё раскрылось, отец был во гневе. Учителя с треском и позором выгнали, а меня «папочка» запер в подвале на неделю, причём слугам было запрещено спускаться ко мне, – Люция закрыла руками лицо.
Ирида сидела, боясь пошевелиться. Только не спугнуть ошеломляющую исповедь!
Люция, немного восстановив душевное равновесие, убрала руки, положив ладони на сомкнутые колени, и взглянула на Ириду.
– Сейчас я расскажу то, что вам не понравится, – влажным от поступивших слёз голосом произнесла девушка.
– Мой отец настолько меня презирал, что решил использовать самым грязным способом. Практически подтолкнул соблазнить вашего мужа. Стойте! Не переживайте, – предупредила реплику собеседницы девушка. – Я не поддалась. Да, Хав пошёл за мной, мы встречались в отеле, но между нами ничего не было. А я полюбила его по-настоящему, отчаянно и сильно. Можете презирать меня.
– Не верю, – покачала головой Ирида.
– Ваша воля, – чуть поклонилась Люция. – Однако я раскрываю истину. Даже на суде я свидетельствовала в пользу Хавьера. Отец после слушанья дела избил меня и вновь запер. Теперь узилищем стала жилая комната, затем он забыл о моём существовании. Что я ещё должна сделать, чтоб вы поверили мне?
Люция с отчаянием и мольбой смотрела на Ириду. Куда пропал недавний гонор?
Молодая женщина взирала на юную соперницу, и глаза её подозрительно заблестели. Прекрасная Ирида вскинула гордую голову.
– Я не собираюсь делить с тобой своего мужа. Но сейчас он в опасности, и я намерена ему помочь.
– Тоже так считаю. Представляете, я даже запомнила координаты острова.
Ирида ненадолго задумалась.
– Договорились. Мы вдвоём отправляемся в путь, позже, по возвращению домой, заставим Хавьера выбирать. Я слишком хорошо знаю своего мужа. Он не останется с тобой.
– Посмотрим, – быстро согласилась Люция и легко улыбнулась.
***
Отвезу вас, куда скажете, если, конечно, заплатите, – крепкий, жилистый старик в рыбацкой робе смотрел с подозрением на двух блондинок в мужской одежде.
Ирида прикрыла глаза от ослепительного солнца, оно отражалось от темно-бирюзовых неспокойных волн тёплого моря. Прибой тяжело накатывается на берег и толкал бока лодки с косым парусом и наклонённой к носу мачтой.
– Я заплачу, сколько скажешь, – быстро согласилась женщина.
– Вот и ладненько, – старик довольно потёр руки. – А то не улов меня скоро разорит. Пора в извозчики переходить, – закряхтел он.
Люция глянула на него с неудовольствием и перевела взгляд на Ириду.
– Сколько ты хочешь за услугу?
– Совсем немного. Триста.
– Ты не завирайся! – одёрнула рыбака Люция. – Тебя просят всего лишь переправить двух пассажиров на остров в дне пути отсюда.
– Конечно, – согласился рыбак. – Правда твоя, девочка. Только я не каждый день перевожу таких важных господ, как вы. Поэтому выгоду не буду упускать. Понятно?
Люция нахмурились и чуть отступила в сторону, предоставив Ириде вести дальше переговоры.
– Да, хочу предупредить. Со мной будут ещё трое рыбаков-артельщиков. Лодочка моя не очень большая, но лёгкая и манёвренная, управлять кому-то надо! И, конечно, для вас организую место для отдыха. Вы ведь мои пассажирки. Хех!
Решили отправляться в путь через пару часов. На этот раз вредный рыбак не стал возражать. Получив требуемую плату, он сделал жест, приглашая пассажирок на борт своего судёнышка. Трое рыбаков появились вровень с тем моментом, когда капитан Гринг собирался отчаливать. Ирида следила за их умелыми и быстрыми движениями.
Лодку отшвартовали два моряка, самый молодой, с едва пробивающийся пушком на подбородке, успел запрыгнуть на судно с причала.
Рыбаки дружно взялись за вёсла, уводя лодку от берега.
***
Утреннее солнце заблудилось в густых ветвях деревьев. Сквозь их зелёный полог во влажную полумглу леса проникали редкие лучи, выхватывая то вывороченную корягу, то длинные, похожие на змей, лианы с огромными цветами. От них шёл приторно-сладкий запах. Стоило мошке приземлится в чашу цветка, и он сжимал лепестки, пленяя жертву.
Путь через лес оказался не из лёгких. Авантюрист шёл, осторожно поглядывая по сторонам, и руку держал на мече. Страж, как представился гигант, напротив, чувствовал себя в лесной чаще уверенно.
Хав с опаской поглядывал на своего спасителя. Под маской показного добродушия таилась спящая звериная мощь. Как будто медведь натянул человеческую кожу. От этого становилось жутко, и мурашки бежали по телу.
Лес постепенно начал редеть, а дорога пошла в гору. Тут и там возникали бугры холмов, поросшие низким кустарником с мелкими розовыми цветами. Поэтому издали чудилось, будто закатные облака спустились на землю.
Подъём на крутую гору оказался не из лёгких. Хав не сплоховал, он рассчитывал каждый шаг, тщательно выбирал выемки в скальной породе, чтоб удобнее ухватиться и подтянуться на руках, вставая на новую площадку, по размерам чуть больше обувной коробки.
Страж двигался вперёд, казалось, вовсе не задумываясь о безопасности. Ему подъём давался легко, словно гигант вышел на развлекательную прогулку.
– Вот он! – Хав выпрямился, почувствовав, что достиг вершины. Авантюрист с трудом выровнял дыхание и огляделся.
Цель раскрылась сразу. Невиданный доселе Храм Богини Смерти подобно причудливой скале высился прямо перед ним. «На что он похож?», – размышлял Хав. «Может, на редкий фрукт или шишку с северного древа?»
Очертания храма напоминали овал с множеством ниш, в каждой прятались скульптурные изображения странных зверей, птиц и людей.
Страж насупил кустистые брови и низко заревел.
«Что-то случилось?» – Хав посмотрел в сторону храма.
От загадочного строения отделилась человеческая фигура в белом одеянии и поплыла в их сторону.
– Эй, Медведь! – окликнул своего спутника Хав.
Но тот не отреагировал, продолжая напряжённо ждать приближения человека в белом.
***
Город пробуждался постепенно, звуки вплетались отдельными нотами в тишину отступающей ночи, прогоняя её прочь. Скрипнула дверь, зашумел цветущий кустарник от налетевшего ветра, зашипел кот из-под высокой ограды. Прошли двое мужчин, вполголоса обсуждая что-то, по узкой улочке промчался велосипедист.
Рохо еле успел отскочить в сторону. Его всегда немного раздражали современные средства передвижения. Пусть их, велосипеды неглавное зло. Оставались редкие машины, которыми владели избранные. Этих монстров Рохелио не переносил. Стоило увидеть мчащуюся по дороге махину, с клубами выхлопов из-под капота, как несчастного музыканта брала оторопь. Хорошо, что в Городе подобные были только у мэра и нескольких его приближённых. Силви прекрасно знал, что за работу механизмов отвечает природная магия, доступная далеко не всем. Источник могущества одних и страхов других. Поэтому чувствительный музыкант пытался держаться подальше от непознаваемого и вызывающего необъяснимый ужас.
Рохо сверился с адресом на маленькой визитке и свернул к большому зданию о двух этажах. На балконах красной волной лились цветущие растения, превращая дом в подобие клумбы. У входных дверей в глубоких каменных вазах голубым пожаром разметались цветы с длинными, гибкими соцветиями. Издали они и правда напоминали языки пламени неожиданного оттенка, схожего с весенним небом.