Наталья Караванова – Дана и Бродяга (страница 63)

Помещение казалось пустым. Может, все ушли? А про него и про пленника просто забыли?

Велли почувствовал себя немного увереннее хотя бы оттого, что в ближайшие минуты наверняка никто не сунется проверять, как он выполняет свои обязанности. А значит, можно поговорить с рыжим. Он, конечно, тот еще собеседник, особенно когда не в духе, но продолжить сидеть в одиночку, смотреть на стены и накручивать себя — это еще хуже. Да и проверить не мешает, как там. Может, уже помер, или еще не легче, сбежал?

Пленник не сбежал. Но время даром не потратил — вскарабкался в кресло, и теперь сидел там, как будто вежливый посетитель офиса, ожидающий своей очереди.

Велли сел на облюбованный диванчик, спросил:

— Что не спишь?

— Слушаю.

— Чего?

— Что-то происходит. Ваши беспокоятся.

— А… понятно. Я ничего не слышал.

— Еще бы. Ты храпел.

— Черт.

— Воды дай…

— Сам возьми.

— Тогда руки развяжи.

— Еще чего.

— Ну и ублюдок ты, Риммер.

— Еще слово скажешь…

— И что? Убьешь меня?

— Уйду.

— Ну, бывай.

Пустынник даже глаза прикрыл, демонстрируя, что ему все равно, здесь Велли сидит, или за дверью. Пауза затянулась. Велли сказал: «Сам ты ублюдок!». Но встал, и пошел к автомату. Разве взводный не говорил, что если пленник о чем-то попросит, то нужно дать?

Впрочем, Велли отыгрался, расплескав по дороге половину стаканчика. Остатки воды поднес к пересохшим губам рыжего, тот выпил принесенное в один глоток.

Этажом выше упало что-то тяжелое. Кто-то куда-то побежал по коридору. Вдали, возможно, снаружи, грохнуло.

— Началось? — Нервно спросил Валентин.

— Похоже что.

Велли почувствовал, как у него холодеют щеки. Началось… Полицейские пошли на штурм…

— Слушай, Риммер… ты не знаешь, где остальные пленники?

— Не имею представления. Мы не успели приехать, меня к тебе приставили.

— Жаль.

— Угу. Ни пожрать, ни поспать…

— Вот именно. Что будешь делать?

— Что скажут…

— Ты разменная монета, Риммер, и сам это понимаешь. Однажды нужно начинать действовать самостоятельно, если, конечно, хочешь жить.

Валентин прикусил губу и отвернулся. Однако уши себе заткнуть он не мог — это было бы уж совсем по-детски, — и потому продолжал слушать.

— Давай прикинем твои шансы. Вот сейчас ты услышишь приказ — беги, стреляй. И побежишь. Ты пойдешь против официальной власти, Риммер. Убивать служителей закона. И когда они победят, а они победят, вот увидишь, то тут два варианта. Или ты к тому моменту будешь лежать мертвый, или тебя будет ждать суровый, но справедливый суд. Но скорей всего, до суда ты все-таки не доживешь. Вы основательно разворошили нору маххо, а это, сам понимаешь, грозит большими неприятностями. Так какой вариант ты выберешь?

— Лажа. Мы прорвемся…

— Куда, а главное, зачем?

— Заткнись…

— Я так понимаю, эти варианты тебя не устраивают. Давай думать дальше.

— Сейчас предложишь помочь тебе, так? Я тебя выведу, а ты меня за первым поворотом прихлопнешь.

— Я не в форме. Я с тобой просто не справлюсь.

Велли вспомнил жесткое колено на своей шее, и только хмыкнул.

— Ладно, какие еще варианты?

— Какие… ты оставляешь меня здесь и прячешься. Хорошо прячешься. Чтобы до тебя не добрались ни свои, ни наши. Потом под шумок, возможно, сможешь убраться.

В голосе рыжего звучала такая неприкрытая издевка, что Валентин только скрипнул зубами. Продолжить разговор — он это точно знал — значит, поддаться искушению. Велли вышел и надежно запер дверь.

Он ждал, что в спину ему полетит какое-нибудь ругательство, но так и не дождался.

А через четверть часа Велли получил вызов по сети — всем наверх! Полицейские начали штурм.

Он замешкался. Черт знает, что его дернуло — вошел в комнату, перевернул пленника, и разрезал веревку на руках.

И только потом побежал, куда звали.

Дана облизала ободранные костяшки пальцев — путь сюда, в контрольную секцию, оказался куда более тяжелым, чем она предполагала. Времени на то, чтобы отыскать Мелиссу, у нее не было, под самым зданием вокзала коммуникации настолько перепутались, и их оказалось так много, что дальше она двигалась, более полагаясь на интуицию, чем на план.

Удивительно, что она почти не плутала. Но и так потратила вдвое больше времени, чем они планировали. На работу с искином оставалось не больше часа. А это мало, не смотря на подробные инструкции, полученные от предшественника. Система старая, профильная, кто знает, какие там могут встретиться заморочки.

Сразу связалась с инспектором: «Все в порядке, начинаю работу». Тот не стал ее поторапливать, но по голосу Дана поняла, что случилась еще какая-то неприятность.

Ладони легли на контрольку, уверенно подключая микрофоны.

— Ну, приступим…

Подключение, не смотря на все страхи, прошло удачно. Пароли и коды сработали как надо, охранная система допустила Дану к управлению. Полчаса ушло на смену приоритетных команд и блокировку терминалов. На всякий случай Дана открыла все двери к залу, в котором должна была ждать Мелисса. Скорей всего, конечно, там уже никого нет, но проверить-то надо…

А вот пропускать полицейских, пожалуй, придется вручную…

У здешнего интеллекта суховатый мужской голос, похожий на голос инспектора Гуса. Дана, проверив еще раз, насколько он ей подчиняется, попросила:

— Покажи изображение с камер в большом зале.

— Задействовать все камеры?

— Только те, которые ловят движение.

— Четыре точки. Пожалуйста.

Все камеры фиксировали перемещение одного человека. Он медленно приблизился к кофейному автомату, постоял возле него. Отошел в сторону, отхлебывая из одноразового стаканчика. Человек был одет в бежевый комбинезон, правда, порядком уляпанный.

— Отлично. Теперь центральный вход, пожалуйста.

— Там движения не фиксируются.

— Да. Как только картинка с этой камеры изменится, сразу сообщи. А теперь покажи все помещения, в которых есть люди.