Наталья Караванова – Дана и Бродяга (страница 39)

— Разумеется. И машины идут с полицейским сопровождением.

— Хорошо. — Мэр немного успокоился, в голосе даже прорезались властные нотки. — Теперь я хочу знать, что предпринято в плане обеспечения безопасности граждан.

Полицейские переглянулись, и слово взял глава службы:

— В первую очередь, усилены посты на всех въездах в город. Далее…

Дана осторожно встала на забинтованную ногу. Все было не так плохо, как она боялась. Стоять можно, значит, и идти получится. Комбинезон оказался сильно велик. Пришлось засучить рукава, подогнуть брючины, и еще подвязать одежку в талии. В прихожей посмотрела на себя в зеркало и решила: нет, этот костюмчик я сохраню, во что бы то ни стало. Почти готовая сценическая одежка…

Влажные после душа волосы торчали как у дикобраза, нос облупился, на скуле поджившая ссадина. Минимум грима, и образ готов!

В зеркальной глубине поймала взгляд Саата, и неожиданно для себя подмигнула ему.

— Я готова. Идем?

Солнце уже падало к горизонту, окрашивая мир во все оттенки рыжего. На пустой улице они оказались одни. Не мудрено. Народу в поселке осталось совсем мало. Рэтх увел группу искать Хейна, Алекс собрал в здании администрации поселка военный совет. Кто-то отправился кормить наугов — животным пришлись по вкусу брикеты хлебцев производства здешнего завода.

Были и еще дела. Например, убрать из домов трупы. На рытье могил не было времени, и погибших спрятали в подземном складе-рефрижераторе. Но об этом Дане было знать не обязательно, и Саат промолчал.

Дана часто останавливалась. Стояла, несколько секунд, как цапля, поджав больную ногу, потом дальше шла, как ни в чем не бывало.

Когда она остановилась в очередной раз, Саат спросил:

— Скажите, Дана… вам действительно хватает для общения одного Бродяги?

Она резко обернулась и взглянула собеседнику в глаза. Выразительный у нее взгляд, сразу понятно, о чем думает. Словно тебе дано читать мысли. Сейчас — серьезный, даже строгий.

— Рано, Саат. Не спрашивайте пока, ладно? Я потом отвечу. Если вы не забудете вопрос. Хорошо?

— Извините. Я не хотел вас задеть…

Она смягчилась:

— У меня раньше… об этом часто спрашивали. Только в более грубой форме. Не обижайтесь. Пойдем дальше?

Они дошли до центральной площади. Неловкое молчание прервала Дана.

— Наверное, я действительно в последние годы мало общалась с людьми в неофициальной обстановке. Это и есть завод?

— Да. Стойте.

Саат только сейчас вспомнил, в каком состоянии проходная и вестибюль. Тела оттуда должны были уже убрать, но вряд ли кто удосужился смыть кровь со стен и потолка.

— Что там?

— Черт! Извините, Дана. Это я дурака свалял. Как вы относитесь к виду крови?

— Без восторга. Там кого-то убили? Ничего, в обморок не упаду. Идемте!

Все оказалось именно так, как Саат и предполагал. И даже немножко хуже, потому что одних мертвецов оттуда убрали, зато других принесли. Интересно, кто придумал вносить их через главный вход? А, это те трое, дежурная смена. Их, видимо, подняли из операторской, но еще не унесли. Хорошо хоть, не так оставили, закрыли лица тканью.

Дана лишь скользнула взглядом по телам, сложенным у стены. Замедлила шаги у стойки.

Сказала бесцветным голосом:

— Они не ждали нападения, верно?

— Не ждали. И мы не успели их предупредить. Из-за «глушилки». Знать бы хоть, как она выглядит… никогда ни с чем подобным не сталкивался.

— Она маленькая такая. В кулак убирается. Если это то же самое, что было у Хейна. Прямоугольная такая штучка. И… если я правильно разглядела, не самодельная.

Дана отвела взгляд от брызг на потолке. Нахмурила брови.

Она при первом знакомстве показалась Саату существом инфантильным и нервным. Как те девушки, цветочки светского общества, которых принято носить на руках, расстилать перед ними ковровые дорожки и сдувать с них пылинки. Он и сейчас еще не определился, из таких она, или из других. Безусловно, увиденное девушку расстроило. Но и в ужас не повергло, чего он, честно говоря, опасался. Ну, и чего стоим? Надо побыстрей проводить ее, да поторопиться к Алексу на совет.

Дана вдруг замерла у лифта, и подняла на спутника до крайности удивленный взгляд:

— Саат, если я ничего не путаю… вон она, ваша «глушилка»!

На полу, в углу у лифта действительно валялось что-то маленькое и серое.

Пустынник стремительно наклонился и поднял прибор. Он оказался таким, как говорила Дана — вытянутый прямоугольник сглаженных очертаний, с одной единственной кнопочкой на боку…

— Дана, вы чудо!

Снова возникло желание обнять девчонку, и снова он не решился проявлять эмоции. Не хватало еще, чтобы она опять срезала искренний порыв холодной отповедью, смысл которой заключается в коротенькой фразе «Не лезь!».

И так едва удалось сгладить размолвку…

— Оно? — Любопытная Дана даже подошла поближе.

Саат нажал на кнопочку и кивнул: оно. Еще бы не «оно». Браслет-сигналка чуть не загудел, вибрацией оповещая о том, что есть непринятые сетевые вызовы.

Глава 9

Валентин сумрачно разглядывал пейзаж за окном. Из коттеджа, в котором его заперли, была отлично видена скала — коготь. Драный флаг заката вяло мотался на ней, как на древке. На душе было скверно. Скверно ощущать себя предателем и трусом.

Потому что ты, Велли Риммер, именно это и есть, предатель и трус. Кто не смог выстрелить там, на заводе? Над кем смеялся Шнур? Кто не смог промолчать, и все, что знал, выложил, а ведь тебя даже не пытали. К стулу не привязывали и ногтей не драли. С тобой просто поговорили. Мягко, учтиво, вежливо. Заинтересованно.

А ты и рад болтать! И что теперь делать? Оставаться?

Завтра-послезавтра придет Эннет. Наивно думать, что он тебя спасет и оставит в живых. Ни в коем случае!

Велли достаточно уже успел увидеть в лагере подле Полой горы, чтобы продолжать тешиться радужными иллюзиями. Эннет не простит ни предательства, ни плена. Если только…

Если не сбежать и не предупредить его о засаде. А уж какую следует историю он сможет сочинить по дороге. Остался сущий пустяк: придумать, как отсюда скрыться. Причем, желательно не наделать лишнего шума.

Или все-таки остаться? Вдруг пустынникам все же удастся справиться с Эннетом?

От одной этой мысли Велли похолодел. С Эннетом, у которого новое, с иголочки, оружие, плазменки, мерги и автоматы Рича?

Кем нужно быть, чтобы справиться с такой силой?

А кстати, кто они? На военных не похожи. На кхорби… Кхорби среди них есть, да, но никак не больше половины. Ополченцы? Откуда? За столь короткий срок невозможно подготовить боевой отряд. Притом, подготовить в пустыне.

В пустыне? А почему ты, Велли, взял, что именно в пустыне?

А вот почему, сам себе ответил он.

Мимо его окна неспешно проехала группа всадников верхом на наугах. Четверо из них и вправду были пустынниками, зато на одном был серебристый, фабричный плащ. Но этот последний сидел в седле не хуже остальных, словно после долгих тренировок. А ведь науг на вид — не самый приспособленный для верховой езды зверь. Интересно, куда это они? С бурдюками и переметными сумками… и с оружием…

Он проводил группу взглядом. Затеяли еще каверзу?

Возможно, это важно. А возможно — вовсе нет.

Велли еще какое-то время пялился в окно, пока совсем не стемнело. Ничего интересного он больше не углядел.

Когда край пустыни слился с небом, и стало окончательно невозможно хоть что-то увидеть, Велли отправился по второму кругу изучать свою тюрьму. Типовой коттедж не оставлял шансов — ни чердака, ни подвала здесь не предусмотрено, входная дверь всего одна, а система вентиляции и кондиционирования никак не сможет стать выходом по конструктивным причинам. Оставалось надеяться, что к нему этой ночью кто-то заглянет. А кстати, не может не заглянуть: пленников полагается изредка кормить. Значит, нужно вооружиться… и запереть дверь изнутри, чтобы гость не пришел внезапно.

С последним возникли трудности. И кто придумал пластиковую складную мебель? Хоть бы кусочек металла. Посуда тоже не приспособлена для выяснения отношений. Вот разве нож… ага. Нож… но ножом ведь можно и насмерть зарезать… потому что напугать ножом можно обывателя, а не бойца, который сегодня утром сражался, и, что важно, победил.

Значит, просто оглушить, как Велли хотел с самого начала, не получится. И надо готовиться к тому, что человека придется убить…

Он в задумчивости склонился над тремя кухонными ножами, обнаруженными в квартире. Надо же! Никто и не подумал их забрать! Неслыханная удача!

Один, со скругленным кончиком, сразу же вернул в стол. Два других взял. Взвесил. А что, он когда-то довольно ловко умел кидать ножики в цель. И в дартс всегда выигрывал у братьев…

Вот уж кто в такие переделки никогда не попадал… ну, ничего. Война доберется до Руты, и всем достанется. Уж никак не меньше, чем Велли.