Наталья Караванова – А зомби здесь тихие (страница 95)
Входя в шлюз, Игорь услышал за спиной два судорожных, похожих на всхлипы, вздоха.
Фамилии на свидетельствах, которые заполнял Игорь, были разными.
Ну, это ненадолго, подумал он, прислушиваясь к гулу голосов за дверями ритуального зала, который еще совсем недавно не именовался иначе, как залом прощаний.
Времена меняются, подумал он. Интересно, что мы будем делать, когда все человечество восстанет из праха? Ведь, если разобраться, это лишь дело времени, которого у каждого из нас скоро будет хоть отбавляй.
Переквалифицироваться в клиницисты? Но в свете последних достижений медицинской науки совсем скоро нечего будет делать и там. Если мы победили смерть – что нам какие-то жалкие болезни? Тем более, что скоро воскресить человека будет проще и дешевле, чем лечить его. Вот ведь парадокс….
В дверь несмело постучали.
– Да-да! – отозвался Игорь, выводя размашистый росчерк подписи.
Дверь приоткрылась, впустив в кабинет волну шума. Взволнованные голоса, звон хрусталя, звуки настраивающего инструменты оркестра…. В образовавшуюся щель протиснулся представительного вида немолодой мужчина.
Впрочем, понятие возраста тоже скоро станет весьма субъективным, одернул себя Игорь, профессиональным взглядом отметив некоторую неестественность румянца и часто моргающие глаза вошедшего. Тоже из воскрешенных, и воскрешенных недавно – искусственная кровь предельно насыщена кислородом, органы все еще активно регенерируют, слизистые сохнут, не войдя в рабочий режим, железы еще не в норме – иначе как еще объяснить отсутствие даже следов слез радости в этих лучащихся счастьем глазах?
Он протянул мужчине заполненные бумаги.
– Все готово, – сказал Игорь. – Дайте психотерапевтам еще несколько минут, и можете начинать. Им понадобится некоторое время, чтобы смириться с тем, что жизнь продолжается. В это, оказывается, не так уж просто поверить.
Игорь улыбнулся, и мужчина улыбнулся ему в ответ.
– Вот и мне все еще не верится, – сказал он. – Все время кажется, что это лишь сон, и я очень боюсь проснуться.
– Мертвые снов не видят, – сказал Игорь. – Так что, как ни крути, вы живы. И это – надолго. Возможно, что и навсегда.
– Спасибо вам, доктор! – Мужчина пожал ему руку.
– Вам пора, – снова улыбнулся Игорь. – Вы ждали этой церемонии двадцать лет.
– И из них половину – в земле, – сказал мужчина, направляясь к двери. – Никогда бы не подумал, что снова окажусь в роли отца невесты.
– То ли еще будет, – сказал ему в спину Игорь.
Сквозь дверной проем он увидел, как в зал, убранный цветами и гирляндами воздушных шаров, полный торжественно одетых людей, по красной ковровой дорожке служители Центра осторожно ведут двоих – молодых женщину и мужчину.
Отныне – вечно молодых.
Он еще успел заметить живую розу в петлице строгого костюма жениха и чистоту белоснежного атласа платья невесты. Потом дверь закрылась, милосердно отрезая его от поднявшегося в зале оглушительного шума, в котором мешались приветственные крики, аплодисменты и хлопки пробок шампанского.
Игорь устало присел на угол стола, достал сигареты из кармана халата и закурил.
– Совет да любовь, – сказал он в пространство, выдыхая табачный дым.
Оркестр за дверью заиграл марш Мендельсона.
Майк Гелприн, Юлия Черных
Резня в петушатнике
Сегодня, 10 мая 1978 г., мною, лейтенантом Спицыным Дмитрием Кирилловичем, был произведен осмотр места происшествия и опрос свидетелей, граждан Шишкина Петра Николаевича и Жуковой Галины Ивановны. По факту опроса и осмотра сообщаю нижеследующее:
Гр. Шишкин П. Н., слесарь-сантехник при ЖЭК № 190 Выборгского р-на, 47 лет, русский, беспартийный, ранее судимый (статьи устанавливаются) не ночевал в ночь с 9 на 10 мая дома ввиду выгона его от туда супругой гр. Шишкиной Б. З. по причине состояния сильного алкогольного опьянения. Около полуночи (точное время не помнит) Шишкин приобрел пол литра самогона у неизвестного гражданина и в компании гражданки по имени Аня, около 20 лет (прочие данные устанавливаются), отправился распивать на Северное кладбище, место по его собственноручным словам удобное и неоднократно проверенное. В результате совместного распития Шишкин и Аня вступили в половую связь (извращенным образом), после чего Аня ушла. Сам Шишкин заснул и был разбужен около 6 утра (точное время не помнит, но было уже светло) мужскими голосами, употребляющими не цинзурные выражения (мат). Согласно показаниям Шишкина голоса принадлежали неизвестному гражданину кавказской национальности и покойному гражданину Щеголеву Сашке, отчество, место жительства и род занятий устанавливаются. Кавказец и Щеголев по словам Шишкина занимались копанием могилы, принадлежащей покойному гр. Феоктистову Борису Петровичу, ранее судимому, прочие данные устанавливаются. После чего Шишкин по собственноручным словам сильно взбзднул (испугался) и покинул место нахождения.
Гр. Жукова Г. И., 35 лет, русская, член КПСС, инжинер-теплатехник, проживает неподалеку (рядом) с районом Северного кладбища. Сегодня около 7 утра (точное время не помнит по причине вчерашнего отмечания Дня Победы над фашизмом) гр. Жукова вышла из дома в целях выгула собаки, породы дворняга, кличка Елдак. По собственноручным словам гр. Жуковой, Елдак имеет привычку справлять нужду (малую и большую) на територии самого кладбища, канкретно у склепа, принадлежащего покойному гр. Ерофееву Е. А. с супругой. В момент отправки Елдаком естественных надобностей гр. Жукова заметила проходящие мимо три фигуры, напоминающие мужские. Фигуры выписывали кринделя (находились в состоянии, напоминающем алкогольное опьянение) и выражались не цинзурными словами (матом). Заметив Жукову, фигуры изменили направление движения, приблизились к ней и подтвердились мужчинами. В одном из них гр. Жукова опознала покойного гр. Феоктистова Бориса Петровича, с которым до факта его смерти была знакома, двое других ей неизвестны. Гр. Феоктистов предложил свидетелю совершить половой акт по месту нахождения, угрожая в случае отказа не цинзурными выражениями (матом). Однако при обнаружении Елдака, появившегося из за склепа, принадлежащего гр. Ерофееву Е. А., Феоктистов от своих намерений отказался и все трое удалились в направлении, которое свидетель не помнит. По собственноручным словам Жуковой Феоктистов выглядел неважно и имел бледный вид и зеленый цвет лица.
В 7:48 в присутствии свидетелей гр. Шишкина П. Н. и Жуковой Г. И. мною была осмотрена могила, принадлежащая покойному гр. Феоктистову Б. П. Могила имела разрытое состояние и самого Феоктистова в ней не оказалось. На месте Феоктистова был обнаружен труп неизвестной гражданки, в которой свидетель Шишкин опознал свою собутыльницу, с которой вступал в половую связь по имени Аня. По факту трупа я вызвал дежурный наряд милиции и позвонил в скорую помощь. Дождавшись прибытия наряда, убыл в направление отделения милиции № 149.
Дата: 10.05.1978
Подпись: Спицын Д. К.
– Ну и что будем делать? – Потапов выбил из пачки сигарету, прикурил и обернулся к напарнику. Худощавый вихрастый опер Степа Огурцов дочитал копию докладной, отпечатанной под фиолетовую копирку, и пожал плечами.
– Лечить. Горячка белая, к доктору не ходи. Жаль парня, молодой совсем.
– Ты это про кого? – подозрительно спросил Потапов.
– Про Димку Спицына. Или… что? – опер озадаченно посмотрел на Потапова. – Володь, ты веришь в ахинею про ходячих покойников?
– Я не попик, чтобы верить, – Потапов стряхнул пепел в банку из-под кильки в томате. – У нас на территории найдена мертвая девушка со следами насильственной смерти. Обнаружен факт вандализма: вскрыта могила, и труп из нее похищен. Это все, что мы с тобой знаем. – Потапов похлопал Степана по плечу. – Съезди-ка на кладбище, пока Спицын после смены отсыпается, изучи обстановку. Нутром чую: неладно там. Посмотри подъездные пути, ведь не на себе же Феоктистова вывозили. Провентилируй насчет самогонки: сторож кладбища наверняка гонит. Ну и все такое.
Начало мая выдалось жарким, на первомайском параде ленинградцы щеголяли в почти что летних нарядах. Потом, однако, резко похолодало, прошел мимолетный снежок, и погода установилась прохладная, пасмурная, градусов в десять тепла.
Пробравшись по тропинке среди могил в дальний конец кладбища, Степа вышел к сторожке и постучал.
– Здесь я, – послышался голос сзади. Огурцов резко повернулся. Под липой, привалившись к стволу, стоял приземистый мужик в телогрейке и кирзовых сапогах. – За инвентарем, что ли? Три рубля и паспорт в залог.
– Обалдел, папаша? За трояк я лопату в магазине куплю, – возмутился Огурцов.
– Такую не купишь. – Сторож важно покивал. – Вон у нас вчера два жмурика третьего откопали и гулять ушли. Где инвентарь взяли, спрашивается. То-то!
– Что, прямо вот так жмурикам лопаты и отдал? За трояк и паспорт?
Сторож подошел к Степану вплотную, дохнул ему в лицо густым сивушным духом, икнул и понес такое, что Огурцов лишь укоризненно покачал головой, выслушав.
– Не жмурикам, – доверительно сообщил сторож. – Мужик приходил, длинный, лохматый, и говорит чудно́. Ему и выдал. И ведро, и лопаты, и мешок с веревками. Он паспорт в залог отдал, – сторож сморщился и помахал пальцем перед Степиным носом. – Но вишь, какое дело: петух прокукарекал, а они не вернулись, покойники-то с мужиком. И барабаны всю ночь били. Значит, не наши. Неправильные. А паспорт у меня остался!